Чтение онлайн

В машине я вроде бы отогрелась, но по спине так и скользил холодок. Ничего непонятно, оттого и хочется бежать куда подальше. Так бы и сделала, не заблокируй Лёня двери.

–  Вы видели что-то подозрительное в домике?
– он не сдавался и продолжал гнуть свою линию.

Я же неопределенно пожала плечами. Кроме той самой громадной коробки, которую Максим притащил из машины и запретил открывать, трогать и даже смотреть, ничего подозрительного там не было. А ещё он ужасно нервничал, когда сам оказывался поблизости от нее. Обещал, что все расскажет завтра на рассвете. Почему именно тогда - я не понимала.

Так и не дождавшись вразумительного ответа, Лёня отвернулся и повернул ключ. Мотор же фыркнул и заглох. Затем это повторилось ещё несколько раз. Кажется, без разговора с Федором Аркадьевичем не заводятся никакие автомобили, в которых есть Слава Горина. Лёня мучился, а я разглядывала салон, пока не заметила мужскую сумку на переднем сидении. Сумка - это хорошо, это, возможно, смартфон и связь с внешним миром, что сейчас совсем не лишнее.

–  Минутку, - Лёня выбрался наружу, под немного стихший дождь, оставив меня в закрытой машине. Там открыл капот и склонился над двигателем.

Так и не распознав кнопку разблокировки дверей, я подалась вперёд и влезла в сумку Лёни. Если все это - моя больная фантазия и повышенная тревожность, то потом будет очень стыдно. Смартфон нашелся почти сразу, к несчастью заблокированный, и чтобы разблокироваться требовал отпечаток пальца. Зато в глубине пряталось кое-что другое. Я вытащила это, запихнула под одежду и поплотнее запахнула толстовку, в сумку же вложила маленькую бутыль минеральной воды, чтобы не казалась слишком лёгкой.

Снаружи послышалась ругань, затем громко хлопнул капот, и в машину сели сразу двое: Лёня и незнакомый мне мужчина. Неприметный такой и невысокий, но почему-то он казался в разы опаснее, чем компания гопников в подворотне. Мужчины не разговаривали между собой, но оба по очереди посмотрели на меня. Ну не разочаровывать же?

–  Максюша-а-а, - заголосила я и разревелась, вышло почти натурально.
– Так и знала, что он меня используе-ет!

Лёня забормотал какую-то успокаивающую чушь, а второй мужчина все же завел машину и тронулся с места. Мы проехали по узкой дороге и остановились возле нашего домика.

Незнакомец вышел первым, открыл дверь, вцепился в мою руку' и вытащил наружу. Не очень-то похоже на желание помочь несчастной жертве розыгрыша.

И не вырваться. Стужнуть Лёню и попытаться сбежать я бы ещё смогла, но этого мужчину врасплох не застать, а если и получится - далеко ли убеїу босиком по ночному лесу, когда за мной гонится профессионал? Наверное, то самое "проклятие", специализирующееся по убийствам, замаскированным под несчастный слушай.

Мысли и теории, до того разрозненные и запутанные, вдруг выстроились в стройную теорию, которой для подтверждения не хватало нескольких фактов. Я знала, что Максим не даёт ход делу с проклятием по каким-то причинам, хотя поднять шумиху, хотя бы в своем суперпопулярном блоге, если для официального расследования улик не хватало, он мог. Но зациклилась на том, что Макс покрывает преступника, давнего друга, неизвестно зачем имитировавшего свою смерть. Такая странная дружба, которая важнее всего.

Но Макс скрывал не преступника, он скрывал мотив.

"Проклятие" довел меня до двери домика и толкнул внутрь, следом вошёл Лёня и щёлкнул замком. В большой комнате горел только торшер, рядом с которым на диване сидел Максим. За его спиной застыл ещё один мутный тип с пистолетом.

–  Бруньский!
– Макс подорвался, несмотря на приставленное к голове оружие.
– Ты только не бойся ничего, слышишь?

Ага. Конечно. Совсем-совсем не боюсь, а руки и ноги трясутся просто так, в ажитации от встречи со столичным модником.

