Чтение онлайн

Выглядела старушка очень даже женственно для своих лет. Из-под лилового пиджака виднелась шелковая белая рубашка, украшенная золотой брошью в форме дождевой капли. В тон пиджаку была подобрана плиссированная юбка. Она опускалась до середины щиколоток и добавляла худому телу старушки небольшой объем. На ногах красовались бежевые туфли на низком каблучке с тонкой пряжкой. Женя заметил, что Кира тоже с восхищением осматривала пожилую леди.

– А где же ваш компаньон? – поинтересовалась Кира.

Тепло ее кожи через штаны передалось Жене.

Старушка томно вздохнула, мягко улыбнулась и ответила:

– Ох, он уже давно отошел к Богу. Обсуждает меня, наверное, там с другими родственниками!

Женя невольно улыбнулся. Редко встречаются такие приятные пожилые люди – приветливые, веселые, способные подшутить над своим возрастом, а не жаловаться на его лишения, обвиняя во всем правительство и молодое поколение. Наверняка эта бабушка вдохновляет много женщин и девушек следить за своим внешним видом.

– С кем же вы тогда приехали? – Кира собрала в кучку всю грязную посуду со стола, чтобы предоставить бабушке свободное пространство.

– Одна, моя хорошая. Как вас, кстати говоря, зовут?

Кира быстро представила Женю и себя.

– А я – Марина Петровна. – Старушка протянула руку для знакомства. Кира и Женя по очереди пожали ее. – Давно вы вместе? – Марина Петровна хитро прищурилась. Возле ее глаз тут же образовались дополнительные морщинки.

– Мы вместе учимся в университете и случайно встретились в поезде.

– И в отеле, – добавил Женя, стараясь не обращать внимания на равнодушие, с которым Кира сообщила эту новость. Для нее-то это было лишь забавным совпадением.

Марина Петровна удивленно вскинула брови. Ореховые глаза тут же оживились.

– Ах, – она мечтательно вздохнула, – моя история начиналась с точно такого же поворота! Вот вы меня удивили! – Марина Петровна покачала головой. – Правда, до поездки мы друг друга не знали.

– Вы и ваш супруг? – уточнила Кира.

– Нет, – старушка махнула рукой. – Моя первая и глубокая любовь. – На какое-то время она смолкла, глядя куда-то сквозь Женю. Казалось, Марина Петровна перенеслась мыслями и чувствами в давно ушедшие трогательные моменты своего прошлого. В ее глазах блеснули слезы. Или Жене привиделось, и это всего лишь танец бликов от люстры?

Кира, на удивление, не спешила вставить свои пять копеек и тактично молчала, давая Марине Петровне возможность насладиться драгоценными воспоминаниями. Женя всегда с щемящим сердцем наблюдал за пожилыми людьми. Он представлял, как сам через пятьдесят лет будет сидеть и воспроизводить в голове лица ушедших близких: родителей, друзей и драгоценных знакомых, оставивших какой-то след в его жизни. Так невыносимо тяжело осознавать, что ты уже никогда не сможешь увидеть дорогого сердцу человека, улыбнуться ему в ответ, обменяться новостями, спросить совет или оказать помощь и махнуть на прощание рукой, обещая скорую встречу. Он останется только на фотографии и в осколках стирающейся памяти и исчезнет, когда ты и сам предашься забвенью.

Разве можно принять и понять чью-то смерть? Да и есть ли у нее вообще какой-то смысл? Австрийский психолог Виктор Франкл писал о том, что человек сам создает свой собственный смысл в жизни, но как быть, если мы не успеваем этот самый смысл воплотить? Мама Жени мечтала открыть свой магазин одежды и понаблюдать, каким мужчиной вырастет ее сын. Получается, ее прервавшаяся жизнь так и останется бессмысленной?

– Я тогда только-только окончила университет, – заговорила Марина Петровна. – Мы с мамой поехали в гости к ее подруге в Ленинград. У нее прорвало трубу в квартире, так что мы остановились в гостинице. Мне не здоровилось, поэтому я отпустила маму на встречу с подругой и уселась на балконе подышать свежим воздухом. До сих пор помню, какой же мне тогда открывался великолепный вид с одиннадцатого этажа! Город был как на ладони! Я вытягивала пальцы и представляла, как касаюсь ими крыш домов. – Ее рука слегка приподнялась, а потом медленно опустилась. – В небе летали чайки и собирались густые, черные тучи. Ветер бил мне в лицо, путал волосы, но я чувствовала себя очень спокойно. Такое умиротворение не приходило ко мне никогда в жизни. Внезапно я заметила, как мимо моего балкона что-то пролетело. Я была уверена, что это белая птица, пока оно не опустилось у моих ног. Это оказался лист бумаги, сложенный в самолетик. На крыле было написано шариковой ручкой: «Привет». Я подняла голову и увидела, что прямо передо мной на соседнем балконе стоит красивый светловолосый парень и широко улыбается мне. Я сходила за бумагой и карандашом, чтобы написать ему ответ. Так мы и общались полдня такой вот «птичьей» почтой, пока он вдруг не сказал: «Пойдем гулять!» Я забыла про свой больной живот и выбежала из номера. – Марина Петровна медленно очертила пальцем контур броши и на несколько минут прервала рассказ. Люди вокруг старались поскорее доесть свой завтрак и покинуть столовую, а Марина Петровна даже ни разу не притронулась к еде. Возможно, она вообще забыла о цели визита в эту часть отеля.

