Теория Забвений
Шрифт:
Курсанты засобирались, и начали выходить из аудитории, спеша заняться другими делами, когда Виктор всё также сидел, уставившись вперёд в пустоту. Выслушав всю лекцию, он задумался: в каком же из видов забвения побывал Закрин, что, выйдя оттуда он превратился из доброго старичка в ужасного тирана, ведь должно же быть всё наоборот. А спросить он этого не мог, ведь ему запрещено разглашать подробности заседания совета.
– Молодой человек, у вас какой-то вопрос? – Обратился к Виктору, лейтенант, собирая бумаги со стола и складывая их в кожаный портфель. – Лекция уже закончена.
– Нет, нет. Извините, сэр, я просто задумался. – Он положил тетрадь в сумку и, попрощавшись с лектором, вышел из аудитории.
Наверное, у него было ещё одно занятие, или же нет… Звонарь этого не помнил, да и ему было не до этого. Проходя мимо людей, наполненных радостью и энергией, он всё больше и больше ощущал себя разбитым и обессилившим. «По-видимому, моё забвение никогда меня не отпустит…» подумал он, выходя из дверей административного холла. Спустившись по круглой лестнице, юноша направился прогуляться где-нибудь, не важно где, лишь бы уйти подальше от народа, суетившегося вокруг. Погода тоже особо не радовала. Ощущение что вот-вот начнётся дождь не покидало ни на секунду, небо заволокло чёрными, как дёготь, тучами и ни одному лучику света не удавалось пробиться сквозь такой заслон. А самое ужасное было то, что он до сих пор даже и не представлял, как можно рассказать братьям о случившемся. Прокручивая в голове все возможные варианты их реакции, Виктор не смог найти положительный. «Великие братья Пуарье», как их начали называть на десятой ступени обучения, могут исчезнуть из-за такого как он. Эти мысли не давали ему ни минуты покоя. Он шёл по улице, опустив голову, совершенно не заметил стоящих впереди людей и, разумеется, встретился лбом со спиной какого-то парня. Тот слегка пошатнулся и обернулся посмотреть кто это врезался в него, но, увидев Виктора, даже удивился: «О, Звонарь! А Жан как раз говорил сообщить, если вдруг тебя увижу. Повезло! Пошли, я тебя отведу. А то там какое-то дело очень важное и нетерпящее отлагательств!»
Парень куда-то побежал, и Виктор не раздумывая последовал за ним: «Что-то случилось?» – спросил он гонца.
– Не знаю, вот придёшь и сам спросишь!
Просмотрев наихудший вариант развития событий, в голову к нему пришла мысль, что что-то приключилось с его лучшими друзьями, и это сразу затмило все остальное. Не опережал Звонарь этого парня только потому, что не знал куда бежать, а если бы знал, то уже давно был там, ведь, несмотря на все провалы в учебе, у него всегда был один неизменный дар с самого глубокого детства. Ловкости и скорости его можно было только позавидовать, и, добравшись до места, гонец в край запыхался: «Вот!.. это… тут» – сказал он, хватая ртом воздух, а Виктор дышал абсолютно ровно, будто и не бежал вовсе. Они зашли в темный домик у озера в чаще леса, в котором не было видно абсолютно ничего. Неизвестный паренёк сделал два шага вперёд: «Сейчас я посвечу…» – Как вдруг зажегся свет: «Сюрприз!!!» – Прокричали люди, стоявшие по всюду в этом, как оказалось, далеко не маленьком домике. Яркий свет испугал и ослепил Звонаря, и он даже не заметил, как к нему подбежали близнецы:
– Вик, да ты герой! – Громко сказал Жок, хлопая того по спине.
Джип положил руку ему на плечо: – Не знаю, что ты сказал старейшине, или что показал, но теперь ты в команде!
Жан выскочил прямо из ниоткуда: – Посторонись, у этого парня большие связи в совете! Может ты ещё что-то от нас скрываешь? А то я уже боюсь!
Виктор только приоткрыл рот, как, посмотрев на радостную толпу, по спине его пробежал легкий холодок. «Думаю сейчас далеко не лучший момент для плохих новостей» – подумал он и с улыбкой ответил: – Закрин сам предложил! Честно!
– А, так он ещё и не «Господин Старейшина», а просто «Закрин», что-то тут явно нечисто… – Жан почесал подбородок. – А, хотя, какая разница! – И следом воскликнул. – Ведь сегодня у нас праздник! У нас сформирована команда! Давайте отметим такое событие как следует!
