Чтение онлайн

Это звучало не пафосно, не горделиво, не глупо, а уверенно, правдиво и самобытно просто. Он сказал это с неописуемо простой уверенностью.

– Как и ты, я поначалу тоже огрызался на него, пока на месяц не попал в больницу. И всё равно считаю, что поступил правильно, заступившись за моего друга. Ведь по другому нельзя было поступить.

Уолдо не совсем понял – утверждение это было или вопрос.

– Ты умный парень, всегда в глаженой рубашке ходишь, у тебя манеры есть, осанка, они это заметили. Буду дураком, если не попрошу – не обращай внимания на них, обходи стороной, ищи уступки, ведь в драке умные люди не смогут себя защитить. Я не хочу, чтобы ты испытал то безнадёжное состояние, какое было у меня, ту злобу, которую некуда девать и страх повтора, унижений. – Как же быстро Реджи поник, вспоминая эти моменты.

Но, как это случалось и раньше – лицо Реджи через минуту вновь расцвело в улыбке и они снова продолжили путь, наполнив дорогу рассказами Реджи. Под шум его слов, Уолдо понял, что Реджи считает его просто слабаком. И он был ему благодарен. Благодарен, что тот не пытается лезть в его прошлое. Уолдо благодарен ему, что он принял его обычным, настоящим, таким, каким он хотел видеть себя – ребёнком.

Уолдо понял одно: Уил в какой-то момент сорвёт кулаки на его товарищах и он должен быть к этому готов. Тренировки он усилит и удлинит. Не то, чтобы Уолдо считал Реджи или кого-то иного другом, просто хорошие люди заслуживают защиты, даже Маршалл. Он понимал, что Реджи стал ему больше, чем просто знакомый, но не друг. Без доли сожаленья для друга Уолду не жалко жизни, так как приравнивал он их к семье. И уже давненько осознал, что таких не встретит. Не хочет.

Дома, за столом Уолда и Эмили родители стали расспрашивать, как они провели свой первый день и с кем они познакомились сегодня. Эмили начала первая, рассказала о похвале учителей, об одноклассниках, которые радостно приняли её в свой класс, о новых подругах и друзьях. Уолду она даже шанса вставить слова не давала, каждый раз вспоминая что-то новое.

Как приятно было сейчас Уолду. Греющий камин у него за спиной, отдающий трест по уютной притемнённой комнате, где собралась семья вечером, неописуемая тишина ветра на улице, разгоняющего через открытое окно чуть прохладный воздух. Любимая еда, любимые люди – всё это каждый раз казалось Уолду лишь сном, и с каждым днём голос внутри его головы становился лишь тише, создавая ощущение рая в столь простом месте. В такие моменты он вспоминал, зачем столько лет гнался по серой пустоши, один. В такие моменты он забывал.

И так пролетели два часа, наступила ночь, и пора было ложиться спать. Уолдо помог убрать со стола и поднялся к себе в комнату, поправляя в нужный градус одиннадцать вещей в его комнате. А в это время в глазах, уже давнего знакомого Уолда, ворона, отображался его лик.

На следующий день проходила показательная тренировка бойцовского клуба. Радость присутствовать там досталась и классу Уолда. Не особо занятно было смотреть, как тугодумы бьют друг друга. Плохие у них учителя, раз техника так отстала. Ни одного адекватного лица он не увидел на ринге, пока туда не вышел Уил. Единственный грамотный боец. Смекалка развита, глаза свежи. Противник устал промахиваться, а Уил с ним играл. Но, как только он заметил на трибуне строгого Уолда, он тут же заулыбался. Размашисто ударив по лицу противника, свалив его с ног, Уил начал избивать его, не давая шанса подняться. Судья стоял в стороне. А сам Уила не отрываясь смотрел на Уолда, и с каждым ударом его лицо раскатывалась всё большей улыбкой, а руки сильнее зудели о крови.

– Давай не будем больше о Уиле. Он более адекватный, чем я. Просто он так решил и сделал. – Лёжа в постели сказал Реджи по телефону.

– Хорошо.

– А ты же понял, зачем мы там сидели?

– Ты же не хотел об этом говорить.

– Я уже о другом. В нашей школе ты должен записаться в какую-нибудь любую секцию. Мы попали на показательное выступление этой секции, кто-то на плавание. Вон Амелия записалась сегодня на бег, там довольно мало людей, тебе должно понравиться. Не хочешь туда пойти?

