Чтение онлайн

Как считает американская исследовательница Ш. Зигфрид, прагматические идеи Дж. Дьюи об активизации женщин в общественной сфере дали толчок к феминистскому движению и таких ее направлений, как феминистская социальная помощь, феминистская педагогика. И здесь были заложены не только принципы освобождения женщин в капиталистическом обществе, но вскрыты те ресурсы, которые может использовать государство для достижения социального благополучия. Дж. Аддамс экспериментальным путем доказала на примере центра, как женщины могут изменять в лучшую сторону общественную жизнь. Эти идеи и установки сыграют свою особую роль в американском обществе, да и в Западной Европе особенно в 1950–60-е гг., когда будут складываться модели социального государства.

Как считал Ж. Элштейн, из прагматической философии Дж. Дьюи Дж. Аддамс берет идеи «действий жизни», а не доминирующие в этот период абстрактные системы социальной теории. Концепты реализации человека в среде жизнедеятельности становятся для нее и философией, и практикой социальной работы.

Философские идеи Дж. Дьюи о равенстве и расовых предрассудках становятся основой профессионального мировоззрения социальных работников, а идеи антидискриминационной практики воплотятся в реальные технологии социальной работы в середине – конце ХХ столетия.

С точки зрения С. Харриса, идеи Дж. Дьюи о равенстве принимают новую направленность. Моральные понятия с точки зрения философа должны быть не «отражением реальности», а выступать в «качестве инструментов реальности», что предъявляет к ним определенные требования, они должны проходить проверку «социальным строительством». Особенно это касается таких понятий, как «социальная справедливость», «равенство», исследование этих концептов экспериментальным путем становится целью общественного строительства, а также основой для сотрудничества тех, кто желает «построить справедливый социальный мир». Эти идеи были особенно привлекательны для социальных работников, миссия которых была связана с идеями социальной солидарности и справедливости.

Как считает Г. Папос, философские выкладки Дж. Дьюи к расовым предрассудкам сыграли свою роль в формировании идеологем в антидискриминационных подходах в теории и практике социальной работы. Дж. Дьюи в своих работах выявляет ряд методологических установок, которые являются препятствием в решении данной проблемы как в теории, так и на практике. Среди таких факторов философ выделяет:

• «моральные суеверия», убеждение в том, что «прямое обращение или призыв» может изменить проблему. Философ считал, что необходимо изменять мышление, а также те условия, которые формируют данные представления;

• «интеллектуализм» в обоснование того, что расовые предрассудки только «продукт» идеологии, или когнитивной аберрации. Дж. Дьюи считал, расизм – это «широко распространившаяся социальная болезнь», которую необходимо было лечить, а не дискутировать о ней;

• «редукционизм» – упрощенный подход к проблеме, желание свести данное решение к простым социально-экономическим факторам, философ считал, что необходимы глубокие социально-политические изменения в обществе;

• «универсализм» – рассуждение о расизме в целом. Расизм, как считал Дж. Дьюи, изменяется в различных социально-исторических условиях и социальных группах.

Данные подходы получат свое дальнейшее развитие в теории социальной работы, когда сформируется такое направление, как антирасистские перспективы в социальной работе, и идеи Дж. Дьюи будут развиваться в таких направлениях, как либеральный плюрализм, культурный плюрализм, теории ассимиляции и ряд других теорий и перспектив.

Движение 1968 г. на Западе не только наполнило новым содержанием идеологический дискурс в социальной работе и способствовало его дальнейшему развитию, но и сгладило многие его противоречия.

Это стало возможным благодаря усилившемуся влиянию критической теории социальной работы и практики профессиональной рефлексии.

В науку приходит поколение 1968-го г., представители которого, исходя из своей теоретической ориентации – приверженности марксизму и теории психоанализа («Критическая теория Франкфуртской школы»), а также гуманистической психологической школе, начали по-новому обосновывать социальную работу с точки зрения практических методов.

Конец 1960-х гг. на Западе показал (исходя из концепции К. Маркса и с помощью В. Адорно), что сознание, теория, мировоззрение, идеальное всегда если и не обусловлены общественным бытием, материальными производственными отношениями, то в любом случае с ними связаны. В целом любое описание общества – это описание того, что в обществе, описание, которое посредством коммуникации репродуцирует это общество.

Основанный на этих позициях процесс обновления теоретического знания охватывает и высшую школу, например в Германии теоретическое образование в области социальной работы вводится в университетах в форме дипломированного обучения в рамках педагогических наук и в высших профессиональных школах в форме факультетов социальной работы/социальной педагогики.

Принятие марксистской теории, а также критической теории Франкфуртской школы привлекли внимание к вопросам, касающимся отношений «теория – практика», и привели к усилению рефлексии относительно исследования деятельности, направленной на конкретного адресата. В связи с этим можно отметить начало становления «прагматического метода» в качестве метода науки. Главные вехи этого становления ученые связывают в том числе и с марксизмом.

Применительно к экономической и политической наукам, которые интересовали Маркса, это значит, что теория проходит проверку на истинность в общественной практике. Эти идеи Маркса легли в основу еще одной концепции теории социальной работы, связанной с деятельностью и отношениями отдельных личностей и групп в условиях повседневной реальности.

Марксизм как источник интеракционизма, ориентированного на повседневную реальность

В основе этого подхода лежит концепция феноменологического марксизма.

Познавательный интерес марксизма направлен на определение отношений в рамках повседневной деятельности и мышления, а также на общество в его совокупности. Структуры повседневной деятельности (языковые клише, формы общения, типическое), а также содержание сознания индивида могут пониматься не только как конститутивные (определяющие) для общественной реальности, но и как и учреждаемые ею, другими словами, по Марксу, все происходящее с людьми есть проявление общественных отношений.

Сочетание познавательного содержания феноменологического марксизма с анализом жизненного пространства кажется вполне приемлемым. Познавательный интерес к повседневной реальности, ориентированный на социальную работу и ее адресатов, формируется концептами и категориями феноменологического, символико-интеракционистского теоретического образования.

Такая концепция, тематизирующая непосредственную реальность, практико- и утилитарно ориентированную деятельность, подавляется общественным и историческим измерениями повседневности, что не позволяет уделять должного внимания развитию жизненного пространства повседневности, формам сознания и общения. Однако потенциал этой концепции заключается в том, чтобы содействовать развитию в социальной работе научного интереса к пониманию условий и форм непосредственных интерактивных процессов в контексте конкретных ситуаций. Социальная работа, заинтересованная в эмансипации индивида, будет способствовать изменению повседневности там, где она определяется нелегитимируемыми репрессивными условиями, т. е. в тех областях, где редуцируются конкретные ожидания, ролевые, языковые и деятельностные стандарты. Реализуемые в процессе социализации схемы интерпретации и опыт индивида должны стать исходным пунктом познания, но в то же время должны пониматься и как моменты общественной реальности, как это трактуется в концепции феноменологически ориентированного марксизма.