И они направились прямиком к центру комнаты где их уже заждалась толпа народа. Буквально за сутки слух о том, что парень, даже не подходящий по возрасту, будет принимать участие в самом грандиозном событии года, распространился, по всей академии. А, судя по тому, что на вечеринке были даже ребята с его ступени, Виктор подумал, что все специально притворялись о неосведомлённости, чтобы устроить сюрприз. А сколько сил братья приложили для организации всего этого… даже не верится. Хорошо, что он промолчал и не испортил такой праздник. «Фальшивый то он только для меня, а для всех других, не ведающих правды, он самый настоящий. Так пусть таким и будет!» – подумал про себя Звонарь и, откинув плохие мысли, постарался сам поверить в выдуманную им сказку. А ведь и вправду говорят «стоит лишь начать» – через пять минут он уже во всю веселился. Нет практически ничего невозможного, если у тебя под рукой есть хороший мезмеро-создатель, а когда их ещё и много, то это просто прекрасно. Дом был как раз одним из творений Джипа. Снаружи он и впрямь казался маленьким, но был так спроектирована, что, попав внутрь, в нём можно было даже легко заблудиться. Коридор, в котором поместился не один десяток человек, уже оказался в разы больше чем внешний контур дома, а комнат в нём располагалось столько, что ни один мезмеро во всех так и не побывал, хотя некоторые занялись именно этим делом и ходили по дому как по гигантскому музею. Неизвестно почему, но старший подумал, что сделать весь интерьер в красных, черных и белых тонах будет очень по-праздничному. Везде гирлянды, какие-то носки над горящим камином, о которых Джип прочитал в одной из детских книжек, пышные кресла и диванчики, лестницы с кружевами, похожими на пончики, да и, если честно, всем было даже как-то наплевать какого цвета потолок над ними, главное ведь – это компания. Толпа разошлась по комнатам, в которых были самые разнообразные развлечения, начиная от бросания дротиков и кинжалов в мишени, отталкивающих поверхностей, на которых люди прыгали до самого потолка, заканчивая перетягиванием каната. Огромный длинный коридор. На одном конце находились несколько десятков человек, уцепившихся за канат, а на противоположном, взяв другую его сторону всего тремя пальцами левой руки и улыбаясь, стоял сам Джип. По его команде колонна во главе с Виктором начали тянуть. Крики «Давай! Ребята давай!» разносились по комнате. Народ пытался изо всех сил, а старший Пуарье неподвижно стоял и продолжал улыбаться. Выглядело это словно несколько десятков людей пытаются отобрать веревку у титана. Вдруг, посреди комнаты, из разлома буквально кубарем вываливается Жан со стаканом чего-то «расслабляющего» и лёгким движение руки разрубил канат надвое, от чего ребята повалились на пол: «Вы чего, глупые? Нашли с кем тягаться! Это же его мир! Он тут король! Хе-хе!» – сказал Младший слегка охмелевшим голосом и скакнул назад туда откуда пришёл. Вскоре с такими стаканчиками был уже каждый второй на вечеринке. Ну а, совершенно расслабившись, народ полез купаться в озере и всем оно показалось даже теплее чем летом, хотя оно таким и не являлось… Виктор никогда ещё не видел столько людей в нижнем белье, поэтому засмущался и не захотел лезть в воду, но, посмотрев налево, встретился взглядом с Жоком, который сразу же пропорхнул к нему, словно мотылёк на зажёгшейся огонечек: «Ну что, мой слегка смущённый друг, сейчас профессионал покажет тебе мастер класс! Смотри и учись!» – сказал он, показывая рукой на выступ прямо над водой. Пока «мастер» пробирался до туда, по правую руку Звонаря очутился ещё более расслабленный Жан: «О господи, какой ужас… Я не хочу это видеть! – Звучал его болтающийся по нотам голосок, когда он сам пытался закрыть лицо руками и одновременно глядел сквозь пальцы. – Вик, закрой мне глаза! Пожалуйста, ну хотя бы один…». «А теперь финт Пуарье!» – крикнул Жок, привлекая внимание народа, и прыгнул с уступа, исполняя сальто, прямиком в воду. Но трюк был испорчен, когда тот плашмя рубанулся о землю. «О боже! Ну умный же парень, а такой дурак!» – Со слезами на глазах смеялся Жан, над бедным братом, вместо того, чтобы предупредить. Джип с Лизой через мгновение подбежали к пострадавшему: «Неужто ты не заметил, что тут воды сантиметров пять и не больше?» – вздыхая, приводили они его в чувства. Кряхтя от боли Жок пошлёпал водичку ладонью: «Да вот подошёл поближе и сразу приметил».
А тем временем вечер плавно перетёк в ночь, и народ начал постепенно расходиться. Когда ребята проводили последних гостей, и Джип уже собирался развеять домик, Виктор остановил его: – Подожди пока, хорошо? – попросил он, положив руку ему на предплечье.
