Чтение онлайн

*

Человека, который установил бомбу, Лидия нашла в Харпе, где он отбывал пожизненный срок. Туда его "спрятал" заказчик вскоре после этапирования Лиды. Трясущийся, похожий на дряхлую развалину человек узнал ее. Он отпрянул, сжавшись и прикрывая обеими руками голову: "Я не хотел... Нужны были деньги... операция... ребенку... Сами видите, что со мной сделали...". "Да, ты свое уже получил!" - отчеканила Лидия и вышла из комнаты для свиданий в сопровождении одного из своих роботов.

Следователь Двинский теперь работал в плавильном цехе на том же заводе, что и Лидия. Бывший блестящий майор юстиции превратился в обрюзгшего толстяка с сетью лиловых прожилок на лице и красными от энергетиков глазами.

Судья Остапенко был дворником в "Империи", тоже растерял весь свой лоск и жил в подсобке, где стоял узкий колченогий топчан. Прокурор торговал запчастями для гаджетов на рынке и то и дело удирал от роботов-полицейских, теряя на ходу и товар, и заработок. Мстить этим жалким людишкам, раздавленным новой жизнью, Лидия не хотела. Они уже наказаны. Но накопившаяся боль искала выхода: кто ответит ей за несправедливое обвинение, за клеймо преступницы, за 25 лет тюрьмы; потерянные молодость и здоровье, отсутствие семьи? Кто ответит ей за те боль и пустоту, которые не заглушают ни работа в две смены, ни три пачки сигарет в день, ни крепкие коктейли после работы?..

Иногда, закладывая процессор в голову нового робота и подключая его, Лидия чувствовала себя, как мать, рожающая сына. Да. Это и есть ее дети. Ее сыновья, все близнецы, рослые атлеты с армейской стрижкой и холодными серыми глазами. Роботы оживали, вставали со стола, надевали форму и вставали в строй, и Лидия провожала их, как мать провожает сыновей в армию. Иногда ей хотелось обнять одного из своих механических детей, прижать к груди, но в цехе было видеонаблюдение, и такое поведение конструкторши сочли бы странным. Еще, чего доброго, вспомнили бы ее судимость и отстранили от работы с процессорами. А Лидия интуитивно чувствовала, что хорошая репутация ей еще понадобится, и была осторожна.

Мысль о том, что нужно не мстить, а попробовать изменить прошлое, пришла к Лидии, когда она смотрела голографический репортаж с места открытия первого хронопорта. Как ведущий специалист военно-промышленного завода, она имела свободный доступ в центр хронопортации...

Очередного робота Лидия собрала уже вне работы, на мини-заводе в подвале своего дома. И запрограммировала его на выполнение своего личного задания - в 2016 году, в тот день, когда все началось. "А вдруг получится?" - думала она, провожая взглядом киборга, который подошел к кабине хронопорта. И вдруг, поддавшись порыву, обняла Терминатора и прижалась к его груди.

– Удачи тебе, - прошептала она, погладив огрубевшей сухой рукой короткие волосы робота, бесстрастно стоявшего перед ней.
– У тебя все получится. Не подведи!

Последнее, что увидел Терминатор сквозь вспышки хронопорта- это было лицо Лидии Саенко, стоявшей у аппаратов. Из глаз женщины почему-то текла вода.

2016 год.

А уже через полчаса он увидел ее во дворе у здания суда, уже в многокрасочном мире прошлого - молодую, статную, без шрамов и седины. Лидия Саенко и Арина Львова вытаскивали из задымленного здания потерявшую сознание женщину в камуфляжной форме... Вокруг шла битва Покровителей с гвардейцами Фобоса и земной полицией.

И сейчас она сидит перед ним, курит - крепкая, цветущая, а голубые глаза еще не потемнели от пережитых потерь...

– Самое смешное - то, что я начинаю тебе верить, - сказала она.
– Но я, видимо, в будущем совсем спятила, если против такой силищи, как эти Четверо Владык, послала, уж не обижайся, одного тебя. Боюсь, что в открытом бою нам трындец!

– Я должен не бороться с ними, а обеспечивать вашу безопасность, пока вы не найдете то, что вам принадлежит и не изобличите настоящего преступника.

– Что мы должны найти?
– спросила Арина.

*

– Четверо Владык смогли завладеть Землей так легко потому, что она осталась беззащитной, - Терминатор уловил приближающийся шорох высоко в небе. Он сразу идентифицировал дементоров. Значит, они уже взяли след.
– Без талисманов мир уязвим вне зависимости от численности вооруженных сил и качества вооружения. Нужно уходить, - без всякого перехода сказал он.

– Что?
– Лида вслед за роботом посмотрела на небо. Но дементоры пока еще были далеко, и девушка не увидела их.
– Почему?

– Опасность, - коротко ответил робот и стал заводить "харли".
– Садитесь.

Вспомнив, что он рассказывал о жутких созданиях, поглощающих радость и способных высосать душу человека, Лида и Арина моментально вскочили. Простые люди видеть дементоров не могли, и узнавали об их приближении по внезапному сырому холоду и гнетущему чувству тоски и безысходности.

Мотоцикл утробно рявкнул, сорвался с места, взметнув два веера мокрого песка, и помчался по берегу, спасаясь от настигающей их оравы летучих тварей в клочкастых плащах.

– Ты их видишь?
– подняла голову Лида.

– Их чертовски много, - поежилась Арина.

– Значит, я не поймала глюк... Ты говорил, их могут видеть не все?

– Ответ утвердительный, - киборг прибавил скорость.
– Вы можете их отогнать. Наиболее эффективным средством для сдерживания дементоров являются мысли позитивного характера.

– То есть, нужно подумать о хорошем?

– Ответ утвердительный.

– Хороший совет... Попробуй-ка подумать о хорошем, сидя по уши в дерьме, убегая из здания суда и зная, что за нами охотятся четверо чернокнижников! О чем бы нам подумать, Аришка?

– О хорошем.

Лида постаралась вспомнить день, когда была по-настоящему счастлива. Но как назло, в голову лезли совсем другие воспоминания. Как она потеряла работу накануне присвоения капитанского звания. Как мыкалась по южным городам, пытаясь устроиться на работу, и всюду ей отказывали, лишь увидев украинский паспорт. Арест в Россоши. "Столыпин", автозаки, приемка, Причерноморский СИЗО, суд, хамоватые сотрудницы женского отделения тюрьмы, приговор, рассказ Терминатора о будущем Земли и о ее собственной изломанной судьбе... Лида понимала, что эти воспоминания навевают ей дементоры, но ничего поделать не могла, а серые тени приближались, воздух остыл, как зимой. Совсем близко мелькали лохмотья плащей, жуткие безглазые лица... Совсем близко.

Арина боролась с воспоминаниями о разводе родителей, когда ей было 6 лет, а брату 13, о шпане, терроризировавшей Павлика, о беде, которую с трудом отвела от брата Соболевская, о своей несложившейся личной жизни, о проигранном суде над Лидой, и - тоже - об ужасном будущем их мира.

– Когда найдете нужную мысль, произнесите "Экспекто патронум", - Терминатор выжал полный газ, но серые тени быстро поравнялись с ними снова.

Их парение напомнило Лиде ее первый прыжок с "ИЛ-76". Обширная степь под крылом самолета, яркое солнце, белые купола в небе... "За ВДВ!". Встречный ветер бьет в лицо; рывок - и над ее головой тоже раскрывается белый купол; первый секундный страх позади, осталась только безграничная радость, пьянящее ощущение полета - только она и воздушный поток... За годы службы у Лиды было много прыжков, но этот, первый, запомнился ярче всех...