Чтение онлайн

– Ты же не сказал мне, кто вас нанял не потому, что не захотел, правда?

– Допустим, – сказал он, остановился возле дома родителей и повернулся ко мне. – Ты надолго?

– Мы, – ухмыльнулась я. – Вы пойдете со мной, – он поморщился.

– Сомневаюсь, что это уместно.

– Она будет рада вам, поверь. Пошли.

Я вышла из машины, прихватив свои вещи, и бегом припустилась к дому, шлепая босыми ногами.

«Я так вообще без обуви останусь» – мелькнуло в голове, и я позвонила в дверь.

Мама открыла через минуту, внимательно посмотрела на мои волосы, потом перевела взгляд на ноги. Я медленно моргнула, а она как будто вздохнула с облегчением и широко улыбнулась, а потом перевела взгляд назад. Я обернулась и увидела, что два здоровых мужика неловко топчутся возле лестницы, не решаясь подняться. Уверена, она успела отметить дырку в штанах Степана и поняла все мгновенно: она так же читала рапорт, более того, уверена, она помнила его наизусть.

– Мои хорошие! – воскликнула она и опрометью спустилась вниз. Остановилась на предпоследней ступеньке, чтобы дотянуться до них руками (мама у меня метр с кепкой, впрочем, я немногим выше), схватила их за шеи сзади и притянула ближе, тут же расцеловав по очереди. А еще наверняка ощутила под пальцами шрамы у Степы на затылке. – Ты, должно быть, Степан, а ты – Арсений? – они с недоумением переглянулись и кивнули, а потом оба уставились на меня. Я широко улыбнулась и открыла дверь пошире:

– Я же говорила.

– Лизонька, деточка, вымой ноги, – взмолилась мама, когда увидела, какие следы я оставляю за собой: немножко крови (не своей, разумеется), немножко грязи. Так, рядовые будни. Я устыдилась и пошла в ванну, потом вытерла за собой всю грязь и только после этого прошла в гостиную, куда мама спровадила гостей, а сама удалилась на кухню.

Привалилась плечом к дверному косяку, наблюдая, как они с интересом разглядывают фотографии на каминной полке.

– Давно знаешь? – спросил Арсений, разворачиваясь.

– Знаю около часа, а догадка появилась, как только Стеша вышел из машины.

– Поэтому задавала все эти вопросы? Как зовут, про службу и прочие? – все больше начал злиться он, повышая голос. Мама услышала перемены и появилась в комнате:

– Степочка, можно тебя немного поэксплуатировать? – попросила ласково, а я мысленно ее поблагодарила. Степан бросил на меня злобный взгляд, а я подошла ближе к Арсению.

– Нашла двух придурков, да? – спросил зло. – Идиотку из себя разыгрывала, испугалась она якобы, мне лапшу на уши развешивала. Признаюсь, сам мудак, повелся. Очень натурально получилось.

– Я не играла ни секунды, пока была в доме, – ответила, глядя ему в глаза. – Вопросы задавала, чтобы убедиться. Моя догадка только еще больше все запутывала.

– Ты сейчас выглядишь совсем иначе. И дело не только в цвете волос. У тебя взгляд другой.

– И когда я смотрю на тебя, тоже другой? – спросила я с обидой, было в самом деле чертовски обидно.

– Это ничего не значит.

– Неужели? – я потянулась рукой к его лицу, но он перехватил ее за запястье.

– Даже не думай играть со мной в эти игры.

– Отключи на минуту мозг, пожалуйста, – попросила тихо, – и отпусти мою руку, на ней и так живого места нет.

Он отпустил и я тут же положила свою ладонь ему на щеку, потом так же положила вторую руку, наклонила его голову вперёд, принуждая смотреть на меня, и ровно минуту просто смотрела в его синие глаза.

– Скажи, что ты не пытаешься водить меня за нос и манипулировать, – сказал тихо, когда я убрала руки.

– Я не вожу тебя за нос и не пытаюсь тобой манипулировать.

– Ты действительно испугалась Степана?

– Да.

– Почему после той ночи три дня не выходила из комнаты? – я опустила взгляд, тут же вспомнив свою выходку. – Я жду ответ.

– Мне было неловко перед тобой.

– С какой стати? – поднял он бровь. – Ничего даже не было.

– Ну… за тот перфоманс, – промямлила я, а он засмеялся и ухватил меня за подбородок, поднимая голову.

– Серьезно? – спросил весело, а я разозлилась и дернула головой:

– Серьезно! Еще глупые вопросы есть?

– Не-а, – протянул он, я подняла голову и увидела его довольную рожу.

– Все мужики – придурки, – проворчала и пошла на кухню помогать маме, но увидела уже полностью накрытый стол и как она пристально разглядывает протез Степы, пристроив его ногу на стуле.

Степан встретил меня сердитым взглядом и настороженно посмотрел на друга, который продолжал ухмыляться.

– Стеша, тут чуть дальше по улице есть мастер, просто золотые руки, – сказала мама, привлекая его внимание, – пообедаем, пообщаемся и сходим к нему, сделает все в лучшем виде.

– Спасибо, – ответил недоуменно, – я разберусь.

– Что за глупости ты говоришь? Идти два дома, а будешь так бродить – он придет в негодность, – возмутилась мама. – Я прекрасно знаю, как тяжело подбирать новый и как долго ждать изготовления. Семочка всех своих ребят к нему отправлял.

– Уверен, Вы передумаете мне помогать, когда Лиза расскажет обстоятельства нашего знакомства, – серьезно ответил он.

– Уверена, что нет, – отрезала она и строго посмотрела на него. – Она жива и привела вас домой. Вы чуть не погибли, спасая моего мужа, – и добавила с улыбкой: – У большинства служивых только черное и белое. Мир гораздо более многогранен, мой хороший. Садитесь к столу.

– Виталий мне изменяет, – сказала я, как только все расселись и принялись раскладывать еду по тарелкам. Мама отложила вилку и серьезно сказала:

– С таким именем ничего хорошего ждать не приходилось, – Стеша поперхнулся, а Сеня потупил взгляд. – Дай угадаю, с Мариной?

– А пораньше ты погадать не могла? – скривилась я, положила в рот кусочек ее фирменного пирога и все на мгновенье перестало иметь значение.

– Дорогая, ты же знаешь обстоятельства, – пожала она плечами, – мы протянули пять лет. Это лучше, чем ничего.

– Конечно, – серьезно кивнула я и продолжила: – Эти двое меня похитили пару недель назад и удерживали неделю в домике в лесу.

– Я надеюсь, ты хотя бы готовила? – строго спросила мама, Сеня уронил вилку, а Степка снова поперхнулся.

– Конечно, это же не в доме. Слушай, я хотела приготовить тот крем-суп, но не смогла вспомнить, что ты добавляла для этого привкуса, – я старательно напрягала память, на самом деле пытаясь вспомнить, а мама всплеснула руками.

– Лизонька, это же бабушкин рецепт! Не стыдно тебе?