– Почему? Неужто наш алкоголик был прав и у тебя есть связи в совете, которыми ты наконец решил поделиться?
– Нет. Всё совсем не так, и… далеко не так радужно. Давайте внутрь, у меня для вас не очень хорошие новости. – Виктор с грустным видом и вновь потухшим взглядом прошёл в гостиную, где всё ещё горел уже увядающий камин, и братья вскоре к нему присоединились. Звонарь стоял в серьёзной позе прямо возле огня: – Садитесь ребят, мне нужно вам кое-что рассказать.
– У тебя проблемы? Если что мы всех отпинаем! – Пробормотал Жок, держа платок у разбитого в кровь носа.
– Проблемы – это мягко сказано. А хуже всего то, что они не только мои…
Жан плюхнулся на диван справа от камина: «Что-то меня сейчас даже «шуткануть» не тянет». За ним на диван сели оставшиеся Пуарье: «Ну давай уже не томи. Что случилось?»
– Пожалуй я начну с самого начала… – И Виктор принялся ходить из угла в угол, рассказывая во всех подробностях всю свою историю с самого инцидента на посвящении. Он объяснил им из-за чего ему было так плохо спать, откуда он хорошо знает Альберта Греция, о том, как Закрин пришёл в себя, и совещании, которое он проводил. – В итоге, даже когда все ему доказали, что я не могу быть одним из этих «пятых», он всё равно решил в этом удостоверится. Вот таким образом я был приставлен к вам на турнир…
– Логично! В стрессовой или опасной ситуации, которые скорее всего предстоят, способности могли бы проявиться… – Подводил итог Жок с довольно умным видом.
Виктор встревоженно взмахнул руками: – Да! Если бы они у меня были! Хоть какие-то!
– Так подожди, – прервал их Жан, – я не понял, так, а где проблема-то? Или я что-то упустил?
– А проблема, ребята, в том, что наша команда обязательно должна победить!
– Пффф! – Зафыркал Жок сквозь платок на лице. – Да разве это проблема? Мы приложим все усилия для победы, уж об этом тебе не стоит волноваться!
– Нам придётся… – Взял Виктор паузу, сделав на этом акцент. – Ибо если мы проиграем, то будем нуллифицированы и высланы за предел внутреннего круга!
Молчание накрыло комнату. Лишь скрежет насекомых за окном и треск почти потухшего камина заполняли гостиную. Жок медленно отпустил платок, и, стоило тому упасть на пол, подскочил: – Да они там что, рехнулись все?!
– Не все… можем пойти и сказать ему это в лицо, это не в первой.
Джип, потёр свою бородку: – Но ведь это совершенно не имеет смысла. Зачем нужны такие резкие меры? Неужто он в серьёз так уверен, что ты «пятый», чтобы поставить нас всех в такое положение?
– И никто не смог переубедить этого пси… ненормального человека? – мямля спросил Виктора Жан.
– Все пытались, но без толку. Он «сказал своё слово».
Братья сначала посидели немного, а потом переглянулись, и, будто без слов о чём-то договорившись, Джип поднялся с дивана и, подойдя к Виктору, положил ему руку на плечо: «Да успокойся ты. Зато теперь у нас есть сильный стимул к победе.». Жок, подняв с пола платок и вновь приложив его к ещё кровоточащему носу, тоже подошёл к камину: «Я бы сказал огромный!». А Жан прыгнул и обхватил их за шеи: «Да! Мы прорвёмся! С завтрашнего дня начинаем тренировки для турнира!». – А потом он расслабился и соскользнул вниз: «Ну или послезавтра…».
– И что вы даже меня никак не накажите? – Удивлённо спросил их Виктор.
Жан, уцепившись за их ноги, пробормотал: «Наказать? Нам что тебя в угол поставить?»
– Хочешь наказания? Тогда ты тащишь эту пьянь до дома. А я поведу раненого. – сказал Джип и поднял младшего.
Жок пошёл на выход, у него закружилась голова, и он чуть не врезался в стену: – Да уж, хорошо мы погуляли…
– И не говори… – ответил ему Виктор.
Выйдя из домика, старший Пуарье поднял руку и сломал прозрачную синюю сферу. Та исчезла, а дом распался на сотни стеклянных осколков прямо за их спинами. Ночь отнюдь оказалась не такой уж и тёмной. Месяц, высоко висевший в небе, ярко освещал путь домой. Они спокойно вышли из чащи и, проходя между вековыми гигантскими дубами сада, уже могли заметить крышу административного холла, видневшегося вдалеке, и отражающую свет луны большим зеркальным куполом.