Чтение онлайн

Он попытался успокоить зал, но куда там, никто его даже не слушал и не обращал внимания. Граф поднял руку и люди сразу же успокоились.

— Господа науки, — произнес он свое любимое изречение, зал загудел снова и сразу же стих, — я рад видеть и приветствовать вас. Но давайте соблюдать регламент — слово предоставляется министру обороны Российской Федерации, генералу-армии Кузьмину Николаю Ефимовичу.

— Какое верное изречение — господа науки. Да, вы и есть настоящие господа науки. Академик Павлинский подал в отставку, руководителем НИИ назначен академик Граф…

Министру не дали договорить, сотрудники рукоплескали и кричали "ура"!

Постепенно жизнь в Академке налаживалась. На КПП ввели строгий контроль, незаконно заселенных в квартиры граждан выселили. В НИИ вернулся Рукосуев, заведующие лабораториями, возвращались другие уволившиеся ученые, на Павлинского завели уголовное дело за растрату государственных средств и обогащения от незаконной сдачи в аренду и продажу квартир на закрытой территории. Годами создавалась Академка, а развалили ее враз и сейчас восстанавливали заново.

Роман с Катей прошли в приемную. Вместо Тамары и Александра там находились совершенно другие лица. Какой-то капитан сидел за столом, уткнувшись в кроссворд. Он мельком глянул на три звезды на груди Графа, задержал взгляд на ордене Кати, потому что такого еще не видел, и снова уткнулся в кроссворд. Секретарша объявила свысока:

— Академик сегодня не принимает, приходите денька через два и предварительно запишитесь.

Она достала пилочку и стала поправлять ногти, чаще разглядывая их, чем что-то подпиливая, косила взглядом на орден Кати. В приемную вошел Павлинский, капитан нехотя встал, как и секретарша. Следом вошел Войтович.

— У вас есть личные вещи в кабинете? — спросил Граф Павлинского.

— Нет, какие там вещи, — он махнул рукой, — вот вам ключи от кабинета и сейфа, располагайтесь, а мне на самолет пора. Столица ждет, столица! — вдохновенно произнес он.

— Боюсь, что вам придется задержаться. Проведем ревизию, уточним сумму похищенного и растраченного денежного и другого имущества. Семью вашу в Москву отправим, не беспокойтесь, а вам придется посидеть пока в нашем подвале. Так нам будет удобнее работать с вами, чтобы не тратить время на поездки из следственного изолятора. Уведите, — приказал Граф Войтовичу, а тот прибывшей следом охране.

Граф подошел к капитану.

— Ты чей будешь, голубок?

— Я не понимаю, вы кто? — спросил капитан.

— Я? — усмехнулся Граф, — настоящий руководитель этого института. В моем кабинете жучки есть?

— Какие жучки, вы о чем? Я обязан доложить генералу Пилипчуку.

— Вот оперативный начальник генерала-майора Пилипчука, генерал-лейтенант Войтович Александр Павлович, ему и докладывай.

— Это невозможно, я вас не знаю, — ответил капитан.

Специалисты просканировали кабинет, обнаружив там два прослушивающих устройства. Граф приказал задержать капитана и его тоже увели в подвал.

— Здесь кто находится? — спросил Роман Сергеевич секретаршу, указывая рукой на бывший Катин кабинет.

— Никто, пустой стоит, — ответила она, — академик Павлинский не любил в приемной посторонних личностей.

— Занимайте кабинет, Екатерина Васильевна, а я осмотрюсь в своем.

Граф прошел к себе, следом появилась секретарша, села прямо на стол, демонстрируя свои длинные ножки.

— Значит, вы наш новый руководитель… Марк Евгеньевич терпеть не мог колготок, ему нравилось, когда я сажусь на стол в ажурных чулочках и без трусиков, — она поводила ногами из стороны в сторону, демонстрируя, что действительно под короткой юбкой ничего нет. — А что предпочитаете вы, могу исполнить все, что пожелаете — от анального секса до минета. Старичок Павлинский возбуждался, пока делал мне куни, а потом все заканчивалось минетом, на большее он не способен. Но вы молодой мужчина и я надеюсь на полноценные отношения.

— Вы где живете, в Академке или в городе? — спросил Граф.

— Я коренная москвичка, — гордо ответила она, — но Марк Евгеньевич снял мне квартиру в городе. Можем поехать ко мне.

Граф вызвал охрану.

— Проводите дамочку до бухгалтерии, пусть ее быстро рассчитают и отведите за ворота, заберите пропуск.

Ошеломленный Граф остался один. Такой откровенной наглости, похоти и цинизма он еще не встречал. В кабинет постучали, вошла Чардынцева.

— Разрешите, Роман Сергеевич?

— Конечно, Наталья Борисовна, проходите.

Граф встал, вышел из-за стола и пододвинул кресло своему заму по финансам.

— Вы всегда такой вежливый и галантный мужчина, — покраснев, произнесла она, — спасибо вам за деятельное участие в моей судьбе.

— Вам спасибо, Наталья Борисовна, что не дали развалить Павлинскому институт до конца, — ответил он.

— Я, собственно, зашла вот по какому поводу — Павлинский внес в штатку изменения, положив зарплату своей секретарше на руки в сто тысяч рублей. Плюс неурочные, ночные и так далее. За три недели ее работы мы должны выплатить сто пятьдесят тысяч. Разве это правильно, Роман Сергеевич? У вас было пятьсот тысяч, а себе он сделал полтора миллиона.

— Еще какие-нибудь изменения он вносил в штатку?

— Нет, только себе и секретарше.

— Выплачивайте зарплату по моей старой штатке. Если потребуется, то объясните, что она не согласована с министерством обороны.

— Хорошо, Роман Сергеевич… Я тут новое штатное расписание подготовила. Посмотрите.

Он глянул и улыбнулся — в его графе стоял миллион, а в графе секретарши тридцать, а было двадцать пять.

— Оставляйте штатку. Я скину ее министру, пусть поставит хотя бы электронную подпись и прежнюю Павлинского принесите, пусть ее тоже министр посмотрит. И еще, Наталья Борисовна, хочу вас поругать немного — что же вы ни разу к нам с Катей домой не зашли? Коттедж Войтовича рядом с моим, а вы так и не решились. Все стеснения в сторону, это приказ, — с улыбкой произнес Граф.

— Я теперь человек полувоенный… разрешите выполнять?

— Выполняйте, мы еще не переехали в Академку окончательно, жду вас обоих вечерком сегодня за городом.

— Мы придем с Сашей, если работа позволит. Столько дел у него сейчас накопилось.

— Да, я знаю. Но все равно мы с Катей вас ждем.

Зашел Войтович.

— Вот ты где, Наташа, а я тебя потерял. Там, Роман Сергеевич, прибыли Тамара и Александр, пусть приступают к работе?

— Пусть приступают. Но надо вначале поздороваться.

Он вышел в приемную, обнял секретаршу и тепло поздоровался с адъютантом.

— Готовы приступить к службе? — спросил он.

— Готовы, — ответила Тамара.

— Так точно, Роман Сергеевич, — козырнул капитан.

— Тогда все по-старому, работаем. Обязанности вам объяснять не надо.

— Екатерина Васильевна… она тоже здесь? — спросила Тамара.

— Да, у себя в кабинете, зайди.

Она вошла, женщины обнялись. Катя вышла и поздоровалась с Александром за руку.

— Я на завод, — произнес Граф, — кто со мной? — он посмотрел на Катю и Войтовича, они оба кивнули головами.