Чтение онлайн

Хорошо, вопрос ты поднял совершенно законный. Законы надо соблюдать, поэтому давай сделаем так: - Вы, Валерий Иванович завтра везёте своих первокурсников в поля. Там работаете в хвост и в гриву, а я обещаю, что утрясу все эти проблемы. На прощание он жмёт руку Блинкову, и тот довольный таким развитием событий

Валера, испытывая радость от «победы» на фронте борьбы за права студентов, предвкушал уже свидание с симпатичной девушкой, не стал дальше ничего слушать, погрузившись в сладостные грёзы.

Оставшись один в своём кабинете, Кулешов взъерошил копну седых волос, хмыкнул и взял трубку внутреннего телефона, повертел её в руке и решительно крутанул диск.

– Сергей Петрович, приветствую, подойди ко мне прямо сейчас… Да, сейчас... Да, срочно...! По сельхозработам вопрос возник. Да, важный. Нет!! До завтра не подождёт. Телефон нашего друга не забудь… директора совхоза, конечно, кого же еще? Короче, беги бегом, чтобы был у меня через пять минут. Никаких полчаса! Блядь! Что ты за человек то такой. Сказал же через пять минут быть здесь! Точка.

Через десять минут взмыленный и запыхавшийся проректор по хозчасти, отдуваясь и вытирая пот с высокого лба, просочился в кабинет Кулешова.

– Здравствуйте, Даниил Азарович, что там за пожар случился? С чего такая спешка?

– Ты проходи, садись. – Ректор кивнул вошедшему на стул у своего стола. – Воды вот выпей. Сейчас тебе сложная умственная работа предстоит. Ты Постановление о сельхозработах читал?

– Читал, конечно, а что не так?

– Читал, значит… - В голосе Кулешова угрожающе зазвучали железные нотки. А то, что оплачиваться эти работы должны, ты тоже читал? Что принимающая сторона должна обеспечить выполнение санитарных норм, включая питание, тоже читал?

Руки Кушнаренко почему-то спрятались под стол, а взгляд начал скользить по стенам.

– Понимаете ли, Даниил Азарович…

– Ничего не желаю понимать! Сговорились за моей спиной с директором. Денежки между собой решили поделить, а в случае чего, за моей спиной отсидеться? – Ректор в упор посмотрел на Кушнаренко – Так. Короче. Сейчас срочно звони в совхоз и вытрясай из директора всё, что полагается по постановлению. Свободен! По результатам доложишь. Буду здесь сидеть и ждать.

Кушнаренко очень не хотелось упускать, плывшие прямо в руки деньги.

– Даниил Азарович, а может, мы сделаем немного по-другому. Из профсоюзного фонда института возьмём немного денег на сухой паёк, к вечеру подгоним водовозку к месту работы, а остальным с вами поделимся по справедливости.

– Что!? Да как ты… Мне, боевому офицеру, взятку суёшь! Вон отсюда! Сейчас вопрос решаешь, а завтра заявление на стол. Блядь! Совсем берега попутал! Вон, я сказал!

Кушнаренко пулей вылетел из кабинета в приёмную.

Когда на следующий день мы прибыли на место наших трудовых подвигов, то заметили стоящую на краю березового колка жёлтую бочку на колёсах с надписью «ПИВО».

– Никак нас решили премировать за хорошую работу, - выдал Годик.

– А у нас в полку говорили так: - Пиво утром как зарядка, пьёшь его и всё в порядке – внёс свои пять копеек Лихачёв.

Рассудительный Шурик Шестаков, подходя к бочке, заметил, - «рано радуешься Иван Царевич [9] », надо же сначала проверить, что внутри.

Шура оказался прав. О пиве напоминала только надпись. Из крана текла обычная питьевая вода. Шестаков стряхнул мокрые руки и протер ими лицо.

– По сравнению со вчерашним, так просто замечательно! Слушайте анекдот из армейской жизни:

Санинспектор с дежурным сержантом проверяли запасы воды.

— Какие меры вы принимаете для профилактики инфекции?

— Сначала мы кипятим воду.

— Хорошо. А потом?

— Мы её фильтруем.

— Отлично. А что вы с ней делаете дальше?

— А дальше, чтоб не рисковать, мы пьем пиво...

Поэтому чтобы не рисковать, хорошо бы сгонять за пивом, но не сейчас, а когда вернемся домой. Вот только незадача. Вчера мы в половине седьмого приехали, пива уже не было. Надо б сегодня поднапрячься и приехать хотя бы к шести, может тогда что-то останется.

– Тогда, какого ты тут философствуешь? – Гайданский обрывает пространные рассуждения, - арбайтен, негры, солнце уже высоко.

Еще больше мы удивились, когда около часа пополудни показался ЗИЛ, в кузове которого, что-то постукивало. Этим чем-то оказалась большая фляга с молоком. Кроме молока директор прислал свежевыпеченного хлеба еще горячего и пару ящиков помидоров-огурцов. Хорошо, что не соленые, а мог бы отомстить за потерянные денежки.

– Колбасы то пожадничали – заметил Павлов, - но и на том спасибо. Всё лучше, чем вчера, когда мы приехали, а дома хоть шаром покати. Хорошо, что я догадался картошки ведро припереть.

– Завтра будет еще интереснее, - говорит Блинков, отхлебнув из кружки холодненького молочка, - Кулешов обещал какие-то деньги из совхоза вытрясти. Много он не вытрясет, поэтому у меня предложение – давайте мы заработанные так внезапно денежки передадим в профком института…

– Как это в профком? – возмутился всё тот же Павлов, - мы их честно заработали, вы, Валерий Иванович, их честно из председателя вытрясли, почему мы будем их отдавать в профкомовский омут? Это несправедливо! Они же там растворятся, никто и не заметит. Вы как хотите, а мою долю мне будьте любезны.

– Ну, я просто подумал, что десятка никому погоды не сделает, а факультет на фоне других будет выглядеть очень даже, - начинает оправдываться наш куратор. – Мало ли какие ништяки могут в будущем от ректората привалить. Предлагаю всё-таки с плеча не рубить, а подумать до завтра. Всё равно деньги на счёт института поступят только в конце месяца...

– Вот и прекрасно, как раз стипендия будет на исходе, денежки будут очень в тему.

На следующий день, который был последним в сельхозэпопее, в автобусе по дороге в поле, состоялся финансовый совет нашей группы, ну и тех, кто просто оказался рядом.