–  Сидеть!
– "Проклятие-два" положил рукуг ему на плечо и заставил сесть

–  Хотели бы прикончить - подожгли бы дом. На неисправную проводку и не такое списать можно, - Максим, казалось, не замечал пистолет и смотрел то на меня, то на Лёню.
– Думаю, ваш постановщик заказал другую пьесу. Не расскажешь, дружище?

Лёня рассмеялся, затем прошёлся по комнате и сел в кресло.

–  Расскажу. Отчего нет? Везучий ты, Максим. Четыре раза обхитрил смерть. Но это не проблема. Не можешь умереть - сядешь в тюрьмуг. Изнасилование и убийство с особой жестокостью. Отличные статьи! Но ты и здесь чуть все не испортил. Что, так трудно затащить в кровать одну малолетку и обеспечить меня уликами? Думал, вы так и будете до пенсии за ручки держаться.

Э! Стоп! Так это меня они собираются убивать? Слава Горина слишком молода для этого! Я попыталась вырваться, но "Проклятие" держал крепко.

–  А мы с тобой, - наконец ответил Макс, - оба идиоты, Лёнь. Ты за столько лет так и не рассказал Жанне о своих чувствах, довел себя до сумасшествия. Я тоже тянул, хотел все сделать красиво и не заметил, что мои слова кажутся шуткой. Прости, Слав, если сможешь. Особенно за то, что внятул в эту' историю. Я надеялся, Лёня успокоится после отъезда Жанны. Ты же этого хотел, да?

Он повернулся к приятелю и смотрел только на него. Я же попятились назад, насколько позволяла хватка "Проклятия" и украдкой ощупала то, что спрятано под толстовкой. Что с ним делать - знала больше в теории, на практике пользовалась другими моделями.

–  Лёня всегда считал, что мы с Витей растоптали жизнь Жанны. Растоптали ее творческое начало, погребли под грудой бургеров, роллов и пиццы.

–  Да!
– Лёня вскочил и подбежал к Максу. Тот смотрел спокойно, без эмоций, только изо всех сил сжимал подлокотник.

–  Вы недалёкие дельцы, помешанные на выгоде! А у Жанны талант, настоящий! Она могла бы стать выдающимся поваром.

–  Так и станет, Лёнь. Пройдет свои курсы и станет. Зато сейчас она вполне обеспечена, сама себе хозяйка. Может хоть ресторан с мишленовской звездой открывать, хоть лежать на пляже целый день. Только не хочет она. Понимаешь? Жанна всегда была счастлива, развивая "Джона". И с Витей была счастлива. А ты его прикончил. И ребенка ее тоже, я только когда в аварию попал, проникся Витькиной паранойей, начал копать информацию, нашел препараты, способные вызвать выкидыш, а также схемы, как подобное прикрыть документально.

–  Я не мог допустить, чтобы Жанна родила ребенка от психа! Сам знаешь о Витькиных родителях. Это поставило бы крест на ее жизни: ни карьеры, ни отдыха, одна бытовуха и забота о мелком уроде.

Максим тяжело вздохнул, затем потёр переносицу. "Проклятие-два" отошёл чуть назад и переложил пистолет в другую руку. Та чуть подрагивала, не амбидекстр он, зря так сделал.

–  Витя был нормальный, и сам это знаешь, - продолжил Макс.
– А за детей он боялся, до ужаса, поэтому лет в двадцать подпольно сделал вазэктомию. Ребенок у Жанны случайно получился. Они тогда разругались с Витей, вот один из давних поклонников и воспользовался моментом. Жанна вначале хотела сделать аборт, а потом сказала, что не может, что это все равно её малыш, которого и одна поднимет. И я не отказывался помочь. Но потом Витька крепко подумал и пошел мириться с Жанной, и знаешь, они в самом деле очень ждали этого ребенка и радовались ему, договорившись навсегда похоронить историю его зачатия. Так что ты, Лёня, обычная сволочь и маньяк, а никакой не спаситель любимой женщины: вначале убил ее ребенка, затем мужа, покалечил ее саму, чтобы тебя не вычислили, а в конце хотел добить, лишив друга детства и "Джона". Ты ведь все сделал, чтобы мы его продали?