Чтение онлайн

— Товарищи, кому плохо?

— Да вроде мне, но как-то уже полегчало. — Косыгин улыбнулся.

— Вы позволите? — Дежурный врач медпункта Колонного Дворца, подошёл к боковому журнальному столику и стал выкладывать из чемодана тонометр и другие медицинские инструменты.

Через десять минут он покачал головой, и стал складывать всё обратно.

— Не могу понять. Тоны сердца чистые, как у молодого спортсмена, давление идеальное, реакции в норме. — Он развёл руками. — Спазм какой-то товарищ Косыгин. Вам бы обследоваться детально. А то упустим какую-нибудь болячку, а она раз, и вылезет.

— Хорошо, товарищ. — Алексей Николаевич, кивнул. — Сделайте заключение и перешлите в мой секретариат.

А когда медик вышел, все очень внимательно посмотрели на Никиту.

— Выходит и так умеешь. — Маршал Захаров усмехнулся. — Ожидаемо, но… всё равно неожиданно.

— Если обследование подтвердит выздоровление, я твой должник. — Негромко бросил Косыгин.

— Эх, Алексей Николаевич, — Дроздов рассмеялся. — да мы все тут готовы пожертвовать очень многим ради такого. Вон, у вас даже лицо посвежело.

— А и правда. — Агуреев, самый молодой среди высших руководителей страны, ему было всего сорок семь, кивнул. — Словно помолодел. Чудеса, да и только. А ведь были дубоголовые, что предлагали тебя спрятать в бункере да всячески исследовать. Но как говорил товарищ Сталин, нет хуже вредительства чем чинить то, что хорошо работает.

— Но соблазн был? — Никита усмехнулся.

— Нет. — Захаров покачал головой. — С одного нарушения закона начинается развал страны. Поэтому никто даже не думал об этом. Конечно вопросов к тебе гора и маленькая тележка, но… пока сам не расскажешь, никто и спрашивать не станет.

Небожители советского Олимпа даже после такого эпизода, вели себя вполне обычно, словно Никита попал на посиделки старых друзей. Правда порой подходили порученцы, что-то говорили, получали указания и снова исчезали. В целом все присутствующие оставили у Никиты весьма благоприятное впечатление. Много не пили, весьма остроумно шутили, и вообще вели себя вполне по-свойски.

Вышел Никита уже поздно вечером, но на предложение подвезти его отказался с удовольствием прогулявшись по вечерней Москве, только собирающейся на всякие увеселительные мероприятия.

К людям Никита относился как относился к обеспечению в армии. Без них просто никак. Для того чтобы один находился на острие, требовались сотни людей, и тысячи, если не миллионы часов их труда. Люди — составляющие тело клинка. Поэтому и не существовало у него пренебрежения гражданскими и небоевыми специалистами, часто встречавшееся в армии и Комитете.

На троицу следовавших за ним парней, он не обращал внимания. Старший из них подошёл ещё в холле Дворца, показал удостоверение, и представил своих сослуживцев, объяснив, что действует по прямому приказу Председателя Комитета, и извинился за возможные неудобства.

— Не вопрос, товарищи. — Никита кивнул. — Постараюсь не доставлять сложностей.

Совершено секретно,

экземпляров пять, экземпляр третий.

Агентура и доверенные лица фиксируют участившиеся попытки руководства Центральной разведки США и сотрудников администрации президента наладить коммуникации с руководством СССР, с целью обеспечения коммуникаций и сотрудничества в сфере распространения препарата «Зелёное поле», вызывающего глубокие изменения в психике реципиента, а также с целью подавления выступлений против применения препарата в странах Латинской Америки и Африки.

Также поступает информация из разных источников, о начале подготовки сворачивания американской операции в Афганистане, и Пакистане, под влиянием больших потерь подготовленных специалистов, и переноса фокуса экспансии в страны арабского мира, Ближний Восток, и южного побережья Средиземного моря.

С этой целью создаётся тактическое объединённое командование Европа-Азия-Африка (ЕАА), с передачей ему всех баз, соединений и формирование объединённой флотской группировки на основе Шестого флота США.

Руководитель информационно — аналитической службы Управления «С» полковник Петров.

Пока Никита дышал свежим воздухом, люди, сидевшие за столом негромко, обсуждали происшедшее и последствия.

— Прятать его нельзя. — Агуреев покачал головой. — Он не схимник, и не преступник. Да и кто скажет, что там у него ещё за пазухой? Обидится да как устроит нам всем небо с овчинку. Охрану бы.

— Так давно за ним присматривают. — Генерал-полковник Игнатов усмехнулся. — Я сейчас дал команду сократить дистанцию, и парни ведут его буквально в пяти шагах. И это плюс к тем, кто на машине. Так что думаю не обидят нашего парня.

— Да его обидишь. — Проворчал Захаров. — Знаешь, в одиночку войти в крепость, и вытащить группу, это очень серьёзно. А учитывая, что его ждали, ещё более серьёзно. Но подстраховать надо. Мне куда интереснее, сможет ли он так сделать для всех? — маршал обвёл взглядом собравшихся. — Нет Пётр Александрович, ты не думай. Я за должность не держусь. Хоть завтра в отставку, и буду преподавать в академии. Но всё же…

— Да и всем интересно. — Косыгин кивнул. — дело важное и нужное. Но! — Он поднял руку призывая к особому вниманию. Нужно не забывать о ротации кадров. Иначе превратимся в стадо крепких физически, но морально древних динозавров. Поэтому хорошо бы определить максимальный срок пребывания на высших должностях, и порядок ротации. Молодые кадры тоже должны иметь возможность для роста.

— Это понятно. — Дроздов, уже прикидывавший все последствия качнул головой. — Но просто обидно, что ты только досконально изучил дело, которому посвятил жизнь, и уже умирать. А многих я бы задержал на руководящей работе ещё лет на пять на десять. Да и преподавательский состав только укрепится. Откуда ни посмотри — сплошные плюсы.

— Ты, Юрий Иванович, за советскую власть не агитируй. — Хмуро произнёс министр иностранных дел Громыко, влияние которого находилось на сопоставимом уровне с силовыми министрами, а в некоторых делах и повыше. — Тут любой должностью пожертвует. Ни детей, ни внуков ведь не видим из-за работы. А тут хоть чуть пожить как люди.

— Тут ещё вот что. — Руководитель внешней разведки улыбнулся. — У тебя Алексей Николаевич, скоро же поездка по странам юга? Иран, Индия, Китай, Вьетнам и Северная Корея. Уверен, что все, включая американцев в первую очередь заметят, как ты посвежел. Такое не скроешь, да и не нужно. Союзникам можно пообещать вылечить, но только первых лиц, и естественно сохраняя секрет. Прочих — за борт. А вот всяким упырям, только за конкретные вещи. И не деньги, нет. Станки, а лучше заводы под ключ, технологии, патенты… Уверен товарищ Калашников будет не против. Уже сейчас наше отставание в технологиях весьма критично, а станет ещё более чувствительным. И без решительных шагов в этом направлении ничего не сделать.