Чтение онлайн

Таким образом, из-за всего вышесказанного, я провозглашаю себя истинным спиритуалистом, потому что моя вера выстроена на твердом основании и потому что никакие разоблачения медиумов, никакие скандальные волнения, никакие материалистические заключения точной науки или насмешки ученых не могут потрясти ее. Истина медленно выходит на свет, и я буду делать все, что могу, чтобы ускорить ее приход. Я буду упорно противостоять потоку общественного предубеждения и невежества. Я готова терпеть клевету, грязные инсинуации и оскорбления в будущем, как терпела их в прошлом. Один спиритуалистический редактор, чтобы наиболее эффектно проявить свою духовность, уже назвал меня ведьмой. Я пережила это и надеюсь пережить подобное и в дальнейшем, если то же самое повторится два или двадцать раз; но понесусь ли я по воздуху, чтобы посетить шабаш, или нет, одно могу сказать определенно: я не буду губить себя покупками помела для погони после каждой лжи, пущенной в ход газетными писаками и медиумами.

Несколько недель назад в письме, отрывки которого были опубликованы в «The Spiritual Scientist» от третьего декабря, я упомянула о прискорбном отсутствии единства среди американских спиритуалистов и вытекающих из этого последствиях. Целью той публикации было разобраться с одним из противников, который не заслуживал моего пристального внимания, но все же оскорбил всех спиритуалистов этой страны своей статьей, карикатурным подобием научного expos'e [разоблачения]. Выступив против него, на самом деле я боролась против многочисленных «бандитов» из армии противников веры, и моя задача была сравнительно легкой, особенно принимая во внимание, что ложь не выдерживает конкуренции с правдой, поскольку последней всегда удаётся постоять за себя. С того дня положение изменилось, но и сейчас, как и тогда, мною движет любовь к справедливости и честной игре, и я снова выступаю в нашу защиту, потому что так мало тех, кто отваживается отстаивать наше дело, и так многочисленны малодушные.

Я отметила в своем письме, что такое положение, такое полное отсутствие единства и такая, надо добавить, трусость в их рядах послужили причиной постоянных атак агрессивно настроенной общественности, мысли которой питают невежество и злые предрассудки, общественности такой безжалостной, нетерпимой и совершенно бесчестной в своих действиях. Как большую, хорошо вооруженную армию можно легко уничтожить хорошо организованными малыми силами, так и спиритуализм, в рядах которого миллионы, способные разбить в пух и прах любую реакционную теологическую догму, если ими правильно руководить, постоянно теряет свою силу, встречает препятствия и подвергается объединенным нападкам и атакам прессы и церкви из-за предательства и трусости своих лидеров, которым спиритуалисты так верят. Потому я хотела бы задать кое-какие вопросы одному из этих признанных лидеров, пользуясь всеми правами, которые мне предоставляет не только моя репутация известного каббалиста, но и мое американское гражданство. Когда я вижу сколько в этой стране верующих, крепость их веры, их неуязвимость и их великие способности, мне противно наблюдать подобный спектакль, разыгранный после случая с Кэти Кинг – или, может, вернее будет сказать, после мошенничества Кэти Кинг? Но, в любом случае, последнее слово в этой сенсационной комедии еще не было сказано.

Нет такой страны на этой планете, чей суд не допускал бы возможности усомниться в виновности преступника и не давал бы ему возможность высказаться и предложить свою версию.

Таков ли случай, сводящий лицом к лицу «притворного актера», исполняющего роль духа поддельной Кэти Кинг, и медиумов Холмса? Я решительно говорю нет и приведу доказательство, если никто другой этого сделать не может.

Я против всех тех, кто старается вырвать из рук любые возможные средства для поиска истины. Я оспариваю право любого редактора ежедневной газеты публиковать обвинения против кого-либо и в то же время отказывать лицам, подвергшимся несправедливой критике, высказаться в свое оправдание, из-за чего общественность, не получая разъяснений, должна сама докапываться до истины в темноте.

