Тепло очага
Шрифт:
– Я считаю, что вы имели большой успех.
Эдвард остановился и посмотрел на Джину сверху вниз. Лунный свет мягко освещал ее лицо, придавая ему неестественную бледность. Взгляд Эдварда скользнул туда, где, полуоткрытые вырезом платья, груди образовывали волнующую ложбинку.
– Даже слишком большой, – добавил Эдвард.
Джина насупилась.
– Что вы имеете в виду?
– Ничего. – Он покачал головой. – Не обращайте внимания.
Кто тянул меня за язык? – злился на себя Эдвард, помогая Джине сесть в машину. Джина была великолепна сегодня. Кажется, она покорила Джеффа, его жену и всех их гостей. Почему же я раздражен? Ведь она сделала все, о чем я ее просил, и даже больше. Джефф обращался со мной, как со старым другом, даже пригласил на виллу в Майами. Может, это меня беспокоит? – осенило Эдварда. Что я вынужден буду отклонить это приглашение?
Он завел двигатель, проехал по подъездной аллее и выскочил на автостраду.
– Что вы имели в виду, сказав: «даже слишком большой»? – хмурясь, спросила Джина, не забыв о его ремарке.
– Если хотите знать, то мне не понравилось, что Энтони Вильямс на глазах у всех гостей дал вам свою визитку, – резко ответил Эдвард, тут же пожалев об этом. В его тоне прозвучала ревность.
– Но почему? – недоумевала Джина.
– Я считаю, что вы могли вести себя приличнее.
– То есть?!
– Вы флиртовали с ним. И все это видели.
– Ничего подобного... – Она опешила от такого обвинения.
– Для меня это было очевидным, – стоял на своем Эдвард.
В салоне повисла гнетущая тишина, которую Эдвард нарушил лишь у самого дома Джины.
– Извините, – тяжело вздохнув, сказал он. – Я знаю, что не имею права говорить вам это, но хотел бы, чтобы вы вели себя более осмотрительно, учитывая наши обстоятельства.
– Мне вообще непонятно, о чем вы говорите! – возмущенно воскликнула Джина. – Если хотите знать, я старалась отделаться от Энтони, но он во что бы то ни стало хотел извиниться передо мной за то, что имело место в прошлом. Потом он заговорил о работе. Энтони ищет нового ассистента и считает, что я идеальная кандидатура. Поэтому он и дал мне свою визитку. – Джина сердито сверкнула глазами. – Вы, между прочим, не единственный, кто озабочен карьерой.
Она быстро вышла из машины, подошла к двери своего подъезда и взялась за ручку. Но Эдвард успел подбежать к ней, прежде чем Джина открыла дверь.
– Джина.
– Что? – спросила она, не обернувшись.
– Я погорячился. Простите.
– Это не имеет значения. – Джина вставила ключ в замочную скважину.
– Имеет, потому что я расстроил вас.
– Не расстроили, – солгала она.
– Я никогда не раздражаюсь. Даже не знаю, что на меня нашло.
Джина выпустила струю воздуха из легких и обернулась.
– Вы простили меня?
Трудно злиться на человека, всем своим видом выражающего раскаяние. Сердце у нее дрогнуло.
– Простила.
– Значит, мы снова друзья? – Эдвард приблизился к ней почти вплотную.
– Друзья.
Джина заглянула в глубину его темно-синих глаз, скользнула взглядом по красивой линии его губ. Она вспомнила, каким наслаждением для нее было находиться в объятиях Эдварда, когда они танцевали в гостиной Джеффа.
– Вы не хотите пригласить меня на чашку кофе? – тоном искушенного соблазнителя осведомился Эдвард.
Джина слегка растерялась.
– Вы же обещали Энн не задерживаться допоздна.
– Сейчас всего одиннадцать часов. И, кроме того, я немного солгал, – с жалобной улыбкой покаялся Эдвард. – Энн остается сегодня на ночь. Она сказала, что я могу вернуться, когда хочу.
6
За кофе Эдвард вернулся к волнующей его теме.
– Этот Вильямс дал вам визитку, но не попросил вашу. Он что, знает номер вашего телефона?
Джина, досадуя, что Эдвард никак не успокоится, с деланным безразличием пожала плечами и небрежно ответила:
– Должно быть, сохранил его с прошлого года.
– У него есть и ваш адрес?
– Нет. Я сменила квартиру, но телефонный номер оставила за собой.
Эдвард, наблюдавший, как Джина разливает кофе по чашкам, обратил внимание, что рука ее немного дрожит.
– Так за что он извинялся перед вами?
– Что? – Джина пролила кофе на блюдце. – О, простите, сейчас я заменю это. – Она взяла чашку и блюдце и ушла на кухню.
– Вы сказали, что он извинялся перед вами за что-то, что произошло в прошлом, – напомнил Эдвард, когда Джина вернулась в гостиную.
Он непременно желал получить ответ на свой вопрос. Ему почему-то было важно знать, какие чувства питает Джина к Энтони Вильямсу.
– Это, очевидно, связано с тем, что, будучи помолвленным со мной, он, как выяснилось, спал с моей лучшей подругой. – Джина намеренно произнесла это легким, беззаботным тоном.
– Вильямс был вашим женихом? – потрясенно переспросил Эдвард. Теперь он все понял. – О Господи, Джина, простите меня, пожалуйста! Я ведь не знал об этом.
– Вы и не должны были знать. Ничего, все нормально.
Эдвард нервно провел рукой по волосам.
– Представляю, каково вам было находиться в одной гостиной с ним!
– Да, для меня было шоком увидеть его через год после того, как...
– Неужели вы ни разу не встречали его с тех пор? – осторожно спросил Эдвард.
Джина помотала головой.
– Но мы разговаривали спокойно. Думаю, Энтони искренне сожалел о том, что сделал, и обрадовался неожиданно представившейся возможности сказать мне об этом.
– Он продолжает встречаться с вашей, очевидно уже бывшей, подругой?
– Нет. – Джина вздохнула. – Он еще тогда говорил, что это была ошибка, что они были близки всего один раз. Что он все еще любит меня. – Голос Джины дрогнул. – Но я уже не могла верить ему.
– И теперь Вильямс хочет начать все сначала?
– Нет. Совсем нет. Как я уже говорила, Энтони предложил мне работу. Не знаю, хочет он таким образом реабилитировать себя или действительно считает, что я подхожу для этой работы...
– Могу представить, какую работу он имеет в виду, – язвительно заметил Эдвард.
– Эдвард!
– Извините. Что вы почувствовали, увидев его снова?
– Шок. Послушайте, может, оставим эту тему? Я хочу вообще забыть обо всей этой истории.
– Да, разумеется. – Эдвард кивнул, хотя ему хотелось знать больше, хотелось проникнуть в мысли Джины и выяснить, о чем она думает, что чувствует. Но он поборол искушение. – Не буду задавать ненужных вопросов. Я знаю, как это бывает, когда в любви что-то не ладится.
– Не сомневаюсь в этом.
Эдвард посмотрел на Джину и, заметив в ее взгляде теплоту и понимание, даже слегка смутился.