Чтение онлайн

3. «Она должна приписывать динамическую силу мыслительным процессам, то есть планированию и намерениям» (Allport, 1961, р. 222). Оллпорт доказывал, что большинство людей заняты своей жизнью в будущем, но многие психологические теории «заняты возвращением их назад в прошлое. И когда каждый из нас считает, что мы спонтанно активны, многие психологи говорят нам, что мы всего лишь реактивны» (р. 206). Хотя наши намерения вмешиваются в любую ситуацию, это третье требование относится в основном к долговременным мотивам. Девушка отказывается от предложения сходить в кино, потому что она предпочитает изучать анатомию. Это предпочтение соответствует ее цели получить в колледже хорошие оценки и связано с ее планами быть принятой в медицинскую школу, что необходимо для исполнения ее намерения стать врачом. Жизнь здоровых взрослых людей ориентирована на будущее, к нему относятся их предпочтения, цели, планы и намерения. Это, конечно, не всегда полностью рациональные процессы, как, например, тогда, когда мы позволяем своему гневу возобладать над нашими планами и намерениями.

4. Адекватная теория мотивации «допускает уникальность конкретных мотивов» (Allport, 1961, р. 225). Конкретный уникальный мотив отличается от абстрактно обобщенного, последний основывается на изначальных теоретических предположениях, а не на действительной мотивации реального человека. В качестве примера конкретного уникального мотива возьмем человека, который хочет научиться играть в «городки». Его мотив конкретен, и его способ достижения улучшений уникален для него. Одни теории мотивации могут приписать поведение нашего героя агрессивным тенденциям, другие — подавленным сексуальным влечениям, третьи — вторичному побуждению, выученному на основе первичного побуждения. Оллпорт же просто сказал бы, что тот хочет научиться играть, потому что хочет научиться играть. Это уникальный, конкретный и функционально автономный мотив.»

Поставив перед собой цель создать адекватную теорию, отвечающую всем этим критериям, Оллпорт разработал оригинальную концепцию мотивации, объясняющую проактивное поведение (proactive behavior). Его теория видит людей сознательно воздействующими на свою окружающую среду способом, позволяющим им расти и стремиться к психическому здоровью. В своей концепции функциональной автономии Оллпорт попытался осмыслить и впитать объяснения реактивных теорий, не забывая в то же время о проактивных теориях, подчеркивающих изменения и рост.

Для того чтобы трактовать бесчисленные человеческие мотивы, которые, по-видимому, нельзя объяснить только гедонистическим принципом или принципом напряжения, вызванного побуждающей силой, Оллпорт создал концепцию функциональной автономии (functional autonomy). Теория функциональной автономии — это теория изменяющихся, а не неизменных мотивов, и она является краеугольным камнем теории мотивации Оллпорта.

Оллпорт определял функциональную автономию как «любую приобретенную систему мотивации, в которой напряжения, включенные в нее, отличны от предшествующих напряжений, от которых эта приобретенная система произошла» (1961, р. 229). Иными словами, то, что начинается как один мотив, может затем перерасти в другой, который исторически продолжает изначальный мотив, но функционально независим от него. Например, человек может разбить сад изначально для того, чтобы удовлетворять свою естественную потребность в еде, но затем вдруг увлечься садоводством и заниматься им просто ради удовольствия.

Различные теории личности часто направлены на объяснение кажущегося загадочным человеческого поведения. С точки зрения Оллпорта, если побуждение функционально автономно, оно является объяснением поведения, и не нужно искать за ним скрытые или первичные причины. Другими словами, если накопление денег — функционально независимый мотив, тогда поведение скупого человека не ведет свое происхождение от переживаний детства, связанных с приучением к горшку или с наградами и наказаниями. Скряга просто любит деньги, и это — единственное необходимое объяснение. Эта идея о том, что большая часть наших действий основана на интересах настоящего времени и сознательных предпочтениях, согласуется со здравомыслящей убежденностью многих людей, что то, что они делают, они делают просто потому, что им нравится это делать.

«Принцип функциональной автономии рассматривает зрелые мотивы как разнообразные самоподдерживающиеся одновременно существующие системы, вырастающие из предшествующих систем, но функционально от них независимые» (Allport, 1961, p. 227).

