Чтение онлайн

«Подводя итоги нашего обсуждения сбалансированных, или гармоничных, состояний, мы можем сказать, что эти состояния характеризуются двумя или несколькими связями, которые соответствуют друг другу. Если сбалансированное состояние отсутствует, то возникает стремление к его установлению. Появляется или тенденция изменить затронутые чувства, либо же отношение между соответствующими элементами будет сбалансировано посредством действия или когнитивной реорганизации. Если изменение невозможно, то состояние дисбаланса вызовет напряженность; сбалансированные состояния будут более предпочтительны, нежели несбалансированные» (часть II).

Если заменить слово «сбалансированный» на слово «консонантный» и слово «дисбаланс» на слово «диссонанс», приведенное выше утверждение Хайдера можно рассматривать как описание того же самого процесса, обсуждением которого мы до сих пор занимались.

Осгуд и Танненбаум [5] недавно опубликовали статью, в которой они также сформулировали идеи, касающиеся изменений мнений и социальных установок. Рассматривая «принцип конгруэнтности», как они обозначили его в своей работе, эти авторы пишут: «Изменения в оценке всегда происходят в направлении увеличения конгруэнтности с существующей системой ориентиров» [6] .

Тот особенный вид «неконгруэнтности», или когнитивного диссонанса, который они анализируют в своей работе, возникает в том случае, когда некий человек или иной источник информации, которого субъект оценивает положительно, поддерживает мнение, которое субъект при этом оценивает отрицательно (или, наоборот, источник информации оценивается отрицательно, а выражаемое им мнение положительно). Далее авторы показывают, что при таких обстоятельствах возникает ярко выраженная тенденция изменить либо оценку мнения, либо оценку источника информации в том направлении, которое уменьшило бы диссонанс. Таким образом, если источник информации был оценен положительно, а мнение оценено отрицательно, индивид может начать хуже относиться к источнику информации или лучше к предмету обсуждения. Из данных, приведенных в статье, становится ясно, что результат в каждом конкретном случае зависит от того, что изначально было более твердо закреплено в системе знаний человека: оценка источника информации или оценка проблемы. Если его социальные установки в отношении источника информации «поляризованы», то более вероятным является изменение мнения, и наоборот. Тщательно измерив изначальные социальные установки по отношению к источнику информации и высказываемому суждению, а также степень податливости каждой из установок к изменению до того, как диссонанс был инициирован, авторы исследования оказались в состоянии достаточно точно предсказать направление, а иногда и степень наступавших изменений в оценках.

Важным здесь является то, что существует стремление к установлению консонантных отношений в когнитивной системе и стремление к избеганию и уменьшению диссонанса. Многие исследователи отмечали этот факт, хотя очень немногие из них сформулировали его так точно и сжато, как Хайдер, Осгуд и Танненбаум. Задача этой книги состоит в том, чтобы сформулировать теорию диссонанса в максимально точной и по возможности общеприменимой форме, показать возможности ее использования для анализа широкого спектра ситуаций и представить эмпирические данные в поддержку этой теории.

Оставшаяся часть этой главы будет в основном посвящена более формальному представлению теории диссонанса. Я попытаюсь сформулировать положения теории в максимально точных и однозначных терминах. Но так как идеи, которые лежат в ее основе, еще не оформились окончательно, некоторая нечеткость будет неизбежна.

Термины «диссонанс» и «консонанс» определяют тот тип отношений, которые существуют между парами «элементов». Следовательно, прежде чем мы определим характер этих отношений, необходимо, насколько это возможно, определить сами элементы.

Элементы относятся к тому, что мы называем познанием, – к тому, что человек знает о самом себе, своем поведении и окружении. Следовательно, эти элементы являются знаниями. Некоторые из них относятся к знанию о самом себе: что данный индивид делает, что он чувствует, каковы его потребности и желания, что он вообще представляет собой и т. п. Другие элементы знания касаются мира, в котором он живет: что где находится, что к чему приводит, что приносит человеку удовольствие, а что – страдания, что является несущественным, а что – важным и т. д.

