Чтение онлайн

Он побудет в приюте, пока вы не выздоровеет и не сможете его забрать, – ответил полицейский, державший пса на поводке.

Мираи вздохнула. Сейчас было не время для сантиментов, главное – спасти Такоку. Она посмотрела на маленькую девочку, которая, невзирая на усталость и боль, упрямо держалась за ее руку. Мираи взяла Такоку за руку, и вместе они сели в машину скорой помощи.

– Надеемся, врачи 21 века смогут помочь ей, – прошептала Мираи, вглядываясь в затуманенное окно, оставляя позади дому, где все казалось таким знакомым и уютным. Сейчас все надеялись на чудо, на то, что медицина 21 века сможет победить испанский грипп, и девочка снова сможет улыбаться, играть в любимые игры и просто жить.

Двери скорой помощи захлопнулись, отсекая Мираи и Такоку от шума улицы. Внутри царила стерильная тишина, прерываемая только легким шумом вентиляции. В машине, как в миниатюрной операционной, было все необходимое для оказания неотложной медицинской помощи.

В кабине скорой помощи были установлены два кресла для персонала. Один из врачей, высокий и крепкий, с изумрудными глазами, уже расположился в одном из них, быстро проверяя свое оборудование. Второй врач, девушка с короткими черными волосами, проверяла мониторы, прикрепленные к спинке кресла, и покачивала головой.

– У нее высокая температура, – заметила она, взглянув на Такоку, которая, укутанная в одеяло, лежала на носилках. – И слабый пульс.

Хорошо, мы должны ее стабилизировать по пути в больницу, – произнес высокий врач, застегивая костюмы для осмотра пациента. – Нам нужна капельница, и кислород.

В центре кабины стоял металлический стол, покрытый пластиком, на нем лежал набор инструментов, стерильные перчатки, медицинские маски и другие необходимые вещи. На стенах и потолке были установлены держатели для кислородных баллонов, капельниц и другого оборудования, необходимого для оказания неотложной медицинской помощи. В кабине были также установлены мониторы для отслеживания показателей пациента, дефибриллятор, аппарат для искусственной вентиляции легких и другое медицинское оборудование.

– Ты как? – Мираи наклонилась к Такоке, проверяя ее лоб. Девочка слабо улыбнулась.

– Я немного лучше, – прошептала она, едва слышно.

– Все будет хорошо, – успокоила ее Мираи, сжимая ее руку. – Врачи тебя вылечат.

– Я не хочу умирать, – прошептала Такока, ее голос дрожал.

– Ты не умрешь, – Мираи посмотрела на врачей, которые спешили оказать помощь девочке. – Ты будешь жить.

Она молила просьбу на небеса, чтобы ее слова сбылись, чтобы Такока выздоровела и снова смогла бегать и играть с ее любимым псом.

– Я забочусь о тебе, – прошептала Мираи, целуя Такоку в лоб. – Я всегда буду с тобой.

Ее слова звучали как клятва, как обещание, которое она дала себе и девочке, пока машина неслись вперед, оставляя за собой лишь пыль дороги и надежду на чудо.

Такока, несмотря на слабость, с присущей детям любопытством, начала осматриваться. Ее взгляд скользил по блестящим металлическим поверхностям оборудования, по ярким ярлыкам на шкафах, по хромированным трубкам, соединяющим приборы.

– Что это? – спросила она, указав на круглый прибор с мигающими цифрами.

– Это монитор, – ответила Мираи, гладя ее по волосам. – Он следит за твоим сердцем и дыханием.

Такока кивнула, еще не понимая всю серьезность ситуации. Но в следующую секунду ее лицо покрылось бледностью, глаза забегали, и она резко закашлялась, хвата ртом воздух.

– Помогите, – испуганно закричала Мираи, вглядываясь в перепуганные глаза девочки. – Ей плохо!

К ним мгновенно поспешили врачи. Высокий врач с изумрудными глазами спокойно и грамотно указал девушке с черными волосами на ножки носилок, что располагались в карете скорой помощи.

– Быстро! – приказал он, и девушки плавно положили Такоку на носилки.

– Снимите с нее одежду, – потребовал врач, и затем быстро надел на девочку кислородную маску.

Мираи в испуге наблюдала за действиями врачей. Она не понимала, что происходит, но чуствовала, что ситуация становится серьезной. Ей было страшно.

– Что с ней? – спросила она, вглядываясь в лицо девочки, которую она знала с детства.

– У нее острая дыхательная недостаточность, – ответил врач, прикрепляя маску к кислородному баллону. – Мы едем в больницу, но ей нужно кислород.

– А она выздоровеет? – спросила Мираи, ее голос дрожал.

– Мы сделаем все возможное, – успокоил ее врач. – Но сейчас важно быстро доставить ее в больницу.

Он кивнул водителю, который включил сирену. Машина скорой помощи с ревом рванулась вперед, оставляя позади пустынные улицы города. Они мчались в больницу, в отделение, где располагался карантин для больных COVID-19.

Мираи в ужасе наблюдала за девочкой. Ее лицо было бледным, дыхание частым и прерывистым. Ей было страшно за Такоку. Она молила просьбу на небеса, чтобы девочка выздоровела, чтобы она смогла снова улыбаться, бегать и играть.

Но сейчас она могла лишь держать ее за руку, надеясь, что современная медицина сможет помочь ее подруге и справиться с этой невидимой угрозой, что опутала весь мир.

Время тянулось бесконечно долго. Словно в замедленной съемке проплывали мимо дома, деревья, автомобили, спешащие пешеходы. Внутри скорой помощи царила напряженная тишина, прерываемая только шумом сирены и глухим стуком колес по асфальту.

Мираи, сжатая в кресле рядом с носилками, неотрывно смотрела на Такоку. Девочка лежала неподвижно, ее лицо было бледным, но на нем уже не было той паники, что она видела несколько минут назад. Кислородная маска плотно прилегала к ее лицу, мягко окружая носовой мостик и подбородок. Мириа с тревогой наблюдала за ее грудной клеткой, которая ритмично поднималась и опускалась, создавая нежный шум дыхания.

– Такока, – прошептала она, взяв девочку за руку. – Ты как?

Девочка не ответила, ее глаза были закрыты, но она слабо сжала руку Мираи.

– Не переживай, все будет хорошо, – ласково прошептала Мираи, пыталась вложить в свои слова всю свою надежду и уверенность. – Врачи тебе помогут.

Ей хотелось сказать еще что-нибудь успокаивающее, но слова застревали в горле. Она не знала, что чувствует Такока, какие мысли мучают ее в этот момент. Но Мираи могла только держать ее за руку, сжимать ее крепче, показывая своей маленькой подруге, что она не одна, что рядом с ней есть кто-то, кто ее не оставит.

Они еще долго ехали. Время словно растянулось, превращаясь в бесконечную полосу асфальта, по которой они неслась в неизвестность. Мираи вглядывалась в проносящиеся мимо пейзажи, пыталась отвлечься от мучительных мыслей, но все ее внимание было сосредоточено на Такоке. Она молила просьбу на небеса, чтобы девочка выздоровела, чтобы они снова смогли вместе гулять по парку, играть с Кин, чтобы в жизни Такоки снова засиял свет радости и детского смеха.