Чтение онлайн

В энергичном обращении к солдатам он напомнил, что, если они останутся в обороне, их ждет бесславная смерть, что от Франции им ожидать нечего, а победа сулит им все, что угодно. «На плодородных равнинах Италии вас ждет изобилие! – сказал он. – Неужели вам, солдаты, недостает решимости и мужества?»

Извлекая выгоду из энтузиазма, который он вселил в свою армию, Наполеон сосредоточил все силы, чтобы напасть на различные корпуса неприятеля. Битвы при Монтенотте [73] , Миллезимо и Мондови [74] наполнили уверенностью солдат, и без того высоко ценящих своего полководца, и армия, всего несколько дней назад зажатая между голыми скалами и голодавшая, уже видела себя завоевательницей Италии. Через месяц после начала кампании Наполеон завершил войну с сардинским королем (Сардинской династии принадлежал Пьемонт. – Ред.) и завоевал Милан. Богатые квартиры быстро сгладили из памяти французского солдата воспоминание о нищете и усталости, сопутствовавших стремительному маршу, а управление ресурсами захваченной страны реорганизовало материальное снабжение французской армии и создало средства, необходимые для достижения будущего успеха.

Возьмите себе за принцип, что от операционной линии отступать нельзя; но самым искусным маневром войны является ее изменение, когда этого требуют обстоятельства. Армия, искусно меняющая направление наступления, обманывает противника, который не знает, где находятся его тылы и какие у него имеются уязвимые места.

Фридрих II иногда менял свою операционную линию в разгар кампании, но он мог это делать потому, что все время маневрировал в центре Германии, богатой страны, способной обеспечить его армию всем необходимым в том случае, если прервется сообщение с Пруссией.

Маршал Тюренн в кампании 1746 года сдал свою линию сообщения союзникам. Но, как и Фридрих II, он на этот раз вел войну в центре Германии и, обрушиваясь всеми силами за Рейн, он из предосторожности заложил склады, ставшие позже его опорными пунктами.

Серией маневров, отмеченных отвагой и гением, он впоследствии вынудил имперскую (австрийскую) армию покинуть свои магазины и отступить в Австрию на зимние квартиры.

Мне кажется, этим примерам нужно следовать, когда мы в полной мере оценили возможности своего противника, и прежде всего, когда нет ни малейших опасений, что в стране, куда переместился театр военных действий, поднимется восстание.

Когда армия отягощена обозами со снаряжением, больными и ранеными, ни одна дорога к складам не может быть слишком короткой.

Особенно важно соблюдать этот принцип в гористых, лесистых и болотистых местностях, потому что в ущельях движение колонн войск и транспортных средств зачастую затруднено. Умелыми действиями противник сумеет легко разогнать боевое охранение, разбить одну из колонн или даже успешно атаковать всю армию, когда она вынуждена, в силу особенностей местности, идти расширенной колонной.

Искусство разбивать лагерь на позиции равносильно искусству создания оборонительной линии с целью битвы на этой позиции. Поэтому очень важно выбрать выгодную позицию для размещения артиллерии. Это, по возможности, должна быть такая территория, которую никто не контролирует, которую нельзя обогнуть и которая позволяет пушкам простреливать всю прилегающую территорию.

Фридрих II заметил: для того чтобы быть уверенным, что ваш лагерь удачно расположен, вы должны увидеть, осмелится ли противник, сделав первый шаг, продвинуться дальше, или, сделав один шаг назад, он обратится в бегство.

В оборонительной войне все лагери должны быть укреплены с фронта и с флангов позиции, которую они занимают, а тыл следует оставить совершенно открытым. Если вам грозит отступление с занятой позиции, следует в глубоком тылу заранее подготовить запасную. Тогда вы можете, воспользовавшись беспорядком в рядах противника, попытаться напасть на его артиллерию или обозы.

Если занимаемой вами позиции грозит окружение войсками противника, немедленно соберите все свои силы и угрожайте началом наступления. Этим маневром вы помешаете ему разделить ваши фланги и беспокоить их в случае, если вы сочтете необходимым отступить.

Этот маневр практиковал генерал Дезэ в Радштадте [75] . Недостаток численности он компенсировал отвагой и весь день удерживался на позиции, несмотря на яростные атаки эрцгерцога Карла. Ночью он отступил в строгом порядке и занял новые позиции.

В соответствии с этими же принципами в этой же кампании генерал Моро дал сражение в Биберахе [76] , чтобы обеспечить себе отступление к Шварцвальду. Два дня спустя он сражался в Шлингене [77] с той же целью. Занимая хорошую оборонительную позицию, он угрожал эрцгерцогу Карлу внезапным возвратом к наступлению, тогда как его артиллерия и обозы форсировали Рейн по мосту в Гунингене, а потом в полном порядке со своими войсками отступил и сам.

Здесь, однако, я бы заметил, что исполнение подобных наступательных операций всегда следует откладывать до вечера, чтобы вы не были скомпрометированы слишком ранним началом боя, который не можете долго и успешно поддерживать.

Ночью неуверенность врага всегда будет благоприятствовать вашему отступлению, если оно будет необходимым; но с целью более эффективной маскировки операции, по всем линиям движения должны быть зажжены огни. Это введет противника в заблуждение и помешает ему обнаружить движение вспять, потому что в отступлении идти на шаг впереди противника является большим преимуществом.

Никогда не теряйте из виду этот принцип: вы должны расположить ваши квартиры в наиболее отдаленном и очень хорошо защищенном от противника месте, где он меньше всего ожидает встречи с вами. В таком случае у вас будет время собрать свои силы до того, как он успеет напасть на вас.

Пренебрегая этим принципом, маршал Тюренн проиграл бой при Мариентале в кампании 1645 года. Если бы вместо соединения своих дивизий в Эрбстхаузене он собрал свои войска в Бад-Мергентхайме за рекой Таубер, его армия объединилась бы значительно скорее, а граф Мерси, вместо того чтобы столкнуться в бою лишь с 3 тысячами человек (о чем он был хорошо информирован), имел бы против себя всю французскую армию.

Кто-то опрометчиво спросил виконта Тюренна, как он проиграл бой при Мариентале. «По собственной вине, – ответил маршал и добавил: – Но когда человек не совершил ни одной ошибки на войне, он может очень скоро их совершить».

Когда две армии построены в боевом порядке и одна должна перейти по мосту, в то время как другая стоит окружностью, закрывая выход, все преимущества на стороне последней. Полководец этой армии должен нанести решающий удар во фланг противника. Тогда победа в его руках.

Такова была позиция французской армии в знаменитой битве при Лейпциге, которой столь фатально для Наполеона в основном закончилась кампания 1813 года (была еще битва при Ханауам-Майн с баварской армией. – Ред.).

Мне кажется, что в ситуации, подобной той, в которой оказалась французская армия до сражения за Лейпциг, полководец не должен был рассчитывать на счастливый случай при наступлении, а наоборот, подготовиться к обеспечению отступления. Для этого он должен был немедленно хорошо укрепиться, что позволило бы ему при меньших силах отразить атаку противника, а в это время благополучно переправить через реку собственное снаряжение. Как только войска достигли противоположного берега, им следовало бы занять позиции, чтобы защитить проход арьергарда, а последний должен быть защищен предмостным укреплением, как только армия разобьет лагерь. Во время революционных войн слишком мало внимания уделялось укреплениям, и поэтому крупные силы после поражения часто бывали хаотично рассеяны, а судьбы народов решались исходом большой битвы.