– Не знаю.

– Вот и отлично, я с тобой запишусь.

На это Уолдо промолчал.

После разговора он не пошёл спать, не смог. Он встал и подошёл к зеркалу, снял майку и повернулся спиной, дотрагиваясь до своих шрамов. Уолдо уже привык к этой метке. За что он заслужил это клеймо, Уолдо не смог понять. Да уже не важно это было. Но это не единственное, что он скрывал от других. Под его рубашкой и чёрными джинсами скрывался металл. Давно ещё Уолдо попросил у своих родителей заказать ему утяжелители для ног и рук у одного мастера. Это был его единственный способ вернуть хоть крупицу его былой силы – не давать мышцам покоя, кроме как во время сна.

Уолдо снял эти утяжелители сейчас и снова встал у зеркала, смотря своему отражению в глаза. Он хотел увидеть в них давнюю силу воина былого, но видел лишь усталый, твёрдый взгляд ребёнка. Уолдо улыбнулся себе, поняв, как глупо он выглядит, разыскивая в себе то, чего уже у него нет. Повернув голову, он ухватил взглядом его синюю, как небо, стекляшку и стал медленно подходить к ней. В ту же секунду, как он взял её в руки и лёг под одеяло, Уолдо познал ярое спокойствие в своей голове. Она, будто, забирала в себя всё то, плохое, что копилось у Уолда весь день и не давало спать. Сжав её ещё сильнее, он стал засыпать.

Даже в такой поздний час от него не отставала чёрная тень – ворон, скрывающийся в тени дерева и в темноте ночи, нависшего над этим городом. Он спокойно глядел на Уолда своими чёрными глазами и не известно, о чём думал в этот момент. Он что-то искал у Уолда, что тот не видел даже сам в себе, то, о чём он даже не подозревал. Ворон будто знал, что Уолдо тот, кого он ищет и ждал от него чего-то необычного, чего-то аномального для обычного человека. Ворон догадывался, что Уолдо скрывает что-то, что он лишь пытается стать обычным, совсем им не являясь. Ворон всё вглядывался в окно и Уолдо чувствовал это. Он с приоткрытыми глазами лежал и словно ощущал на себе его взгляд, временами отвлекаясь на стекло у себя в руках, в котором он видел небо. Уолдо решил тихонько развернуться с левого бока на правый, чтобы увидеть: стоит ли он за окном или ему просто это кажется. Перевернувшись, он не открывал глаз первые секунд пять, и когда всё же решил это сделать, то увидел лишь его улетающее крыло и качающуюся ветку дерева с листвой. Поняв, что он был прав, Уолдо уснул, на удивление быстро.

***

Сном обделены лишь те, кто не видит в нём смысл или те, кто торопится.

Многие днями не смыкают глаз.

– Он засмеялся, когда я заговорил на счёт отпуска. Это получается, он и не думает нас отпускать?

Лаггски ответил, поставив тетрадь на стол.

– Отпустит, как только мы сделаем то, что он просит. – Он создал небольшую паузу, чтобы дать собеседнику подумать, а затем продолжил. – Так думал я сначала, но потом спросил у него на прямую, когда можно выйти к семье?

– А ну вот, вы спрашивали и что он ответил? А то мне же им деньги нужно отдать.

– А тебе разве заплатили? – Спросил Лаггски.

– Ну, должны же будут, когда я уйду.

Лаггски размял шею.

– И я так думал, а оказалось, что у нас будет выбор. Вот у тебя есть семья?

– Допустим.

– Ну вот, когда мы закончим создавать этот «миф», как нам сказали, в конце будет предложен выбор: или твоя семья, не ты, а твоя семья получит очень внушительную сумму денег, или ты не получишь ничего, но тебя отпустят.

– То есть, если я выберу деньги, но я останусь тут? – Не совсем понял собеседник.

– Да. – Весело ответил Лаггски. Ну а как тут по-другому то, если всё так печально складывается. – И если ты поднимешь из-за этого шум, то подумай, куда делись трое из твоих коллег, кроме как не домой?

Собеседник профессора Лаггски опешил.

– А куда?

– На корм «мифам».

– Но это же не правда. – Улыбнулся тот, не поверив.

Лаггски не ответил.

– Вот, добавь ещё пробирку из пятого, посмотрим реакцию. – Не слушал болтовню своего подчинённого профессор Лаггски. Он внимательно всматривался в стекло.