Чтение онлайн

Словом, все мы самые разнообразные участники самых разнообразных общественных отношений, и в этом проявляется великий и замечательный принцип социализации, который вывел когда-то человека из эволюционной рутины животного мира, придал ему какое-то пока непостижимое предназначение в этом мире.

Конечно, в различных теоретических конструкциях делались и делаются попытки выделить среди множеств общественных отношений самые основные, определяющие ход социального развития, например «производственные отношения» в марксистско-ленинской интерпретации истории, от которых, по мнению сторонников марксизма, в той или иной степени производны иные отношения.

В других конструкциях вместо производственных отношений с их приматом собственности на первое место выдвигаются не материальные, а духовные, идеологические отношения — религиозные, мировоззренческие, нравственные.

Но для теории права основным является не столько социологический вопрос об иерархии общественных отношений, хотя без ответа на него тоже не обойтись, сколько вопросы о том, каким образом эти отношения превращаются в правовые, каковы механизм и формы их существования и действенности в этом качестве.

Словом, это вопрос о том, какую же роль во всех этих процессах играет право: оформительскую, творческую, преобразующую, консервирующую?

В общем плане ответ сводится к следующему. Регулируя общественные отношения — упорядочивая их, стабилизируя, развивая, изменяя, прекращая, — право придает им новое свойство: превращает их в правовые отношения.

Участники общественных отношений формально, с помощью права наделяются разнообразными правомочиями (разрешениями, дозволениями, поручениями), обязанностями (запретами, долженстнованиями) и превращаются тем самым в субъектов правовых отношений. Общественные отношения наряжаются, таким образом, в правовые одежды, приобретают правовую форму, становятся правовыми.

Общественная природа человеческого общежития сохраняется, но она уже обволакивается в правовую оболочку прав, обязанностей, ответственности и становится правовой природой жизнедеятельности общества. Например, такие социальные отношения, как родственные — между родителями и детьми, между иными родственниками, — не исчезают, подвергаясь воздействию права, т. е. не исчезает любовь друг к другу, привычка заботиться друг о друге, не исчезают привязанности, нежность, поддержка и иные прекрасные человеческие качества, но в этот идиллический мир родственных отношений вторгается юридический мир сухих прав и обязанностей, появляются строгие взаимные алиментные обязанности, брачные контракты и т. п. Появляется кодекс — Семейный кодекс, регулирующий сложные отношения воспроизводства человеческого рода. Эти отношения обволакиваются и брачно-семейные юридические отношения, а их участники — муж, жена, дети, родители — превращаются в субъектов правовых отношений. У них как у субъектов появляются правомочия и обязанности по взаимной поддержке, управлению семейным имуществом и т. п. Они уже не только социальные участники отношений, но и носители прав, обязанностей, ответственности, они — субъекты правовых отношений.

Час пробил. Цивилизация, породив право как регулятивную систему на рубеже III–II тыс. до н. э., шагнула в новое, правовое пространство, напяливая на себя по ходу своего продвижения то удобное, то нелепое платье правовых отношений. Социальная плата за правовое стеснение своих желаний и поступков оказалась немалой, но человечество получило за эти издержки и новые возможности для своего выживания, стабилизации, для установления великого правопорядка. Оно овладело социальными ценностями последних трех тысячелетий и поставило их себе на службу, созданы не только социальные, но и правовые отношения.

Итак, правовые отношения — это общественные отношения, урегулированные правом.

В свою очередь, правовое регулирование — это процесс наделения участников общественных отношений правомочиями, обязанностями, ответственностью (дозволениями, запретами, управомочиями), реализации этих правомочий, обязанностей, ответственности, превращения этих участников в субъектов правовых отношений.

Правомочия, обязанности, ответственность, которыми наделяются участники общественных отношений, превращая их в субъектов правоотношений, заключены в нормах права или иначе, что одно и то же — в «положительном» (позитивном) праве, в объективном праве (законах, прецедентах, правовых обычаях и т. д.). Поэтому правоотношение в своей основной характеристике — это итог, результат действия, реализации нормы права, ее воплощения в поведении конкретных субъектов права. Правоотношение — это право в действии, в жизни, это превращение абстрактного правила поведения (нормы) в конкретное действие или бездействие конкретного индивида, или коллективных образований.

