Чтение онлайн

Нур Мохаммад Тараки, обратился к Советскому правительству и генеральному секретарю КПСС товарищу Агурееву, с просьбой помочь Афганистану в этот трудный период.

На закрытом совместном заседании Партии, президиума Верховного Совета и Правительства, обращение президента Тараки было обсуждено, и почти единогласно принято решение об оказании гуманитарной помощи братской стране. В Афганистан поставят продовольствие, топливо и другие материалы, в счёт товарного правительственного кредита, предоставленного на льготных условиях.

Правда 5 мая 1979 года.

Что попросить от Генерального Никита знал, но, пока не время. А хотел он вполне официально зарегистрированный ствол, чтобы не бросаться каждый раз в рукопашную. Но это — минимум с восемнадцати лет, как и владение автотранспортом. А пока, он учился создавать в воздухе глифы и сигилы, наполнять их крохами энергии, и с восхищением смотрел, как в воздухе появляется светящийся шарик или с пальца бьёт короткая молния.

Да. Пока всё выглядело достаточно бледно, но даже такая магия уже виделась огромным прорывом. А в учебнике описывались куда более эффективные узоры. Тот же «шарик света» мог превратиться в «шарик огня», и просто в «шар огня», или в «шар плазмы». На четвёртом уровне, учебник заканчивался, но судя по всему продолжение следовало.

Смена в Артеке начиналась с шестого июня, и Никита в сопровождении сестры, одетый в тонкие льняные брюки, кроссовки, рубаху и тонкий летний пиджак, с небольшим чемоданом в руках, стоял у Московского Дворца Пионеров на Воробьёвых горах, где собирали будущих артековцев, съезжавшихся со всей страны.

Но из Москвы ехали не все. Часть добиралась самостоятельно, а часть собирали на вокзале в Симферополе.

Никита отправил Варю и быстро нашёл свой отряд лагеря Лазурный. Там уже суетилось около полусотни пионеров и десяток вожатых, среди которых Никита увидел, как минимум трёх офицеров «девятки» знакомых ему лично по занятиям в академии Штурмина.

Ещё трёх он уверенно определил, как сотрудников органов, а остальные находились под вопросом. Но от партконтроля запросто можно ожидать заполнения ста процентов вожатских должностей офицерами КГБ. В конце концов какими только путями не попадали люди в госбезопасность, в том числе и после комсомольской и вожатской работы.

Никита подошёл к столу, вынесенному из здания Дворца Пионеров, и положил перед девушкой конверт с артековской путёвкой.

— Даже не вскрывал. — Удивилась девчонка, разрывая пальцами бумагу и доставая путёвку. — Да, всё правильно. Наш отряд. Наши, вон, кучкуются. Можешь пойти познакомится. А чемодан пока с собой. С вещами поедем.

Никита отошёл к группе мальчишек и девчонок, клубящихся вокруг стойки с афишами.

— Всем привет.

Сразу много парней и девчонок подошли, оценить новичка.

— Меня зовут Айгуль стройная тонкая девушка с распущенными чёрными волосами очень мило улыбнулась, показав на персиковых щёчках очаровательные ямочки.

— А меня Никита. — Он поклонился.

— Ты олимпиадник? — Спросила белокурая высокая девочка, в белой рубашке и светло-синей юбке.

— Не, я так, случайно проскочил. — Никита улыбнулся. Участвовал в большой работе, и она какую-то там премию взяла. Вот нас от обкома комсомола и отправили. Девчонок в следующую смену, а меня вот в эту.

— А что за значок? — Самая маленькая по росту, показала пальцем на орденскую планку на пиджаке.

— За хорошее поведение. — Никита пожал плечами.

— Это не значок. — Парень почти габаритов Никиты шагнул ближе наклонив голову словно бычок. — Это орден Красной Звезды. У моего деда два таких. — Он нахмурился и протянул руку к пиджаку. — Снимай.

Никита легко перехватил руку и взял на болевой, согнув противника винтом.

— Слушай и внимай, потому что я повторять не буду. — ровным голосом произнёс он чуть склонясь к его уху. — Ещё раз протянешь руку — сломаю.

— Отпусти! — Крикнул парень с расширенными от боли глазами.

— Ты, скажи, понял или нет. — Никита с толчком отпустил подростка, тот упал в траву, но тут же подхватился и уже собирался кинуться, когда их остановила девушка лет двадцати, с волосами, забранными в две косички, белое платье, и пионерским галстуком на шее.

— А ну прекратите! — Она подошла ближе. — Не успели познакомиться уже выясняете отношения?

— Этот вон, — парень показал на Никиту. — Напялил на себя орденскую планку Красной звезды, а когда я потребовал снять, приёмчики всякие стал показывать!

— Не напялил, а надел. — Отчеканила вожатая. — Если бы ты читал комсомольскую прессу, то наверняка знал бы про подвиг комсомольца Калашникова. И вместо того, чтобы кидаться, лучше спокойно спросил бы, почему, что и зачем. Никита тогда тебе ответил бы, что его наградили орденом за то, что он в одиночку захватил банду ограбившую сберкассу. Против трёх вооружённых здоровых мужчин, с голыми руками. И он нам об этом конечно же расскажет. Правда Никита?

— Простите, как…

— Зоя Николаевна. — Ответила вожатая, правильно поняв заминку.

— Так вот Зоя Николаевна. Там всё произошло так быстро, что рассказывать не о чем. — Никита развёл руками. — Три секунды объективного времени. Я конечно могу рассказать, кто где стоял, и как лёг, но не уверен, что это будет кому-то интересно кроме профессионалов. Мне куда интереснее, мои будущие соотрядники. Кто-то наверняка рисует, кто-то пишет стихи, а кто-то добился путёвки учёбой или другими достижениями.

— Для этого, у нас будет вечер знакомств. — Ответила Зоя, и одобрительно кивнула, оценив вираж Никиты по уводу интереса от себя к другим. — Так что готовьтесь. У отрядного костра, поделимся своими историями.

Никита отошёл в сторону и потому как стало припекать, аккуратно сложил пиджак, убрал в чемодан, и присел на скамейку собираясь почитать учебник по эфиристике, но очень скоро к нему подсели сначала девочки, желавшие общаться, а затем и мальчики, потянувшись вслед за девочками.

Беседовали обо всём. Родители, школа, увлечения и друзья. И внезапно Никита понял, что вокруг него находится почти неисчерпаемый источник информации о жизни советских людей и ему это действительно интересно. Поэтому хоть и не вступал сам в беседу, но временами подправлял её течение, задавая наводящие вопросы или подкидывая темы для обсуждения.