В общих чертах, концепция функциональной автономии состоит в том, что некоторые, но не все, человеческие побуждения функционально независимы от изначальных мотивов, ответственных за поведение. Функциональная автономия — это ответ тем теориям, которые Оллпорт называл теориями неизменных мотивов, а именно — принципу удовольствия Фрейда и гипотезе уменьшения напряжения, принадлежащей психологии «стимула-реакции». Оллпорт считал, что обе теории имеют дело с историческими фактами, вместо того чтобы заниматься функциональными фактами. Он считал, что мотивы взрослых людей строятся в первую очередь на сознательных, самодостаточных (self-sustaining), соответствующих настоящему времени системах. Функциональная автономия представляет собой его попытку обосновать сознательную, самодостаточную, соответствующую времени мотивацию. Функционально автономные мотивы являются современными, самодостаточными, вырастают из более ранних мотивов, но функционально независимы от них. Основной критерий функциональной автономии таков: присутствующий мотив функционально автономен до тех пор, пока он ищет новые цели, это значит, что человек может вести себя по-прежнему, даже если его мотивация изменилась. Например, дети учатся ходить, возможно, следуя изначальному мотиву, побуждающему развиваться, но потом они могут ходить для того, чтобы развить свою подвижность или приобрести уверенность в себе. Точно так же ученый может быть поглощен поиском ответов на сложные вопросы. Он получает удовлетворение более от самого поиска, чем от найденного решения, и его метод поиска может варьироваться в зависимости от проблемы, которой он занимается. Когда одна задача решена, ученый ищет другую область для применения своих сил, и при этом его новая сфера деятельности может существенно отличаться от того, чем он занимался ранее. Вновь возникшие напряжения отличны и автономны от тех, которые их породили. Каждое новое открытие ведет к повышению степени увлеченности и к постановке новых целей.

Оллпорт выделял два уровня функциональной автономии: персеверативная функциональная автономия и проприативная функциональная автономия.

Персеверативная функциональная автономия

Персеверативная функциональная автономия продленного действия (perseverative functional autonomy) свойственна как людям, так и животным и основана на простых неврологических (neurological) принципах. Оллпорт воспользовался понятием «продленное действие» (perseveration), которое означает способность впечатления оказывать влияние на последующие переживания. Примером такого элементарного уровня функциональной автономии может служить крыса, которая научилась пробегать лабиринт для того, чтобы получать пищу, а потом продолжает бегать по лабиринту, даже если она уже сыта. Почему она продолжает это делать? Оллпорт сказал бы, что крыса бегает по лабиринту просто потому, что находит это забавным.

Оллпорт считал, что к персеверативной функциональной автономии, относится и склонность людей удовлетворять свои потребности привычным образом, например устанавливать себе режим дня. Кроме того, с этой же точки зрения он рассматривал некоторые «дурные привычки» — курение, употребление алкоголя или других наркотиков тогда, когда нет никакой физиологической потребности в них. Алкоголик продолжает пить, хотя при этом его текущая мотивация функционально независима от его изначального мотива.

Персеверативная функциональная автономия основана на механизмах обратной связи в нервной системе человека. Это хорошо иллюстрируется на так называемом феномене незавершенных задач. Дело, однажды начатое, но затем прерванное, оказывает воздействие на человека, создавая новое напряжение, побуждающее завершить начатое. Это новое напряжение отличается от первоначальной мотивации. Пусть, например, студентам предложено собрать картинку-головоломку, состоящую из 500 кусочков, и за каждый кусочек, поставленный на нужное место, испытуемый получает 10 копеек. Предположим, что эти студенты ранее не интересовались решением подобных головоломок и их первоначальная мотивация была исключительно денежной. Также предположим, что общее денежное вознаграждение каждого ограничено сорока пятью рублями; таким образом, правильно расположив 450 кусочков, они получают максимально возможную сумму денег. Станут ли они собирать эту картинку дальше, в отсутствие денежного вознаграждения? Если да, то это значит, что возникло новое напряжение и их мотив закончить решение задачи функционально автономен и независим от изначального мотива получения денег.

Проприативная функциональная автономия

Высшая, присущая только человеческой личности система мотивации — проприативная (собственная) функциональная автономия (propriate functional autonomy). Проприативная функциональная автономия относится к самодостаточным мотивам, входящим в проприум, и тем самым становится руководящей системой мотивации, придающей личности единство. Собирание головоломок и употребление алкоголя нечасто рассматривается как «именно мое». Эти мотивы не являются частью проприума, а находятся на периферии личности. С другой стороны, профессиональные занятия, хобби и интересы ближе к ядру личности, и многие из мотивов, связанных с ними, становятся функционально автономными. Пусть, например, человек устраивается на какую-то неинтересную и даже скучную работу, потому что нуждается в деньгах. Однако по прошествии нескольких лет работа начинает казаться очень привлекательной, он проводит выходные на службе и, возможно, даже находит какое-то хобби, близко связанное с основным занятием.

Границы функциональной автономии

Так же как проприум является лишь частью личности, так и функциональная автономия объясняет отнюдь не все мотивы человеческого поведения. Оллпорт выделяет следующие восемь процессов, которые не входят в число функционально автономных:

1) биологические побуждения, такие, как еда и сон;

2) мотивы, непосредственно связанные с основными побуждениями;

3) рефлекторные действия, такие, как дыхание и моргание;