Чтение онлайн

В результате, как пишет Хорошавин: «…воспитаны поколения людей, охотно готовых поверить и в „зеленых человечков«, и в нечистую силу, поселившуюся в квартире, и в А. Чумака, и в бога, и в черта…»

В настоящее время в результате развития науки и техники теория Эйнштейна оказалась в центре некоторых направлений физики.

На XIII международной конференции по ускорителям высоких энергий (Новосибирск, 7–11 августа 1986 г.) в обзорном докладе о состоянии работ и перспективах в физике высоких энергий чл.-корр. АН СССР Л. Окунь отметил: «…самые активные молодые теоретики ушли в суперструны, они работают в основном в 2-х, 10-ти, 26-ти, … 506-ти измерениях и избегают тривиальных, «обыденных» проблем четырехмерного мира, в котором обречены работать феноменологи, экспериментаторы и ускорительщики (суперструны, коротко говоря, — новая модель элементарных частиц, основанная на попытке объединения квантовой теории и общей теории относительности с выходом в многомерное пространство. — прим. ред газеты „Наука в Сибири“)» [28].

Основа теории суперструн, так же как основа «тривиальных» проблем четырехмерного мира — общая теория относительности, по определению Л. Бриллюэна, «блестящий пример великолепной математической теории, построенной на песке и ведущей ко все большему нагромождению математики в космологии (типичный пример научной фантастики)» [16, с. 28]. Фантастика находится в основании раздела современной физики, на развитие которого тратятся огромные средства. Весьма актуальной проблемой, по этому же докладу Л. Окуня, является «космический сценарий первых трех пикосекунд, определивший все дальнейшее развитие Вселенной» после Большого Взрыва.

Высказано докладчиком также сожаление в связи с отсутствием надлежащих ускорителей, необходимых для поиска «Предельной Физической Истины». Такие вот цели и задачи стоят теперь перед фундаментальной физикой.

Теория относительности является тормозом в мировой науке. За время ее существования, несмотря на изобретение квантовых генераторов, что произошло вопреки господствовавшим в то время утверждениям невозможности их создания, в понимании природы электромагнитного излучения наука не продвинулась вперед. Сформированная релятивизмом методика познания, в котором математические обозначения и графические символы принимаются за реальные объекты и изучаются, ведет в тупик. Ложное представление об отсутствии массы покоя фотонов (-квантов), излучаемых в процессе ядерных превращений и уносящих часть массы, заставляет проводить многочисленные и дорогостоящие эксперименты по поиску гипотетических нейтрино. Методологическая концепция создания теорий на основе произвольных постулатов и положений плодит пустопорожние теории и отвлекает интеллектуальные силы от решения реальных проблем. Понимание, открытие новых сторон явления обычно происходит при проработке каких-то модельных представлений. Сейчас же невозможно придумать ни одну модель света, которая согласовывалась бы с постулатом с = const. Любые же попытки обойти каноны теории относительности приравниваются если не к явному сумасшествию, то изобретению вечного двигателя, вызывают гнев академического Олимпа и предание вероотступников анафеме.

Представление в театре абсурда — системе образования, под рефрен Штрума, персонажа из романа В. Гроссмана «Жизнь и судьба», произносимого «надменным учительским голосом»: «…физика без Эйнштейна — это физика обезьян», продолжается.

Изложенные выше астрономические наблюдения О. Рёмера и Д. Бредли, а также лабораторные эксперименты убедительно подтверждают подчинение движения света закону сложения скоростей. Непонятно, знал ли Эйнштейн в момент изобретения своей теории о них? Но достоверно известно, что другие физики, в том числе и те, кто пишет современные учебники и монографии с изложением теории относительности, знают, так как пишут о них, хотя в своеобразной интерпретации. Это вызывает недоумение, авторы учебников и монографий умышленно вводят в заблуждение читателей, или не понимают то, о чем пишут?

Но не все так безнадежно, есть и понимающие.

