Теория снежного кома
Шрифт:
Я хотела вставить ключ в замок, но дверь оказалась не заперта. Я осторожно толкнула её и увидела два чемодана в углу: один мой, а второй… Не знаю. Чей-то из ребят. Может, Кенни, раз он был моим «напарником»? А что, каждому выдаётся отдельный ключ? Даже тем, кто живёт в одном номере?
Скинув куртку, я разулась и, не раздумывая, рухнула на кровать. Меня уже не волновало, что это, вообще-то, двухместная кровать. Мне было слишком мягко, уютно и тепло. Боже, как же я соскучилась по кровати за эти миллион часов в дороге! Я совсем не чувствую ног. Ещё чуть-чуть – и они отвалятся. Утонув лицом в подушке, я простонала от удовольствия. Ещё бы горячий шоколад, и вообще был бы рай на земле.
Через пару минут я уже почти провалилась в дремоту, прямо в одежде, предвкушая сладкие сны, как вдруг раздался звук открывающейся двери. О, видимо, мой сосед по комнате.
Я лениво приподняла голову, готовая поздороваться и, может даже, немного поныть, как мне осточертела эта поездка и что я больше никогда в жизни не буду путешествовать. Но мне удалость только едва открыть рот и набрать немного воздуха в лёгкие.
В дверях стоял Мудила.
Он, видимо, тоже удивился, потому что просто застыл, уставившись на меня. Его лицо, которое обычно выражало полное презрение ко мне, сейчас было просто квадратным от изумления.
– Что ты… эм-м… что ты тут делаешь? – выдавила я.
Он моргнул пару раз, как будто пытаясь прийти в себя. В руках Эйс держал свою доску в чехле. А я вспомнила, что не видела его во время того, как мы регистрировались. Видимо, он задержался, когда вытаскивал из автобуса свою дебильную доску и, может ещё, заодно проверял её состояние.
Мудила медленно оглядел комнату, потом посмотрел на меня.
– Это ты что тут делаешь? – произнёс он в ответ, и его голос звучал так, будто он только что получил удар под дых. – В моём номере.
У меня всё внутри похолодело.
Не может быть. Просто не может.
– Какого чёрта?! – вырвалось у меня.
Эйс застонал, схватился за голову и, похоже, тоже понял весь масштаб катастрофы.
– Да ну нахер… – пробормотал он. Матерился Эйс всегда только в тех случаях, когда это было уже невозможно сдержать. Когда ситуация совсем отвратная.
Он смотрел на меня с таким выражением, как будто ему только что сообщили, что Земля плоская.
В тот момент, кажется, мы оба поняли: наши планы на эту поездку, включающие минимальное общение друг с другом, рухнули в одночасье. И, судя по всему, нас ждёт самая неприятная зима в наших жизнях.
Вместе. В одном номере. Боже, за что?
Я тут же подскочила с кровати, как ужаленная, только сейчас понимая, насколько всё плохо. Одна кровать. ОДНА КРОВАТЬ! Это уже ни в какие ворота!
– Ты… ты что, издеваешься?! – прошипела я, глядя на Эйса.
Он пожал плечами, всё ещё находясь в шоке.
– Как будто это я всё подстроил, – огрызнулся он.
Оттолкнув его в сторону, я выскочила из номера, решив, что сейчас же разнесу тут всё к чертям собачьим. Спустившись вниз, я с грохотом подлетела к стойке регистрации.
– Послушайте, тут какая-то ошибка! – выпалила я, едва отдышавшись. – Меня заселили в один номер с… с парнем! Честно говоря, с парнем, которого я не желаю видеть, вот! Это ненормально!
Девушка медленно подняла на меня свои голубые глаза и, не проявляя ни малейшего удивления, ответила:
– Боюсь, я не смогу помочь вам. Все номера уже забронированы. Полностью. Всё оплачено и занесено в систему. Извините.
– Да как это вообще возможно?! – возмутилась я. – И вообще, там одна кровать! Вы предлагаете мне спать с ним на одной кровати?! Это просто абсурд!
– Система есть система, – пожала плечами девушка. – Я ничего не могу сделать… Может быть, вы попробуете договориться со своими друзьями поменяться своими…
И тут к нам подлетел Олаф. Сложив руки, с озабоченным видом интересуясь, что случилось.
– Случилось то, что я не готова делить свой номер с Эйсом Муди. Прошу переселить меня в другой.
Олаф виновато посмотрел на меня, потом на девушку за стойкой, потом снова на меня.
– Ой, нет… – пробормотал он. – Это, вероятно, моя ошибка. Я перепутал в списке фамилии. Я старался заселять девушек с девушками, а парней с парнями… Прошу прощения, моя милая! Я не хотел…
– Меня это уже не волнует, – отмахнулась я. – Просто поменяйте меня с кем-нибудь местами. Заселите меня к какой-нибудь девочке.
Тут в разговор вмешался профессор Бьёрн и мягко произнёс:
– Мисс Льдова, успокойтесь. Я уверен, мы что-нибудь придумаем. Олаф, можно ли что-то с этим сделать?
Олаф виновато развёл руками.
– Я бы рад, но все номера заняты, а ребята, я так думаю, уже спят… Не хотелось бы создавать лишний хаос и таскать чемоданы посреди ночи туда-сюда. Если вы понимаете…
Профессор нахмурился, на секунду задумался, а потом улыбнулся.
– Хорошо, тогда решим проблему завтра, – сказал он. – А сейчас, мисс Льдова, вам нужно отдохнуть. Идите спать. Я обещаю, мы всё уладим.
– И где я, по-вашему, должна спать? – поинтересовалась я в отчаянии. – Напоминаю: там одна кровать.
– Можно узнать, какой у вас номер? – спросил Олаф.
– Двадцать восьмой, – ответила я.
– Вивека, подскажи, какие имена зарегистрированы под этим номером. Может быть, всё-таки ошибка не в системе.
Девушка что-то печатала на клавиатуре на компьютере, который был скрыт за стойкой, а потом произнесла:
– Милана Ллов… Лво… Ллдова и Айсейгерт Муди.
Вивека закончила свою фразу, и в наступившей тишине можно было услышать, как тикают часы на стене.
Чего?
Что за Айсейг… В голове мелькнула мысль, что надо мной издеваются.
– Айсейгерт? – переспросила я, брови поползли вверх от удивления.
Профессор Бьёрн начал что-то говорить где-то на фоне, но я уже его не слышала. Удивление очень быстро переросло в едва сдерживаемые позывы заржать, когда я осознала, что я только что услышала.