Терминатор
Шрифт:
Поттер, вслепую рванувшись вперед, боднул профессора головой в грудь. Тот был вынужден опереться на стол, чтоб не упасть.
— Отвратительно, Поттер, — сказал он, скривившись. — Вы даже не стараетесь.
Гарри обиженно засопел. Он старался. Так как никаких точных инструкций от Снейпа все равно не поступало, он решил руководствоваться собственными шизоидными фантазиями, и все предыдущие разы прилежно воображал себя мертвым котенком или кроликом — по его мнению, это было лучшим способом очистить сознание. Поскольку с фантазиями у Гарри дело обстояло просто отлично, воображал он детально — как у него клоками вылезает мягкая белая шерстка, как раздувается от образующихся при разложении газов его животик, как мерзкие розовые червяки копошатся в его изящных ушках…
Снейп, вынужденный это все наблюдать и даже в некоторой степени ощущать, ругался и зеленел лицом, но его атакам на гаррин разум это не мешало. Судя по всему, даже мертвый кролик продуцировал некие мысли, за которые придирчивый профессор мог зацепиться.
— Еще раз, — сказал Снейп.
— Дайте мне минуточку, — взмолился Гарри.
— Темный Лорд не даст вам «минуточки».
— Ну, вы же не он, — резонно ответил Поттер. — Я же знаю, что в глубине души вы меня любите.
Снейп только фыркнул. Гарри подумал, что регулярное общение с мертвым кроликом в его лице заметно придало профессору нервно-психической устойчивости — после такого мало что может удивить. Или же за пять лет знакомства у него выработался некий иммунитет к Поттеру, как у МакГонагалл или Флитвика, который вообще воспринимал Гарри как некое стихийное бедствие, вроде нашествия саранчи.
— Я готов.
— Легилименс!
Ничего.
Глаза Снейпа изумленно расширились. Он вновь направил на Гарри волшебную палочку.
— Легилименс!
На этот раз что-то было… да, определенно.
— Профессор, хватит, — предупреждающе сказал Поттер. — Вам лучше этого не видеть. Вдруг у вас сердце слабое?
— Легилименс!
Через секунду Снейп отшатнулся, чуть не выронив волшебную палочку и глядя на Гарри с ужасом и отвращением.
— Поттер, что это было?
Гарри хмыкнул.
— Я вообразил себя кавайной японской школьницей в матроске.
5.8
— Как это прикажете понимать? — спросил Снейп свирепо. — Каким образом получается, что как минимум треть моих атак вы успешно блокируете, но при этом продолжаете видеть эти сны?!
— Мне же интересно! В этом проклятом замке нет даже телевизора, так что эти сны — мой любимый сериал.
— Поттер, — зарычал Снейп, угрожающе сверкая глазами, но тут в кабинет ворвался Драко Малфой.
— Профессор… Ой! Я…
Малфой опасливо покосился на Гарри. Тот помахал ему рукой и дружелюбно оскалился.
— Все нормально, Драко, — сказал Снейп. — У Поттера дополнительные занятия по зельеварению.
— Ага, мы варим лекарство от рака, — поддержал его Гарри.
— В чем дело, Драко?
— Профессору Амбридж нужна ваша помощь, сэр. Монтегю нашелся…
— Хорошо. Поттер, занятие переносится на завтрашний вечер.
— Есть, сэр, да, сэр, конечно, сэр!
Снейп покинул кабинет, напоследок одарив Гарри еще одним взглядом, полным жгучей ненависти. Малфой поспешил за ним, стараясь ни секунды не оставаться с Поттером наедине.
Гарри внезапно осознал свалившееся на него счастье. Кабинет Снейпа — в полном его распоряжении минимум на полчаса! Он прошелся вдоль полок, трогая банки с замаринованными существами, которые Снейп ему обычно не разрешал трогать, потом порылся у профессора в столе, пытаясь найти там вопросы к завтрашней контрольной — увы, безуспешно. А потом его осенило. На столе стоял Омут Памяти, а Гарри по своему опыту знал, что это ничем не хуже, чем кино, а даже лучше, потому что полностью трехмерно! Оставалось надеяться, что Снейп посещал не менее интересные мероприятия, чем Дамблдор.
Через полчаса Поттера, со скучающим видом наблюдавшего за развлечениями хогвартской золотой молодежи, кто-то грубо схватил за плечи.
— Развлекаешься? — прошипел взрослый и очень злой Снейп.
— А как у вас тут каналы переключаются? — невпопад спросил Гарри, краем глаза косясь на сцену у озера, но профессор выволок его из Омута самым неделикатным образом. Оскорбленный таким обращением Поттер извернулся и попытался укусить Снейпа за руку, правда, безуспешно: зубы застревали в плотной ткани профессорской мантии, и Гарри лишь нахватал полный рот шерстяных ниток. Взбешенный профессор же не только его не выпустил, но еще и принялся трясти, как тряпичную куклу.
— Ну что? Тебе понравилось, Поттер?
— Не очень, — честно ответил Гарри. — Я думал, там будет кинцо про Пожирателей, какой-нибудь кровавый хоррор с оргиями… а оказалось — молодежная комедия. Да отпустите вы меня!
— Остроумный человек был твой драгоценный отец?
На Снейпа было страшно смотреть, Гарри всерьез забеспокоился, что его сейчас хватит удар от злости — и что, спрашивается, ему тогда делать с трупом?
— Ну, теперь зато ясно в кого я такая скотина, — сказал он бодрым голосом — таким же тоном говорила с ним в Мунго проводившая обследование целительница. — Я вон Малфоя тоже на елке подвесил — страшная штука наследственность!
— Вон! — заорал Снейп, отшвыривая от себя Гарри так, что тот рухнул на пол. — И не смей больше появляться в моем кабинете!
— Да успокойтесь вы! — закричал Гарри в ответ, вскакивая на ноги. Снейп, шипя что-то неразборчивое, метнул в него банку с тараканами, но промазал — банка взорвалась в полуметре над головой Поттера. Потеряв терпение, Гарри схватил с полки ближайшую емкость, наполненную какими-то щупальцами, и швырнул в профессора. Тот уклонился.
— Послушайте, — начал Поттер, вновь переходя на ласковый тон. — Сэр. Да уймитесь вы уже. Подумаешь, штаны с вас сняли.
В ответ Снейп непечатно выругался и запустил Гарри очередной банкой. Спасибо, хоть не Авада Кедавра, отстраненно подумал тот, вытаскивая из волос какие-то малоаппетитные ингредиенты.
— Вы посмотрите на себя, — продолжал уговаривать его Поттер. — Вот в чем настоящий позор! Взрослая половозрелая особь самца человека шести футов ростом — и так нервничать из-за всякой ерунды. Ай! Больно же! Агуаменти!
Гарри отскочил к двери — на всякий случай. Мокрый, как мышь, профессор, смотрел на него с ненавистью, и боевой пыл его, кажется, нисколько не угас.