Наконец-то появилась биография Кэти Кинг, абсолютно достоверный отчет, заверенный (под присягой?) доктором Чайлдом, который на протяжении всего этого «шутовского» эпилога все время там присутствует, как какой-то deux ex machinа [бог из машины]. Вся эта состряпанная элегия (кем? – явно не миссис Уайт) благоухает ароматом заблудшей невинности, похожим на рассказы Магдалины о горе и несчастье, запоздалым раскаянием и тому подобным, создавая в нашем воображении нелепую картину: представьте вора, сверхъестественным образом крадущего у нашей души самые дорогие, волнующие чувства. Хорошо выстроенные объяснения по некоторым пунктам, появляющиеся время от времени, дабы устранить камни преткновения этому якобы честному разоблачению, не могут, тем не менее, окончательно развеять все сомнения; ведь много неуклюжих подобий на правду, частью заимствованных из исповеди миссис Уайт, этого падшего ангела и частью, и, надо сказать, большинство, из ее личного дневника, написанного под диктовку ее «секретарями», дают нам довольно ясное представление о подлинности этого свидетельства, данного под присягой. Например, в соответствии со своим собственным утверждениям и свидетельством habitu'es [завсегдатаев] Холмсов, миссис Уайт никогда не стояла в темном круге (а значит, не могла выдавать себя за Кэти Кинг и показывать себя во плоти присутствующим), но, в таком случае, откуда она знает, до мельчайших деталей, о всех трюках медиумов, порядке их действий и т. д.? Опять же, миссис Уайт, так хорошо помнящая – мы можем добавить, механически помнящая – все, что говорили между собой Кэти Кинг и мистер Оуэн, дух и мистер Чайлд, явно забыла все сказанное ей самой д-ру Фельгеру в этой фальшивой персонификации; она даже не помнит очень важный секрет, который поведала последнему! Какое странное сочетание: то она помнит, то не помнит… Может быть, неких дневник с аккуратно помеченным содержанием объяснит этот факт? Подлинность этого документа клятвенно засвидетельствована именем несуществующего духа, Кэти Кинг… Очень умно!

Пресса категорически отказывается публиковать все протесты и заявления о невиновности или же доказательства, переданные мистером или миссис Холмс на словах или в письменной форме. Ни одна уважающая себя газета не отваживается взять на себя ответственность за такие антиобщественные действия.

Публика торжествует, духовенство, забыв про свою победу в Бруклинском скандале, посмеивается, потирая руки; некий разоблачитель материализованных духов и телепатов выпускает, как чудовищная, ненавидящая духов mitrailleuse [пулемет] потоки снарядов и посылает утешительное письмо мистеру Оуэну; спиритуалисты пали духом, из них делают посмешище, они думают, что разбиты навсегда этим так называемом разоблачением и неопровержимым свидетельством под псевдонимом… Для нас этот день как день битвы при Ватерлоо для Наполеона и, отметая остатки разбитой армии, нам только остается звонить в свой собственный похоронный колокол… Духи, берегитесь! с этого дня, если вы будете неосмотрительны, ваши материализованные формы обязаны будут останавливаться у дверей кабинетов, чтобы, содрогнувшись, сгинуть с глаз, напевая хором «Больше никогда» Эдгара По. Прям можно подумать, что вся вера спиритуалистов зависит от Холмсов, и что если их разоблачат как фокусников, то нам придется признать, что все наши феномены не что иное, как бабушкины сказки.

Если очищать дно корабля от ракушек, будет ли это во вред кораблю? Но, сверх того, у нас совсем мало разумных доказательств.

Но тут в дело вступил полковник Олькотт и начал вести расследование. По его словам, первые тесты с миссис Холмс (ее супруг болен и находится в Вайнленде) были достаточно удовлетворительны, чтобы убедить мистера Оуэна провести эксперименты в своем излюбленном месте – комнате Холмсов. Олькотт сначала связал миссис Холмс, посадил ее в мешок, крепко затянул веревку вокруг шеи и завязал узел в присутствии мистера Оуэна и еще одного джентльмена. Затем медиума посадили в пустой кабинет в середине комнаты, причем она совершенно не могла воспользоваться руками. Дверь закрыли, и тогда в проеме появились руки а затем очертания лица, которое постепенно приняло форму лица Джона Кинга вплоть до тюрбана, бороды и т. д. Он благодушно позволил исследователям гладить его бороду, дотрагиваться до его теплого лица и сам похлопал их по рукам. Когда сеанс был окончен, миссис Холмс, со слезами благодарности, в присутствии этих трех господ торжественно заверила мистера Оуэна, что она много раз рассказывала д-ру Чайлду, как «Кэти» приносила ей подарки, оставляя их по всему дому, и что она, миссис Холмс, хотела, чтобы мистер Оуэн это знал; но доктор приказал ей делать нечто совершенно противоположное, запретив говорить что-либо Оуэну; он так сказал: «Не делайте этого, это бесполезно, он не должен знать об этом». Правда это или нет, решать д-ру Чайлду вместе с миссис Холмс.

