Чтение онлайн

Когда солнце стало клониться к западу, они достигли дольмена Пулнаброн. Карла сделала несколько заметок в блокноте и сфотографировала каменное сооружение. В переводе с ирландского «Пулнаброн» означает «отверстие печали». Здесь нашли древние кости, среди которых обнаружились останки младенца. Карла подумала о мертвом ребенке, которого когда-то нашли в промышленной зоне. Как сильно Роберт хотел чтобы это была Исобель! Место камня… Теперь слова Миранды Мей казались такими ясными. Конечно, стоило понять это пятнадцать лет назад.

— Одного моего друга похоронили среди камышей. — Карла понятия не имела, почему вдруг вспомнила о юной проститутке. — Ее тело пролежало там четыре дня, прежде чем его нашли. Ее звали Анита.

— Мне очень жаль. — Похоже, его смутило ее внезапное признание. — Звучит кошмарно.

— Она появилась в моей жизни и исчезла, словно тень. Но я была очень самоуверенна и подумала, что смогу спасти ее от нее самой.

— Ей нужно было спасение?

— А как вы считаете? Она была малолетней проституткой и наркоманкой.

— Думаю, вам стоит рассказать мне о ней.

Он помог ей взобраться на дольмен и сел рядом.

— Она немного прихрамывала, хоть и родилась нормальной. — Карле пришлось глубоко вдохнуть, прежде чем она смогла продолжать. — Это отец столкнул ее с лестницы, когда был пьян. Он делал вещи и похуже… ублюдок. Потом ее убили, потому что она задолжала какой-то мрази, но сейчас он, к счастью, гниет в тюрьме. Я познакомилась с ней, когда у меня был тяжелый период в жизни. Не знаю, спасла ли она мою жизнь или мой рассудок… но я не смогла ничем помочь ей… ничем…

— Вы не можете судить об этом, — возразил он. — Никто из нас не знает, как мы влияем на жизни других людей.

— Доказательство лежало в камышах. Я даже не знала ее полного имени, пока полицейский, который допрашивал меня, не сообщил его. Интересно… — Карла подавила внезапное желание расплакаться. — К чему она была… ее короткая жизнь? Она нужна была, чтобы спасти меня от себя самой? Или чтобы доставить удовольствие какому-то уроду на заднем сиденье машины? Не знаю, зачем рассказываю вам о ней… Я вообще не понимаю, что я делаю…

Она напряглась, ожидая, что Дэвид прикоснется к ее руке, как сделал накануне днем, когда она махала серпом. Но он сидел, свесив одну ногу с края дольмена и обхватив другую руками.

— Я был в Аризоне, когда заболела жена, — сказал он. — Я пытался сказать ей, что люблю ее. Не знаю, слышала ли она меня.

— Уверена, что слышала. Слух, кажется, последняя способность, которая покидает нас.

Внизу корова выщипывала траву из расщелин в узкой долине. Карла слышала шелест травы, но, возможно, ей это просто казалось. Все было возможно среди скал, которые когда-то оберегали мертвых.

— Надеюсь, — ответил он. — У нас были непростые отношения.

— Но вы любили ее?

— Я сказал ей, что люблю ее. Но это разные вещи. Если она услышала меня, то, наверное, решила, что я вру.

— Печально.

— Да, это печально. Когда она умерла, все, о чем я думал, так это о потерянном времени, о годах, которые мы оба могли бы счастливо прожить с другими партнерами. Мои родители развелись. Поэтому я и цеплялся за брак.

— Но почему вы женились на ней?

— Потому что я любил мысль о том, что меня любят, — ответил он. — Сюзанна была старше меня на десять лет. Я думал, что она самая искушенная женщина из тех, кого я встречал. Мне льстило ее внимание… оно вводило в заблуждение.

Солнце освещало желтовато-коричневые переливы его волос. Черты его лица были такими же обветренными и отточенными, как и окружавшие их камни.

— Вы давно развелись? — спросил он.

— Восемь лет.

— Сочувствую.

— Не стоит. Мы остались хорошими друзьями. Все, как у нормальных людей.

— А с тех пор… был кто-нибудь?

— Да. Он хочет жениться на мне.

— Надеюсь, вы будете счастливы.

— Счастье — очень требовательная штука. Мне бы лучше спокойствие.

Он нагнулся и прикоснулся к листьям темно-красного растения, которое пряталось в трещине в камне.

— Орхидеи растут в дикой природе в трещинах, — сказал он. — Тут можно найти виды, которые больше нигде в мире не сосуществуют. Мое место здесь. Но не Сюзанны. Она пыталась устроиться здесь, но у нее так ничего и не получилось. В конце концов она захотела переехать в Испанию. Я противился как мог. Как и Джой. Теперь это кажется таким неважным.

— Джой счастлива здесь?

— Она любит Буррен. С раннего детства она хотела знать все об этом месте. У нее цепкий ум. Конечно, из-за ее поведения вы этого не заметили. Но это пройдет. Когда начнутся работы на стройке турбазы, она будет слишком занята, чтобы шалить. Еще она ходит к одному моему другу, местному психологу. Он помогает ей свыкнуться со смертью матери.

Дилан. Какое неосторожное замечание сделала Джой Доулинг, что оно заставило его засомневаться и вернуться в жизнь Карлы?

— Джой кажется очень милой девушкой, — сказала она. — Расскажите мне о ней.

Он говорил, пока солнце не превратилось в огромный пылающий шар, который медленно исчезал за холмами. Карла смотрела на дольмен, который постепенно прятался в фиолетовых тенях. В этих тенях она увидела своего ребенка, прыгающего по камням, произносящего названия цветов на латыни, хлюпающегося в прибрежных волнах, крепко спящего возле игрушечного белого медведя, который ругался в самые неожиданные моменты.

Когда она прервала Дэвида, потому что больше была не в состоянии слушать, он взял ее за руку и помог перебраться через валуны. Он пригласил ее поужинать вместе в Дулине, но она поблагодарила и отказалась. Она сказала, что слишком устала. Ей было тяжело в непривычной обстановке, и она плохо выспалась накануне. Дэвид не пытался ее уговаривать. Они почти не разговаривали по дороге к студии Мириам, чтобы забрать ее машину. Потом Карла вернулась в коттедж с гномами. Она не помнила, как добралась до постели.