Чтение онлайн

На предшествующих страницах я рассказывал о многих упражнениях и маневрах, которые мы используем для уменьшения мышечного напряжения и освобождения подвижности тела. Здесь мне хотелось бы сказать о некоторых экспрессивных движениях, которые используются в терапии для этой же цели. Мы допускаем, что пациенты пинают, бьют кушетку, стремятся к контакту, включая касание, сосание, кусание и так далее. Некоторые пациенты могут выполнять эти движения грациозно и с чувством. Их действия или нескоординированные, или подобные взрыву. Изредка они могут сочетать эти движения с соответствующими словесными высказываниями и контактом глаз для большей выразительности. Блоки этих выразительных движений снижают подвижность тела и спонтанность человека. Эти блоки можно уменьшить, только работая с этими движениями.

Удары ногами являются хорошим примером. Пинать, ударять ногами — значит протестовать. Так как большинство детей было лишено права на протест, то взрослыми они не могут протестовать с чувством убеждения или с реальным результатом. Их нужно спровоцировать, чтобы, как при взрыве, избавиться от этого влияния. Если побуждения нет, то их протесты и пинки случайны и нескоординированны. Иногда пациенты говорят: «Мне не на что жаловаться». Но это — отрицание, потому что ни один человек не оказался бы на сеансе терапии, если бы чувствовал, что ему не надо ни против чего протестовать в жизни.

Удары по кровати вытянутыми ногами поочередно являются возбуждающим действием, в котором, когда оно выполняется хорошо, участвует все тело. Напряжения в любой части тела мешают этому оживляющему свойству. Например, ноги могут двигаться, а голова и торс остаются неподвижными. В таких случаях движение ног вынужденное и не спонтанное. Мы говорим, что человек боится «дать волю» действию. Когда человек дает себе волю, то, несмотря на произвольное начало, действие приобретает спонтанный и непроизвольный характер и становится приятным и доставляющим удовольствие. Использование голоса, такое как произнесение слова «нет» при ударах, добавляет ответственность и освобождение. Все справедливое для ударов справедливо для остальных выразительных движений, упомянутых ранее.

Я обнаружил, что пациентам необходимо проходить через эти упражнения, включая удары ногами, битье, кусание и прикосновение, неоднократно, чтобы освободить движения для гладкого перетекания чувства в действия. Например, каждый раз, колотя или пиная кровать, они учатся включаться в движения более полно, позволяя всему телу прочувствовать это действие. В большинстве случаев необходимо указать пациентам на то, как они сдерживаются, только чтобы не включаться в эти движения. Например, пациент будет тянуться ко мне руками, удерживая спину плечами, не осознавая, что препятствует действию, пока я не укажу ему на это. Битье по кровати кулаком или теннисной ракеткой является относительно простым действием, однако немногие люди могут выполнить его хорошо. Они недостаточно вытягиваются, не выгибают спины, сводят колени, и все это мешает им полностью погрузиться в это действие. Конечно, для большинства детей на драку было наложено табу. Смещение этого табу психологически в настоящее время почти не помогает, потому что оно уже стало структурой тела, как хроническое напряжение. Однако с практикой удары становятся более скоординированными и эффективными, и пациенты начинают испытывать удовольствие, выполняя это упражнение, а это знак того, что они открыли новую область в самовыражении.

Я всегда верил, что в терапии требуется двойной подход: один сосредоточивает внимание на прошлом, другой — на настоящем. Работа над прошлым является аналитической стороной, которая выясняет, почему у человека такое поведение, действия и движения. Работа над настоящим ставит акцент на том, как человек действует и двигается. Координация и эффективность действий и движений являются для большинства животных качествами, выученными в процессе детской игры. Но поскольку у ребенка есть эмоциональные проблемы, то это обучение не происходит легко и естественно. Поэтому до некоторой степени любая терапия включает в себя переобучающую и переподготавливающую программу. По моему мнению, терапия не должна быть процессом «или…или…»: или анализа, или обучения, но благоразумным сочетанием обоих.