С другой стороны, Элиза Уайт, которая разоблачает и обвиняет Холмсов, является и по сей день загадкой, этаким египетским сфинксом, для любого в этом городе, за исключением одного умного и почти незаметного всем лица – что-то наподобие ангела-хранителя, – повела за собой всю команду и развеяла миф о «материализации» духа Кэти с помощью такого, как она считает, первоклассного метода. Ведь с ней никому нельзя встретиться, ее нельзя увидеть и задать ей вопросы, а для бывших поклонников Кэти это было наиболее важным, им так хотелось взглянуть хоть краем глаза на скромную красавицу, считающуюся достойной воплощать прекрасную душу. Может быть, опасно позволить сравнить черты лиц обеих? Самое непонятное в этой запутанной истории то, что мистер Р.Д.Оуэн сам признался мне, что никогда, даже в день разоблачения, не видел миссис Уайт и не разговаривал с ней и не имел малейшей возможности взглянуть на ее лицо, чтобы опознать. Ему удалось всего лишь раз увидеть ее расплывчатые очертания на ложном «сеансе» пятого декабря, о котором она упоминает в своей биографии, когда она появилась перед полудюжиной свидетелей (приглашенных убедиться в этой фальсификации) de novo [снова] из кабинета, лицо ее было закрыто двойной вуалью(!), после чего это прекрасное видение исчезло и больше не появлялось. Мистер Оуэн к этому добавляет, что он не может поклясться в том, что миссис Уайт и Кэти Кинг одно и то же лицо.

К чему такая таинственность? Ведь нам пообещали публичное разоблачение обмана? Мне кажется, это разоблачение было бы более научным, будь оно сделано по-другому. Почему бы не дать Р.Д.Оуэну шанс – он пострадал больше всех в этом омерзительном мошенничестве – сравнить миссис Уайт с его Кэти? Позвольте мне опять высказать предположение, что этот бедный, благородный, доверчивый джентльмен очень хорошо помнит, как внешне выглядит дух. Прозрачные одеяния, лунный свет, диадемы и звезды, вероятно, можно сфальсифицировать в полутемном помещении, а вот создать черты лица, которые бы в точности бы совпали с чертами лица Кэти, является более трудной задачей, к этому надо очень хорошо подготовиться. Для хорошо подвешенного языка наболтать лжи не представляет проблем, но курносый нос никогда не будет выглядеть классическим.

Один достойный человек, которого я знаю, страстный поклонник красоты «духа Кэти», видевший ее и говоривший с ней раз пятьдесят с расстояния в два фута, сообщил мне, что однажды вечером д-р Чайлд упрашивал духа показать ему язык (может быть почтенный доктор хотел сравнить язык Кэти с языком миссис Уайт – что если последняя была его пациентом?), и Кэти сделала это; этот господин уверял меня, что когда она открыла рот, он ясно видел «великолепные зубы – два ряда жемчужин», выражаясь словами этого восхищенного поклонника. Он сказал, что ее зубы произвели на него особенное впечатление. Но есть злые клеветники, которые были близко знакомы с миссис Уайт, когда она была еще невинной девушкой, до ее падения и разоблачения, и они без обиняков заявляют (мы просим прощения у кающегося ангела, но мы только повторяем сказанное), что эта дама едва ли может похвастаться, среди прочих своих прелестей, редкой красотой жемчужных зубов и совершенной формой рук. Почему бы «Кэти» было не улыбнуться во весь рот своему поклоннику и посрамить клеветников? Если бы мы так же стремились доказать, кто есть кто, – а она похоже, стремится к этому больше нас, – мы бы с удовольствием показали наши зубы даже самим присяжным. К вышеописанному факту, каким бы незначительным он ни казался с первого взгляда, любой судья, занимающийся опознанием личности, отнесся бы очень серьезно.

Вот что заявил нам мистер Оуэн, а «Кэти Кинг» клятвенно подтвердила в своей биографии: «Она согласилась на разговор с господином, который видел ее персонифицированный дух, при условии, что она на протяжении всего разговора не будет поднимать вуали» («Philadelphia Inquirer» от 11 января, 4 колонка, «Биография К. К.»).

Но, боже мой, к чему подвергать веру этих «чрезмерно доверчивых и недалеких джентльменов», выражаясь языком бессмертного д-ра Бэрда, еще одному испытанию? Нам видится, что это был самый подходящий момент показать природу того умственного помрачения, длившегося у них несколько месяцев. Что ж, если они проглотили это новое завуалированное доказательство, то это их дело.