Чтение онлайн

А потому, что, как уже сказано, имперским народам это не нужно. Мелко и неинтересно. Они просто не участвуют в дискуссии.

Зато очень нужно бывшим колониям. Для самоутверждения. Причём не самоутверждения путём самосовершенствования как Индия, а мелочным опусканием метрополиии (вариант Путника) до своего пещерного уровня, чтобы выглядеть не столь жалко. А может ещё и денег срубить. Так Бразилия не стесняется брать деньги с нищей Португалии.

В общем, факт существования Российской империи не только не является постыдным, как это пытаются всем внушить наши бывшие братья, но есть объект законной гордости. Причём не только русского народа, но всех народов, совместно построивших великую империю. А также представителей народов – носителей мировоззрения имперского масштаба, волей судьбы оказавшихся под властью народов – карликов.

Что такое империя и чем она отличается от обычного государства мы выяснили. Теперь давайте разберёмся, откуда, собственно, берутся империи, какие они бывают, что надо сделать, чтобы стать империей, что не надо делать, дабы не лишиться этого статуса?

1. Зарождение империи

Для наглядности рассмотрим идеальную схему, не привязанную ни к одному из существующих государств.

Предположим, соседствуют два народа носящие классические имена: Тупоконечники и Остроконечники.

Понятно, что противоречия между ними столь велики, что мирное сосуществование невозможно.

В ходе многочисленных столкновений выясняется, что Остроконечники, использующие более рискованный способ разбивания скорлупы, имеют более совершенную технику владения ножом, что даёт ощутимое преимущество в рукопашной схватке.

В итоге Остроконечники побеждают и захватывают земли соседей.

Что дальше?

Если войну ведут кочевые племена, исход ясен – проигравшие умерщвляются дабы освободить кочевья для своих родов. Но если оба осёдлые, логика действий сложнее. Для осёдлых земля без обрабатывающего её населения ценности не представляет. Даже если захватили предмет конфликта - спорные рыбные ловы или

рудники, для заселения остальной территории могут понадобится несколько поколений и сотни лет неспешной миграции.

Поэтому после ритуальных грабежей, поджогов, убийств и изнасилований Тупоконечники либо по древней западноевропейской традиции (Рим) обращаются в рабов, либо по более поздней восточноевропейской традиции (Русь) облагаются

данью и оставляются в относительном покое.

Но это не конец истории. Это её начало.

Как внезапно выясняется, за землями Тупоконечников обретается злобное племя Вегетаров, которые люто ненавидят всех, кто предпочитает жареные свиные рёбрышки печёной брюкве. Очевидно, что и такие противоречия могут быть устранены только путём войны.

Если Остроконечники обратили Тупоконечников в рабов, они идут в бой сами. Если побеждают, то Вегетары тоже становятся рабами. Если проигрывают, Вегетары обращают в рабов и Остроконечников, и Тупоконечников.

Но если рабство не культивировалось и Тупоконечники всё ещё представляют собой значительную военную силу, им можно предложить участие в походе на следующих условиях:

– уцелевшая аристократия Тупоконечников включается в состав знати объединённой страны

– все жители получают равные права

– грабёж Вегетаров ведётся совместными усилиями на паритетной основе.

Согласитесь, такое войско сильнее рабовладельческого и судьба Вегетаров решена.

Конец? Увы, нет. За землями Вегетаров начинается вовсе невообразимое. Там обитают Головотяпы с Рукосуями. И так очень долго – века и тысячелетия.

Закономерный вопрос: А нельзя ли было всем жить мирно, а спорные вопросы полюбовно решать дипломатическими методами на международных саммитах в фешенебельных харчевнях?

Закономерный ответ: И тысячи лет назад и сегодня на примере Ливии видим: любой народ, заполучив мало-мальски заметное преимущество перед соседями, предпочитает решать вопросы силой. Переговоры ведутся только в тех случаях, когда исход прямой схватки для сторон не очевиден. К этому можно относиться как угодно, но факт остаётся фактом: это закон человеческого общества. Отрицать его то же, что отрицать закон всемирного тяготения.

Каждый народ при столкновении с соседом делает попытку подчинить его. Если удаётся, то в этом месте начинает выкристаллизовываться ядро империи. Кто-то проигрывает сразу, кто-то довольствуется малым, а кто-то создаёт континентальные и межконтинентальные объединения.

И если кто-то начинает говорить, что его народ мирный, предпочитает добиваться результата трудом, а с соседями общается исключительно уважительно, стоит проверить: возможно некогда этот народ в его амбициях был жестоко обломан, а пассионарии истреблены.

Не знаю более яркого примера, нежели Чехи. В 19 веке их за кротость и миролюбие называли «Голубиным народом». Но вы бы посмотрели на этих кротких в эпоху Гуситский войн! Чем походы Таборитов для соседних народов отличались от завоеваний Гуннов? Ничем. Разве что идеологическая накачка была совершеннее. 

Зато потом, растеряв в войнах всех пассионариев буйные туры чехи стали тихие и степенные. Как волы.

Немцы с Японцами, кстати, после последнего кровопускания тоже присмирели. Да и русские в бой уже не рвутся как 50-100 лет назад. Рвутся те, кого ещё по серьёзному не обламывали.

2. Логика развития империи

Народы начинают большие войны не только в силу неуживчивого характера. (В силу характера только грабительские походы «за зипунами»). Часто к этому принуждают различные обстоятельства:

– изменение климата, когда засухи гонят степняков на новые места;

– перенаселённость, когда ресурсов страны не хватает для прокорма населения;

– нехватка полезных ископаемых, хотя эта проблема неплохо решается торговлей;

– отсутствие доступа к коммуникациям, морским и сухопутным, ограничивающие развитие государства особенно в сравнении с процветающими соседями, которые такой доступ имеют.

Но всё же ключевая проблема - слишком быстро усиливающиеся соседи, которые если не сегодня, то завтра в силу изложенных выше причин или просто ради банального грабежа всенепременно нападут.

 Если учесть, что войска собираются долго, а первый отмобилизовавшийся получает стратегическое преимущество, отсюда следует логика развития империи – подчиняя окружающие народы всячески отодвигать угрозу от ядра страны даруя себе время отреагировать на внезапное нападение. Границы раздвигаются либо до естественных географических пределов, либо до границ аналогичной империи, с которой пока воевать опасно и следует договариваться. Но и в этом случае сопредельные народы и границы с ними не рассматриваются не как нечто незыблемое, а как предмет экспансии, отложенной на будущий период. А по-другому люди не умеют. И не научатся никогда. А если кто останавливался на достигнутом и закукливался намереваясь наконец-то пожить в мире и сполна насладиться плодами подвигов предков, рано или поздно

получал на границе мощную разрушительную силу.

Вспомним Римскую и Византийскую империи.

То есть внешняя экспансия империи на самом деле не признак особой жестокости и коварства титульной нации, а экстенсивный способ самозащиты путём физического отодвигания угрозы. А логика государства, как известно, может существенно отличаться от логики отдельно взятого индивидуума.

Современные империи действуют тоньше (прогресс всё-таки). Угроза отодвигается интенсивными методами, когда оккупация соседей часто проходит незаметно для последних. Но это уже другая тема.