Чтение онлайн

Граф Игнатьев по-прежнему нравился ей, но лгать и обманывать жениха не хотелось.

Запретив себе думать об Александре, она сосредоточено продолжила читать книгу, которую нынче принесла Марфа. Тата прочла её уже несколько раз, но до сих пор плакала от каждой страницы.

Какой пагубной может оказаться любовь! От неразделённой любви люди лишали себя жизни, бросались в воду! А она боится встретиться с человеком, который любит её и заботится о ней.

Неожиданно дворецкий объявил о приезде гостей, и Таня торопливо закрыла книгу, убирая в неё письмо Алексея. Пусть ничего секретного он не написал, но не хотелось, чтобы оно попало на глаза посторонним.

Александр обвел взглядом гостиную, прежде чем начать разговор. Захаровы не отличались богатством. Комната была обставлена скромно и со вкусом, без излишков. Татьяна удобно устроилась на кушетке, полусидя глядя на гостей. Её нога покоилась на множестве подушек, а рядом лежала книга, которую она, вероятно, читала до прихода гостей. Простоволосая, в домашнем платье, Татьяна представляла собой настоящий соблазн. Игнатьев изобразил неотразимую улыбку, стараясь не выдавать своих мыслей. Горничная, находившаяся неподалёку, мешала графу начать разговор.

— Bonjur, Татьяна Владимировна, — поздоровался он, не сводя глаз с девушки.

Татьяна посмотрела на Александра, широко открыв глаза.

Отчего-то ей не понравился дерзкий взгляд, которым тот одарил её. Он пугал и волновал одновременно. Её опалило жаром, но привыкшая хранить достоинство, Таня интуитивно почувствовала, что такой взгляд ничего хорошего не сулит.

Она ощутила себя почти обнаженной, хотя домашнее платье из тонкого сукна в мелкий цветочек было достаточно скромным.

Дабы хоть как-то скрыть возникшее неудобство, Татьяна накинула на плечи кружевную шаль и мило улыбнулась гостям.

— Bonjur Александр Васильевич, — поздоровалась она с Игнатьевым. Он подошёл и поцеловал её руку.

Татьяна порывисто отдернула её, понимая, что Александр увидит кольцо. Она понимала, что это кольцо неразрывно свидетельствует о том, что отныне она принадлежит другому, но не хотелось вновь огорчать молодого человека, поэтому она убрала руку за спину.

Александр будто не заметил её неловкости, начал обыкновенный светский разговор. Ангелина, толком не поприветствовав подругу, присела на соседний диван, нервно скрестив руки.

Велев Марфе подать чай, Татьяна не знала, как вести себя с гостями. В воздухе витала недосказанность, оттого она не могла сосредоточиться, когда Александр спросил её о чем-то.

Решив воспользоваться тем, что горничная отправилась выполнять поручение барышни, а Ангелина слишком занята, рассматривая вышивку на собственном платье, Игнатьев тихо заговорил с Татьяной.

— Татьяна Владимировна, я и надеяться не мог, что встречу вас так скоро, — склоняясь к ней, он вновь поймал её руку, поочередно целуя каждый палец.

Татьяна почувствовала, как мелкая дрожь охватывает её тело при столь волнительном прикосновении, и одновременно ее охватил стыд, но не в силах контролировать эмоции, Таня лишь покраснела ещё больше.

— Я тоже рада, Alexander, — промолвила она, впервые называя графа по имени, что отнюдь не подобает воспитанной девице.

— Я желаю поговорить с вами, — продолжил Александр, улыбаясь девушке, но внутри у него всё кипело. Он заметил, как на её пальчике блеснуло кольцо, которое она так старалась скрыть.

Наверняка, Езерский лично надевал ей это кольцо, будто знак, что она отныне принадлежит ему.

Но он сумеет доказать, что Татьяна принадлежит только ему, пусть и ценою законного брака.

— А разве мы здесь не можем поговорить? — вывел его из задумчивости тихий голос девицы.

— Нет, здесь я буквально чувствую присутствие вашего жениха, хоть его и нет рядом. К тому же сюда в любой момент может войти ваша grand mere, а я рассчитываю на разговор без свидетелей.

— Но, — попыталась возразить Татьяна, — это же mauvais ton!

— Не поздно ли вы вспомнили о приличиях? — не выдержав, сорвался Игнатьев. Поведение Татьяны казалось ему довольно глупым. К чему все эти разговоры о дурном тоне? Она сама ответила на его послание, а теперь пытается изобразить невинность? Или здесь кроется что-то иное? Не в силах сдержаться, Александр сжал руки в кулаки.

Татьяна, впервые услышав резкий, а может, даже наполненный гневом голос Александра, не на шутку испугалась.

— Я просто подумала, — начала она, но тут же осеклась, — недовольный взгляд Александра говорил о том, что он взорвётся в любую секунду, потому, решив далее не раздражать Игнатьева, сказала не совсем то, что хотела:

— Хорошо, когда вы желаете встретиться? — Она в который раз корила себя за легкомыслие, но ничего не могла сделать.

— Не думаю, что в скором времени у нас появится такая возможность, вот если вы не испугаетесь встретиться со мной в беседке, в полночь, тогда мы сможем спокойной поговорить, — миролюбиво ответил граф.

Татьяна не могла принять правильное решение. Сердце разрывалось от мысли, что вновь придётся лгать своим близким. Но Александр прав, нужно поговорить и расставить все точки над "i". Она приняла решение и не собиралась его менять. Её насколько испугал гнев Александра, что она боялась его и решила оставить глупые мысли о том, что она его любит.

Может, не любовь это вовсе, а слепое увеличение? Ведь не могла же настоящая любовь так быстро испариться.

Татьяна запуталась, но не желала признать, что отныне её сердце принадлежит совершенно другому человеку.

— Я согласна, — громко прозвучал ответ, который стал судьбоносным, навсегда изменяя жизнь, Татьяны.

***

Позднее вечером Татьяна дождалась, пока в доме всё стихнет. Она отправила Марфу в людскую, не желая, чтобы кто-то стал свидетелем её ночного свидания. А потом сама направилась в сад.

Прохладный сентябрьский ветерок заставил поежится:. в одном в тонком пеньюаре было свежо. Татьяна куталась в шаль и ругала себя за то, что не додумалась одеться.

Обхватив себя руками, она продолжала направляться к беседке.

Александра она увидела сразу. Лунный свет освещал его силуэт, делая похожим на античную статую.

Вновь почувствовав озноб, Татьяна переступила с ноги на ногу.

Игнатьев обернулся, и их глаза встретились.

Александр на мгновение потерял дар речи. Стоящая перед ним Татьяна, была так прекрасна! Распущенные волосы спадали ей на спину, а тонкий пеньюар не скрывал очертаний её прекрасного тела.