Женя повернул голову к Кире. Она слегка приоткрыла губы, выставила на стол локти и увлеченно следила за их новой знакомой. Интересно, о чем она думала в тот момент? Иногда Жене казалось, что он может без труда считать ее эмоции, ведь Кира совершенно не умеет сдерживать их, а иногда она сбивала с толку, выходя за рамки своего привычного поведения.

Женя положил руки на колени и сцепил их в замок.

– Мы обошли весь Невский проспект. Он рассказывал мне о каждом здании, попадающемся нам по пути, поэтому прогулка затянулась на целый день. У него был такой приятный и мелодичный голос. Он бы замечательно вписался в вечернюю детскую передачу! Я делилась с ним планами на будущее. Всё это время мы держались за руки. Я видела этого человека впервые, но наша близость казалась естественной. Словно мы были старыми друзьями и наконец встретились, чтобы обсудить все новости. А какой же у нас случился красивый поцелуй на фоне разведенного моста!..

Женя полностью сосредоточился на рассказе Марины Петровны. Он представил оживленные улочки Ленинграда, освещенные редкими солнечными лучами, согревающими не только кожу, но и душу, и двух молодых людей, смотрящих друг на друга со смущенными улыбками и трепетом в груди. Его сердце бешено заколотилось, а в глазах поплыло от легкого головокружения. Женя расслабился, и одна его рука скатилась по ноге и упала прямо на бедро Киры.

Кира бросила на него вопросительный взгляд. Женя мгновенно покрылся потом от волнения и резко убрал руку, ударившись ею о ножку стола. Он втянул носом воздух, сдерживая болезненный стон. К щекам прилил жар. Женя нервно поправил очки, желая провалиться сквозь землю.

Кира пожала плечами и отвернулась. Марина Петровна как будто не заметила возникшего между ребятами замешательства и продолжала рассказ:

– Мама тогда очень перепугалась, не обнаружив меня в гостинице, а я… была так влюблена! Когда мама уснула, я вышла на балкон, где он уже ждал меня. Мы молчали и полночи бросали друг на друга счастливые улыбки. Это было удивительное молчание. Ничего не говорить, но при этом слышать тысячу слов, плескающихся в глазах человека.

У Жени перехватило дыхание от фантазий, навеянных историей Марины Петровны. Он стиснул зубы, подавляя охвативший его сладостный трепет, но волна мурашек уже обрушилась на него, а сердце грозилось пробиться через грудную клетку. Женя хотел отодвинуться от Киры, но боялся привлекать внимание.

– Мы виделись каждый день. Это была любовь с первого взгляда. Не знаю, верит ли сейчас молодежь в такое. – Марина Петровна провела маленькими пальцами по тонкой ручке кружки.

– Нет, – ответила Кира. – Я никогда не влюблялась в парня с первого взгляда. В принципе, подходящего человека очень сложно найти. Вам так повезло! – она накрыла руку Марины Петровны ладонью. Марина Петровна тепло улыбнулась в ответ и тут же посмотрела на Женю.

– А у вас как, Евгений? Верите в любовь с первого взгляда?

Женя нервно сглотнул и сжал руки в кулаки.

– Да, – произнес он, к счастью, спокойным, даже немного равнодушным голосом.

– А эта любовь отвечала вам взаимностью? – Марина Петровна чуть склонила голову набок и хитро прищурилась.

– Нет. – Приятное волнение сменилось на невыносимую боль. Вот бы взять себя за грудки и хорошенечко встряхнуть! Он уже не раз договаривался с собой, что будет держать эмоции под контролем и не позволять им овладевать всем его естеством. Ему успешно удавалось держаться какое-то время, но из раза в раз наступал переломный момент, когда Женя возвращался к тому, с чего начал. Это просто невыносимо! Что надо сделать, чтобы навсегда вытравить из себя эти чувства? Сходить на лоботомию?!