Чтение онлайн

Люди учатся, наблюдая за окружающими, и это особенно верно в раннем возрасте в отношении родителей или других значимых взрослых, за которыми ребенок наблюдает, пытаясь понять, как взаимодействовать с миром. Если взрослые проявляют много импульсивного гнева, или легко испытывают фрустрацию, или быстро становятся вербально либо физически агрессивными... Что ж, детям тоже легко научиться этому поведению, а затем передать его своим собственным детям. Можно научиться реагировать гневом, просто наблюдая за тем, как поступают другие, — для этого даже не нужно вмешиваться в ситуацию.

Это обычное дело для тех, кто испытывает трудности с гневом. Раз за разом я слушал клиентов, которые описывали поведение своих родителей в гневе: как они орали, кричали, били и бросали предметы. В следующий момент они опускали глаза вниз и описывали, как сами делали то же самое. Если кто-то из них уже был родителем, это могло привести к новой проблеме — беспокойству по поводу воспитания собственных детей из-за страха потерять контроль и обучить их гневному поведению, которому никто из них не хотел бы научиться у собственных родителей. В одной из наших групп по управлению гневом большинство мужчин рассказали, что самой суровой критике от своих партнеров они подвергались не из-за своего гнева или резкости, а из-за нежелания дисциплинировать собственных детей. Каждый из них сказал, что боится этого, потому что не хочет преподать детям неправильные уроки. Один мужчина даже сказал, что решил никогда не иметь детей: "Я знаю, что просто не справлюсь с этим".

Фактически это беспокойство стало основой моего желания работать со своим гневом. Я хотел стать таким человеком, каким, как я надеялся, вырастет мой ребенок — использовать силу моделирования, чтобы научить моего сына тем вещам, которые помогут ему на жизненном пути вместо того, чтобы помешать ему. Никто не выбирал уроки, которым его научили родители, но у каждого человека есть выбор, чему научить своих детей — и любого, с кем он вступает в контакт в своей жизни, поскольку все люди учатся через взаимодействия друг с другом. Это хорошая причина, чтобы взять ответственность за свой гнев, поскольку, как никто не мог выбирать, каким будут его родители, так и их дети обычно не имеют такой возможности.

3. Изучение гнева через последствия: подкрепление и наказание

Еще один способ узнать о проблемном поведении, связанном с гневом, заключается в том, что иногда на краткосрочных дистанциях оно работает. Если дать хулигану в нос — он может оставить в покое. Если накричать на капризного ребенка — иногда он замолкает. Если агрессивно вести себя по отношению к критически настроенным коллегам, они могут переключиться на кого-то другого. Некоторые дети обнаруживают, что родители, сами имеющие проблемы с гневом, иногда хвалят их за подобное поведение: "О, он боец!"; "Ты весь в своего отца (мать)!" Когда человек делает что-то, что кажется ему эффективным — пусть даже в краткосрочной перспективе — он, естественно, стремится повторять эту стратегию поведения. Вот как работает подкрепление — поведение, за которым следует вознаграждение, будет повторяться.

С другой стороны, если выражение гнева влечет за собой негативные последствия, ребенок может научиться бояться этого чувства. Поведенческий психолог Ч.Б. Ферстер (Ferster) отмечал, что, если детей все время наказывать за проявления гнева, они скорее научатся подавлять свое гневное поведение, чем выражать гнев допустимыми способами [41]. По этой причине дети могут научиться ассоциировать внутренние проявления гнева (и побуждения действовать в соответствии с ними) с ожиданием наказания и тревогой по этому поводу. Со временем чувство гнева может автоматически вызывать тревогу и различные формы поведения, которыми ребенок скрывает свой гнев — например, обгрызает ногти или просто затихает, чтобы не привлекать внимания. Если человек с детства попадает в подобный цикл, он может стать пассивным, легко подавляемым, неспособным вести себя уверенно и защищаться, когда это необходимо [3].

