Чтение онлайн

Было приятно его снова видеть, когда он гордо вышел из лифта в холл, где я ждал. Его сопровождал крупный и приветливый Василий Ватаману. Оба, на удивление, обрадовались встрече.

– Добро пожаловать в Великобританию, – довольно официально сказал я.

Господин Ватаману сказал что-то по-румынски.

– Мы очень рады видеть тебя на твоей родной земле, – послушно перевел Андрей.

Белфаст не был моей родиной, но я понял, что он имеет в виду, и мы сердечно пожали друг другу руки. Эти двое выглядели расслабленными, что было невероятно. Прилетев в тот же день, они должны испытывать возбуждение, ведь они попали в новую страну, но, думаю, они испытывали чувство облегчения, освободившись от бремени, коим была Молдова. Таково мое мнение. Это было написано на их лицах. Складывалось ощущение, что их лицевые мышцы разогрелись и готовы улыбаться.

Наша встреча изобиловала несвойственным их национальности смехом, господин Ватаману пребывал в шутливом настроении. Он принес добрые вести. На самом деле, потрясающие. Мне сказали, что тренер снова передумал и теперь не возражает, чтобы я сыграл с его футболистами в теннис, при условии, что я сделаю это завтра утром. Естественно, я согласился. Вряд ли бы я сказал:

– Нет, простите, но завтра утром исключено, у меня шопинг.

Времени оставалось мало. Я должен был успеть сыграть со Строенко и Куртияном после их завтрака и до экскурсии по городу. Это означало, что надо уложиться в промежуток с 10:15 до 11 часов.

– А я успею? – спросил я господина Ватаману, чей ответ последовал незамедлительно.

– Господин Ватаману говорит, что за это время ты успеешь обыграть ребят три раза.

Господин Ватаману громко захохотал.

– Одного будет достаточно, – ответил я с улыбкой.

Что-то лучше делать дважды. Обыгрывать молдавских футболистов в теннис – из другого разряда.

– Ты в форме? Готов? – спросила Шона, когда мы встретились с ней в приемной Ольстерского телевидения на следующее утро.

– Я готов, как никогда, и я в нужной форме.

Шона мило согласилась исполнить роль Юлиана и снять матчи на пленку в качестве доказательства.

Выйдя из такси, которое осталось нас ждать, готовое доставить прямиком к дверям крытого теннисного центра Белфаста, мы вошли в «Холидэй инн» ровно в 10.15. Атмосфера там царила, мягко выражаясь, необычная. Молдавские парни средних лет кружили по фойе в темных пальто и разнообразных нелепых шляпах. Такое ощущение, будто я снова очутился в Кишиневе, если не считать того, что освещение было ярким, а персонал отеля не ходил с лицами террористов-смертников. Должно быть, предположил я, это руководство клуба. Их было слишком много и, как я вскоре узнал, при вынесении решений каждый хотел вставить свое слово.

– Господи, прямо сцена из триллера о «холодной войне», – сказала потрясенная Шона.

– Я наблюдал это три недели.

– Хорошо, что это был ты, а не я.

Наконец появился Андрей. Вид у него был слегка встревоженный. Он объяснил, что игроки еще завтракают и скоро явятся. Было 10.20, а вернуться в отель они должны к 11. Времени мало, но ускорить процесс я ничем не мог. Несмотря на то, что я снова был там, где со мной говорили на одном языке, и понимал, как и что работает, я все еще зависел от пожеланий моих молдавских друзей и их своенравного и нерешительного характера.

В холле стало совсем тесно, когда футболисты в спортивных костюмах присоединились к тем, кто деловито валял дурака в холле отеля.

– Это, видимо, значит, что они позавтракали, – заметил я со всей невозмутимостью, на какую был способен.

– Двадцать пять минут одиннадцатого, – объявила Шона. – Не думаю, что тебе хватит времени.

– Главное в такой ситуации – не паниковать. И все получится.

Моим уверенным речам, однако, противостояли внутренние страхи. Победа ускользала. Если сегодня утром мы не сыграем, все кончено. Шанса больше не представится.

– Что происходит, Андрей? – спросил я, когда он прошел мимо с немного расстроенным видом.

– Я вернусь через минуту, – сказал он. – Надо решить одну проблему.

С этими словами он присоединился к толпе руководства, у которого получилось добиться поразительного сходства с восточноевропейскими шпионами. Голоса стали громче, «шишки» принялись высказывать мнения и размахивать руками. Похоже, обсуждалось что-то крайне важное. Шона посмотрела на меня.

– Случилось что-то плохое, – мрачно сказала она.

– Вижу. Меня начинает это немного беспокоить.

Антикризисная комиссия перед нами продолжала заседать еще несколько минут, а мы с Шоной пытались угадать возможные причины суматохи. Может, их лучший игрок получил травму? Или кого-то обокрали в номере? Или молдавское правительство хотело по телефону обсудить важные дипломатические ходы?

Как бы там ни было, миссию по решению проблемы возложили на Андрея. Я с волнением наблюдал, как он уже в который раз промчался через фойе. Я улучил момент, чтобы помолиться: какой бы ни была причина переполоха, пусть в ближайшие тридцать секунд все уляжется.

Андрей решительно остановил проходившую мимо официантку. Мы вытянули шеи, чтобы расслышать как можно больше.

– Что там с сосисками? – спросил он.

– Мне показалось, ваш человек сказал, что не хочет видеть на столе сосиски, – ответила она.

– Это был господин Сепой. А господин Данилян хочет, чтобы сосиски подали немедленно.

– Хорошо, я снова их принесу.

Андрей посмотрел на толпу шпионов и сделал им знак, что все в порядке. Их обеспокоенные лица слегка закаменели.

Мы с Шоной с недоверием переглянулись. Невероятно, весь шум подняли из-за отсутствия каких-то сосисок. Это было бы забавно, если бы последствия этой задержки не казались жизненно важными для исхода моего пари.

Через мгновение официантка появилась из кухни и принесла поднос с сосисками Андрею.

– Сосиски, – только и сказала она.

– Да, сосиски, – подтвердил Андрей до того, как сопроводить ее к руководству.

Мы все с нетерпением ждали ответа принимающей стороны. Признает ли та, что это сосиски, или кто-нибудь потребует научно обоснованных доказательств.

Нам повезло. Официантку встретили одобрительными кивками и отправили в столовую, а за ней потянулись голодные футболисты в спортивных костюмах, довольные тем, что их меню наконец-то одобрили. Сосисочный кризис, похоже, остался позади.

Прошло еще пять мучительных минут до того, как Андрей и господин Ватаману наконец вышли из столовой с двумя футболистами.

– Мы готовы, – сказал Андрей. – Это Александр Куртиян, а это Сергей Клещенко.

Игроки послушно пожали мне руку.