В 1987 году я обратился к академику Льву Николаевичу Кошкину с просьбой дать рекомендацию для публикации в журнале «Доклады АН СССР», моей статьи «Очерк о теории относительности». В этом журнале печатаются работы членов Академии Наук, а иных авторов по личной рекомендации академиков. Поводом для обращения послужило прекрасное выступление Л. Н. Кошкина на телевидении в рубрике: «Встречи с интересными людьми», где, в частности, им было выражена озабоченность слабой философской подготовленностью молодых специалистов. Вот что он ответил:

«Владимир Ильич, я ознакомился с Вашим очерком о теории относительности. В очерке Вы обосновали несостоятельность теории относительности Эйнштейна как физической науки и ее идеалистическую философскую направленность. Но в связи с тем, что рассматриваемые Вами вопросы не являются тематикой нашей специальности, помочь в Вашей просьбе не смогу.

Возвращаю очерк и статью т. Чешева.

С уважением Генеральный директор МНТК «РОТОР»,

академик Л. Н. Кошкин».

11.01.88

Как только разрешили издавать произведения за счет средств авторов, первой научной публикацией Новосибирского книжного издательства в 1988 году, после многолетнего перерыва, по словам его главного редактора А. И. Плитченко, вслед за изданием книги Ю. В. Кондратюка в 1929 г. «Завоевание межпланетных пространств», был выпущен «Очерк». Для Издательства как рекомендации при публикации брошюры были представлены отзывы, написанные научными сотрудниками.

ОТЗЫВ

НА РАБОТУ В. И. СЕКЕРИНА «ОЧЕРК О ТЕОРИИ ОТНОСИТЕЛЬНОСТИ»

Работа Секерина В.И. «Очерк о теории относительности», объемом, примерно, 2,75 авторских листа посвящена критике основных постулатов теории относительности А. Эйнштейна. В ней последовательно излагаются общеизвестные и малоизвестные широкой публике экспериментальные факты в корне противоречащие принципу постоянства скорости света. Конкретно это: 1. Опыты Рёмера по наблюдению затмений спутников Юпитера. 2. Годичные аберрации звезд, вызванные сложением скорости света и скорости движения Земли по своей орбите. 3. Построение Ритца для двойных звезд, которое, доведенное автором до прямого расчета, однозначно описывает ход блеска и их спектральных свойства для широкого класса двойных. 4. Опыты по радиолокации Венеры, анализ которых проведен американским астрономом Б.Уоллесом в 1961-1966 годах, и в которых принимала участие и Крымская астрофизическая обсерватория АН.

Все эти опыты, без всяких сомнений, противоречат теории относительности. Среди них наиболее интересны годичная звездная аберрация и радиолокация Венеры. Если с точки зрения практики науки поправки на аберрацию вводил и всегда будет вводить любой астроном, измеряющий положения звезд, при этом нисколько не беспокоясь о дискомфорте эйнштейнианцев (практика требует точности, а не поклонения авторитетам), то в случае радиолокации Венеры, ещё раз подтвердившей, что скорость источника (относительно наблюдателя на Земле) и скорость излучаемой им электромагнитной волны складываются (вычитаются), игнорирование этого знания обещает в недалеком будущем большие неприятности для ученых, космонавтов и, особенно, для военных.

Далее у В. И. Секерина следует набор примеров, демонстрирующих новые возможности при объяснении различных физических явлений, не прибегая к постулату постоянства скорости света. Здесь не все равно удачно в чисто дидактическом плане. Есть риторически уязвимые места, как у автора очерка, так и у потенциальных оппонентов.

Последняя, философская часть работы требует профессионального обсуждения, и мы её опускаем. И, тем не менее, необходимо отметить следующее, В каждой уважающей себя науке давно принято, что, если в построенной теории, системе доказательств или экспериментальных основах появился хотя бы один факт, противоречащий предыдущим уложениям, то теория, система доказательств, экспериментальные основы отвергаются или коренным образом пересматриваются. И вот, несмотря на широкий набор опытов, где постоянство скорости света не имеет места, физика Эйнштейна продолжает жить. Объяснить такое положение в физике может только глубоко укоренившийся культ личности Эйнштейна.

Как всегда, культ порождает ситуацию, при которой появляются зоны вне критики. В современной физике такой зоной молчания стали любые подтверждения нарушения принципа постоянства скорости света. Мы уверены, что разумный физик отлично чувствует фальшь в изложении своего предмета, но культ со всеми атрибутами подавления инакомыслия и репрессивным аппаратом и методами — сомневающегося физика (этого достаточно) немедленно объявляет не физиком со всеми вытекающими для карьеры ученого последствиями. Активная же позиция в критике культа грозила ещё совсем недавно объявлением строптивого физика душевно больным,