Правоотношение — это особая, юридическая связь участников различных социальных процессов, их сцепление в человеческое общество. Поэтому весь инструментарий правового регулирования, о котором речь шла выше (запреты, дозволения, управомочия), распределяется между участниками общественных отношений в соответствии с социальной ролью и местом этих участников в общественной жизни. Правомочия одних субъектов подкрепляются, обеспечиваются соответствующими обязанностями других субъектов. Иными словами, правомочия одних субъектов корреспондируют обязанности других. И именно нормы права в своем конкретном бытии сцепляют своих адресатов, своих субъектов в единые правовые отношения.

Но поскольку действие, реализация нормы права обеспечивается возможностью государственного принуждения, то государство всегда незримо, но весьма мощно присутствует в правоотношении, в качестве «третьего нелишнего». Оно подчас и свидетель правоотношения, и грозный контролер, и поручитель, и обеспечитель, а порой и конкретный участник. Все зависит от того, о каком правоотношении идет речь, каково конкретное содержание нормы, воплощаемой в поведении субъектов правоотношения.

Правоотношения, как правило, имеют волевой, сознательный характер. Участники общественных отношений сами желают вступить в правоотношения (трудовые, семейно-брачные, имущественные и т. п.), хотят приобрести те или иные права и обязанности. Им это нужно для достижения своих целей, устойчивого обеспечения своей жизнедеятельности. Но и тогда, когда правоотношения возникают добровольно, по воле и желанию самих участников, все равно за их плечами поднимается грозный лик государства как надежного обеспечивающего начала. Это прежде всего возможность обратиться за защитой своих прав и законных интересов в суд. Это и возможность привести в действие весьма мощный, скрежещущий, неумолимый механизм государственного принуждения. Государство в правовых нормах устанавливает юридическую ответственность за нарушение прав, неисполнение обязанностей, которая и может наступить в случаях, когда субъект правоотношения будет признан в установленном порядке правонарушителем.

Однако многие правоотношения возникают и помимо воли и желания субъектов — событие порождает их (например, стихийные бедствия, смерть наследодателя и т. п.). И в этих случаях в правоотношении участвует государство как контролер, как гарант тех правомочий и обязанностей, которые распределены среди конкретных субъектов конкретных правоотношений.

Словом, теория права выделяет различные грани взаимодействия нормы права и правоотношений.

Кроме уже указанного выше, необходимо отметить еще и следующее.

Нормы права в своей совокупности образуют то объективное, положительное право, о котором речь шла выше и которое выражалось в законах и иных формах права. В конкретном же правоотношении это объективное право преобразуется в конкретное, субъективное право, т. е. право, которое конкретному субъекту для конкретных ситуаций устанавливает правомочия, обязанности, ответственность, устанавливает рамки его поведения и все это при определенных условиях.

В английском языке объективное и субъективное право выражается двумя разными терминами — law и right, где первое слово обозначает право в объективном смысле (статут, закон), а второе — в субъективном. Русский язык этих содержательных различий не выражает терминологически, поэтому приходится для обозначения этих различий употреблять словосочетания — право в объективном смысле и право в субъективном смысле. Нормы права определяют меру, границы, рамки того, что конкретный субъект мог бы делать или не делать в конкретных обстоятельствах, в конкретной ситуации.

В этом смысле и говорят, что субъективное право — это мера возможного поведения, а юридическая обязанность — это мера должного поведения. А правоотношение в целом — это юридическая форма реализации нормы права. И неверно поэтому встречающееся иногда в литературе словоупотребление: «право регулирует правоотношение». Правоотношение — это уже урегулированное правом общественное отношение.

Эти рамки, границы, которые «черпают» из нормы права, могут иметь количественные или качественные характеристики. Например, размер заработной платы, штрафа и т. п. — это количественная характеристика. А оценочные категории типа: «в крупных размерах», «производственная необходимость», «общепризнанные принципы и нормы международного права», «тяжкие телесные повреждения», «особый цинизм» и т. п. — это качественные характеристики.