Слово «личность» имеет два коренных значения. Первое происходит от слова персона, что имеет отношение к маске, которую актер носил во время представления и которая определяла его роль. Поэтому в одном значении личность определяется индивидуальным принятием своей роли в жизни или лицом, которым человек поворачивается к миру.

Второе значение прямо противоположно первому. Если мы разобьем слово «персона» на его составляющие, персона, то эта фраза будет означать «через звук». Согласно этому значению, личность отражается в звуке индивидуума. Маска является неживой вещью и не может передавать вибрирующее качество живого организма, как это делает голос.

Можно сказать: «Не обращайте внимания на маску, а прислушивайтесь к ее звуку, если вы хотите узнать человека». Отчасти это звуковой совет, игра слов не имеется в виду. Но было бы ошибкой игнорировать маску. Звук не всегда говорит нам, какую роль принял человек, хотя в большинстве случаев это можно понять. Характерная манера разговаривать может идентифицироваться с ролями. У проповедников, учителей, слуг и сержантов характерная особенность разговора, который идентифицирует их с их профессией или склонностью. Маска влияет и изменяет голос. Но в голосе существуют элементы, которых маска не всегда касается и которые дают другую информацию о личности.

Я не сомневаюсь в том, что богатый голос является богатым способом самовыражения и означает богатую внутреннюю жизнь. Мне кажется, что мы чувствуем это в человеке, и это ощущение ценно, даже если не подтверждается объективным изучением. Что мы подразумеваем под богатым голосом? Существенным фактором является наличие полутонов и обертонов, которые дают нам полноту звука. Другой фактор — это диапазон. Человек, который говорит монотонно, имеет очень ограниченный диапазон выражения, и мы склонны приравнивать это к ограниченной личности. Голос может быть глухим, без глубины или звучности, он может быть низким, как при недостатке энергии, и может быть тонким и бестелесным. Каждое из этих качеств имеет некоторое отношение к личности человека.

Голос настолько тесно связан с личностью, что возможно диагностировать у человека невроз, анализируя его голос. Каждому, кто хочет понять отношение голоса к личности, я бы порекомендовал внимательно прочесть книгу Поля Мозеса «Голос невроза» /24/. Изучение голоса дошло до такой точки, что его можно использовать в детекторе лжи. Это более тонко, чем детектор лжи, основанный на психогальванических рефлексах кожи, но принцип в обоих случаях одинаковый. Когда человек лжет, в его голосе появляется ровность, которую можно обнаружить инструментально. Эта ровность, отличающаяся от нормального голоса человека, означает блок или сдерживание побуждения говорить правду.

Новый детектор лжи называется PSE (Psychological Stress Evaluator) — определитель психологического стресса. Аллан Балл, президент компании по производству этих устройств, описывает их действие: «Мышцам человеческого тела присущ физиологический тремор, который продолжается все время. Однако под влиянием стресса тремор уменьшается. В голосовых мышцах также проявляется физиологический тремор, снижающийся в момент стресса. Используя электронное оборудование, которое мы разработали, вы можете исследовать магнитофонную запись голоса, чтобы пронаблюдать, что происходит с этим дрожанием. Степень дрожания обратно пропорциональна количеству психологического стресса, переживаемому человеком».

Тремор — это то, что я называю вибрацией. Отсутствие вибрации означает стресс или сдерживание как в теле, так и в голосе. В последнем он вызывает потерю резонанса. Их взаимоотношение таково: стресс = сдерживание = потеря вибрации = ровность аффекта или чувства.

Я не крупный специалист по голосу, но как психиатр я уделяю ему большое внимание в моей работе с пациентами. Я использую его не только диагностически для улучшения моих возможностей, но и терапевтически. Если человек собирается раскрыть весь свой потенциал для самовыражения, то важно, чтобы он получил полное применение своего голоса во всех регистрах и со всеми тонкостями ощущения. Блокада любого чувства повлияет на выражение голоса. Поэтому необходимо разблокировать чувства, то, о чем мы говорим все время. Несмотря на это, также необходимо специально работать над образованием звука, чтобы снизить напряжение, которое существует вокруг голосового аппарата.