Чтение онлайн

Он вновь попытался всучить мне блокнот. Я решительно замотала головой:

– Нет уж, хватит!

Мне казалось, что весь этот час я занималась не тем, что считывала неведомо откуда вокальные данные участников шоу, а в одиночку разгружала вагоны с углём.

– Сколько получилось совпадений, процентов семьдесят? Восемьдесят? Офигеть! Как ты это делаешь?

Я пожала плечами:

– Просто… это видно.

– Мне вот, например, ни фига не видно!

– Ладно, хорошенького понемножку. Давайте ещё что-нибудь придумаем. «Дженгу» планировали. Я как раз дошёл до нужной кондиции!

– Может, раз такая тема, в караоке махнём?! А что – не только на шоу люди петь умеют…

– Годится!

– Кажется, на Рубинштейна работает круглосуточное караоке. Вероника, поехали? Проверим твои способности на живых людях!

– Я пас. Пойте сами, проверяйте сами! – засмеялась я, одновременно пытаясь разыскать в хаосе, царящем в гостиной, свои вещи, и нащупывая взглядом только блокнот.

Кажется, я приехала сюда с сумкой. Или с рюкзаком? И где он, интересно?

Вероятно, там же, где и бокал с непригубленным вином. Провалился сквозь землю.

Или отправился в иное измерение, в параллельную реальность в качестве платы за свежеоткрывшиеся экстрасенсорные способности?

– Да ладно, я тоже петь не умею, – подмигнула мне Марго, миниатюрная блондинка с точёной фигурой модели будто из каталога купальников, миловидным лицом и блестящими волосами, доходившими до низа спины. – Кого стесняться? Поугораем, поприкалываемся!

Мы с ней встречались во второй или третий раз, но среди собравшихся именно она была мне наиболее симпатична.

Я открыла рот для ответа… и почему-то так и не ответила.

– Все едут? Я вызываю такси, но нужна ещё машина, одной не обойдёмся! – возвестил добродушный толстяк Матвей, обладающий грацией медведя-шатуна.

Я наотрез отказалась:

– Мне завтра вставать ни свет ни заря…

– Опять твои бесконечные забегаловки?

– Две в центре и одна в Петергофе… а понедельник начинается в субботу [3] , так что я по-любому сваливаю.

– Если созреешь как-нибудь нагрянуть в караоке, пиши! – Добавив свой номер телефона в контакты, Марго вернула мне смартфон.

После суматошного прощания, отказавшись от многочисленных предложений подбросить меня до подземки [4] , я наконец сбегаю от караоке-компании. Вынырнув из метро на своей станции, как можно медленнее иду по направлению к дому. Почти стемнело, но это один из тех редких поздних вечеров, которые хочется распробовать на вкус и запомнить, как необычный сорт кофе или экзотический фрукт.

Тонкий, неуловимо тёплый воздух с легкими нотками корицы и привкусом дождя. Едва начавшие опадать бронзовые листья, влажный асфальт, графитовое небо, разлинованное розовыми полосками заката… Самый желанный, самый пронзительный кусочек ранней осени.

На вечеринке я сказала правду: завтра мне позарез нужно подняться чуть ли не в шесть утра.

Не забыть бы включить будильник…

Но вместо того чтобы отправиться в душ, я включаю ноутбук, захожу на YouTube…

И зависаю перед монитором.

Проходит несколько минут, тянущихся мучительно, словно ожидание в приёмной у стоматолога, прежде чем я понимаю, что буквально не в состоянии набрать в поисковике «Голос» и запустить любое из предложенных видео.

Там…

Какие они яркие, ослепительные, свободные!

Как они держатся, как поют – легко, будто голос сам вырывается наружу, будто на них не устремлены сотни пар глаз, будто ничто другое в мире для них не имеет значения…

Я закрываю вкладку с YouTube.

Я сказала правду: на сегодня достаточно.

Но это ещё не вся правда.

После той вечеринки я больше не могу смотреть «Голос».

Удивительно, насколько камерным городом в рамках отдельно взятой индустрии кажется Питер.

Да, конечно, по самым поверхностным подсчётам тут проживает по меньшей мере пять миллионов человек.

Разных.

Всяких.

Похожих друг на друга, непохожих ни на кого, посредственностей, ярких индивидуальностей – любых.

Всех возрастов, различных национальностей, коренных жителей, экспатов, обладателей множества профессий и носителей иных культур.

Но, прорастая корнями в конкретной сфере, через некоторое время неизменно обнаруживаешь, что и стоящих специалистов там отнюдь не в избытке, и признанные звёзды наперечёт, и вообще все знают друг друга как облупленных. Так было, например, в издательской отрасли, куда я пыталась вписаться чуть ли не с младенчества.

Особенно наглядным это оказалось в сфере ресторанных СМИ, где я очутилась спустя несколько лет после окончания вуза.

Мы сидим под крышей огромного торгово-развлекательного центра в самом сердце города, утопая на мягких диванах и коротая время за аперитивами и крохотными закусками.

Последний этаж ТРЦ целиком и полностью отведён под новорождённый ресторан «Галеры», но сейчас заведение закрыто. Торжественное открытие с фуршетом, беспроигрышной лотереей и диджеем за вертушками запланировано на завтра. А сегодня, субботним вечером, команда заведения проводит пресс-ланч для журналистов ведущих изданий, освещающих ресторанную и клубную жизнь Петербурга со всевозможных ракурсов, углов и точек зрения.

Журналисты – это мы. Представители солидных отраслевых изданий. Авторы гастрономических разделов деловых еженедельников. Всеядные ресторанные колумнисты.

И мы неизменно встречаемся на любом пресс-ланче.

Кто все эти люди?

Редакторы светской хроники, которые концентрируются на еде вне дома как на привилегированном лайфстайле и пишут об открытиях в общепите со снисходительным цинизмом, въевшимся глубоко в клавиатуру.

Корреспонденты, освещающие новости рестосферы с упором на затраты, инвестиции, бюджеты и окупаемость.

Критики, посещающие дегустации с видом удручённых трапезами и умудрённых опытом гурманов и демонстративно рассуждающие о том, что к этому плотному мясному кишу не хватает красного вина – вот только с какого берега Луары?

Блогеры, которые озабочены качеством фотоконтента, и которых приглашают ради сочных глянцевых кадров в Instagram с отметкой геолокации заведения.

У каждого свой интерес.

Но больше всего среди журналистов представителей популярных ресторанных интернет-порталов.