Независимо от того, учится человек справляться с гневом, выплескивая его наружу или запирая внутри, со временем эти реакции могут войти в привычку, особенно если это единственная стратегия преодоления гнева, которая у него имеется. Это похоже на старую поговорку: "Если все, что у вас имеется — это молоток, то все вокруг превращается в гвозди". Человек пытается продолжать использовать этот молоток, поскольку кажется, что он должен работать. Но в долгосрочной перспективе эти привычные стратегии могут стать помехой к тому, чтобы научиться справляться со своими чувствами. Никто не выбирает использование неэффективных стратегий — скорее, они просто используют одну-единственную, которую знают. Люди цепляются за эти модели поведения, потому что иногда кажется, что они работают — но сейчас пришло время изучить другие стратегии, которые работают лучше.

Упражнение 3.3. Исследование обучения гневу

Подумайте о том, что вы узнали о гневе от ваших родителей или других значимых взрослых и из своего собственного опыта, когда были ребенком.

• Что вы узнали о гневе от своих родителей?

• Что вы узнали о том, когда вам следует испытывать гнев?

• Как вы научились вести себя в состоянии гнева? Как вы взаимодействуете с окружающими, когда испытываете гнев?

• Как вы чувствуете себя после вспышки гнева? Что вы делаете, когда ситуация завершилась?

• Вспомните примеры, когда ваш гнев работал на вас. Какие выгоды вы получили?

• Вспомните примеры, когда ваш гнев работал против вас. С какими негативными последствиями вы столкнулись?

Отсюда начинается понимание того, что сочетание трудных отношений со значимыми взрослыми с историей обучения приводит к таким проблемам, как возникновение гнева по малейшему поводу и выражение его способами, которые не работают. Уэйд был одним из участников нашей самой первой группы по управлению гневом с помощью терапии, сфокусированной на сострадании, в тюрьме. Он описывал свою жизнь как "ежедневное избиение", которое происходило по любой причине или даже вовсе без нее. Уэйд рос, наблюдая, как отец избивал его мать, братьев и сестер, а иногда и его самого. Уэйда мучило то, что он был не в силах остановить избиения, и он постоянно чувствовал стыд. Как и следовало ожидать, Уэйд не научился контролировать свои эмоции, и его система угроз постоянно была наготове. По мере того как Уэйд рос, он начал "срываться" в ответ на малейшую провокацию, яростно нападая на других, поскольку множество раз наблюдал подобное поведение у отца. Для него агрессия возникала автоматически — Уэйд даже не чувствовал, что у него есть какой-то другой выбор.

Гнев Уэйда управлял его жизнью, и все вынесенные ему приговоры были последствиями тяжких преступлений. Поначалу он не хотел меняться, поскольку его репутация жестокого человека означала, что люди оставляли его в покое — поэтому могло показаться, что агрессивный гнев работает на него, по крайней мере в тюрьме. В конце концов, Уэйд пришел в нашу группу, потому что хотел жить лучшей жизнью и стать лучшим отцом. Он не хотел провести остаток жизни в тюрьме или преподать такой же урок своим детям. Я помню, как на первом занятии Уэйд смотрел на меня как на сумасшедшего, когда я говорил о сострадании как о способе работы с гневом. Теперь Уэйд говорит о сострадании как о силе и привнес много изменений в то, как видят его окружающие, как видит себя он сам, и в то, как он справляется со своим гневом. Позже в книге я расскажу немного больше об истории Уэйда.

Создано прошлым: неявная память и конструирование "реальности"

Кажущийся автоматическим способ, которым гнев Уэйда брал его под контроль — не редкость. После того как обучение произошло, оно хранится в мозге человека таким образом, который помогает сформировать способы восприятия и взаимодействия с миром. Информация, полученная в процессе такого обучения, в основном хранится в виде неявной памяти. Сейчас я кратко определю этот термин и его противоположность — явную память.

В первую очередь я хочу рассмотреть явную память, которая основывается на воспоминаниях о фактах, событиях и самом человеке. Явную память еще называют "повествовательной" — это что-то, что человек осознает и может обозначить как "воспоминание". Когда кто-то говорит: "Я помню..." — все, что следует за словом "помню", является примером явной памяти. Люди могут вспоминать какие-либо события, описывать их и при этом четко осознавать: то, о чем идет речь, является воспоминанием.