Очевидно, что термин «знание» мы использовали до сих пор в очень широком смысле, в том числе по отношению к явлениям, которые обычно не входят в значение этого слова, – например, мнениям. Человек формирует какое-либо мнение только в том случае, если полагает, что оно истинно и, таким образом, чисто психологически мнение не отличается от «знания» как такового. То же самое можно сказать относительно убеждений, ценностей или установок, которые, с нашей точки зрения, выполняют те же функции. Это ни в коем случае не означает, что эти разнородные термины не фиксируют никаких важных различий. Некоторые из таких различий будут приведены ниже. Но для целей формального определения все они являются «когнитивными элементами», и между парами этих элементов знания могут существовать отношения консонанса и диссонанса.

Существуют и другие связанные с формальным определением вопросы, на которые хотелось бы получить ответ. Например, в каком случае «когнитивный элемент» является одним элементом, а в каком – группой элементов? Является ли знание о том, что зима в Миннеаполисе очень холодная, элементом, или его нужно рассматривать как группу элементов, составленную из более специфических знаний? На этот вопрос пока нет ответа, но, может быть, он и не нуждается в ответе. Как будет показано в следующих главах, посвященных эмпирическим данным, наличие или отсутствие ответа на этот вопрос никак не сказывается на проведении измерений.

Другой важный вопрос, касающийся когнитивных элементов, – это то, как они формируются и что определяет их содержание. На этом этапе мы хотели бы подчеркнуть, что наиважнейший фактор, определяющий содержание когнитивных элементов, – это реальность. Элементы знания являются отражением действительности. В общем и целом они отражают реальность, формируют ее карту. Реальность может быть физической, социальной или психологической, но в любом случае познание более или менее точно отображает ее. Все это, конечно, ничуть не удивительно. Было бы маловероятно, чтобы организмы могли жить и выживать, если бы элементы знания не представляли собой в достаточной мере точное отображение действительности. В самом деле, когда человек «отрывается от реальности», это становится очень заметно.

Другими словами, элементы знания соответствуют по большей части тому, что человек фактически делает или чувствует, и тому, что реально существует в его окружении. В случае мнений, убеждений и ценностей реальность может состоять в том, что думают или делают другие; в иных случаях действительным может быть то, с чем человек сталкивается на опыте, или то, что другие сообщают ему.

Но в этом месте можно возразить, что у людей часто имеются такие когнитивные элементы, которые заметно отклоняются от действительности, по крайней мере от того, какой ее воспринимаем мы сами. Таким образом, важное уточнение состоит в том, что реальность, которая воздействует на индивида, будет оказывать давление в направлении приведения когнитивных элементов в соответствие с этой реальностью. Это не означает, однако, что существующие когнитивные элементы будут всегда соответствовать действительности. Теория диссонанса дает нам возможность понять те ситуации, когда когнитивные элементы противоречат реальности. Но из нее следует, что, если когнитивные элементы не соответствуют определенной реальности, воздействующей на индивида, он испытывает некоторую напряженность. И мы должны, следовательно, быть способны заметить проявления этой напряженности. Подобное гипотетическое отношение между когнитивными элементами и действительностью важно с точки зрения измерения степени диссонанса. При обсуждении эмпирических данных мы еще вернемся к этому вопросу.

Теперь можно перейти к обсуждению тех отношений, которые могут существовать между парами элементов. Имеются три разновидности таких отношений, а именно: нерелевантность, диссонанс и консонанс. Именно в такой последовательности мы их и обсудим.

Два элемента могут просто не иметь ничего общего между собой. Иными словами, при таких обстоятельствах, когда один когнитивный элемент нигде не пересекается с другим элементом, эти два элемента являются нейтральными, или нерелевантными, по отношению друг к другу.