Чтение онлайн

Пообщавшись с рабочими, отходим чуть в сторону.

— Так ты с этим катером наверх тоже пойдёшь.

Игорь энергично кивает.

— Да, чего тут сидеть-то? Всё наладили, теперь только бы спрос был. И своими делами уже заняться надо, а то там все нормальные участки уже без меня разобрали, ха-ха.

— В Ростове решил пока осесть?

— Ага. Климат, вроде, по мне как раз. В Новгороде жарковато будет. А у тебя там чего творится?

Пожимаю плечами.

— Да всё тихо, спокойно. Народу немного, все малость с прибабахом, своими делами занимаются.

— Ясно… ты, главное, сюда заглядывать не забывай, хотя бы раз в неделю. Ребята нормальные, но без надзора рабочих оставлять нельзя. Особенно, когда они не сильно загружены. Начинают чудить от безделья…

— Да ну понятно, не вопрос.

Конечно, три здоровых мужика, предоставленные сами себе в безлюдной степи, со временем начнут «чудить», у в этом у меня никаких сомнений. Охота с рыбалкой в этом плане не спасут, хоть мы специально подбирали людей, этими вещами увлекающихся. Ладно, тут уж ничего не поделаешь — буду почаще заезжать, проверять. По крайне мере, одно утешает — никакого воровства на объекте быть не может по определению — тупо некому продать украденное. Хотя, насколько это хорошо, ежели посмотреть шырше — вопрос, знаете ли…

Русь, среднее течение Аустралиса,

чуть ниже Ростова, десантный катер «Ушкуй»

Серёга, шкипер этой уже изрядно осточертевшей мне посудины, жизнерадостно оскалился и ткнул пальцем куда-то по курсу.

— Во! Почти дошли. Излучину пройдём, и слева уже видно будет.

— Угу, здорово.

Наконец-то, блин. Четверо суток в компании сотни с гаком бочек, испускающих могучее солярно-мазутно-керосиновое амбре, да ещё и на неслабо качающемся на речных волнах катере, едва меня не доконали. Не могу даже сказать, сколько раз я проклял своё любопытство, толкнувшее меня на эту поездку — потерял счёт на второй день.

Зачем вообще поехал? Ну… скучно. Почти три месяца уже прошло (здешних месяца, напоминаю, не заленточных). Жизнь в Ладоге вошла в свою колею, и даже еженедельные поездки к нефтяникам повседневную рутину развеивают не слишком. Сонное, сельское существование: не особо изнурительная работа по облагораживанию посёлка, бытовые хлопоты, дежурства на вышке, новости до нас практически не доходят (прямая связь с Севером есть только у Новгорода, наша радиостанция не дотягивается, а в пересказе как-то не то) … ощущения, словно кроме этого крохотного посёлка на планете больше никакой цивилизации нет.

Да, ещё приходится отбиваться от всё более настойчивых домогательств Оксаны, которая, с чего-то, крепко положила на меня глаз. Ну вот на кой чёрт мне всё это сдалось, скажите пожалуйста? Вот и решил на пару-тройку недель сбежать в путешествие по центральным и (возможно) северным рубежам нашей новой необъятной Родины. Последним толчком стала поимка себя самого за переходом от одного бокала коньяка или виски на закате к двум. Хреновый симптомчик, однако.

Да и к тому же — на Севере заканчивается сезон дождей, так что, скоро можно будет ожидать появления новых поселенцев. Пару сотрудников Глеб в Нью-Рино оставил, заниматься вербовкой и прочими вопросами, и, с учётом его характера, без дела они вряд ли сидят. Кстати, раз уж речь зашла — в Нью-Рино остались секретарша Глебы Алина, занимающаяся оргвопросами, и тот самый патлатый интеллигент с первого собрания, как там его… Сергей Ервандович… не, Егорович, точно. Этот по части агитации и пропаганды. Имхо, совершенно бесполезное существо, ну да Глебу виднее.

Понятно, что большая часть новичков двинет на север, в тёплые края, но кто-то, наверное, и у нас останется. Надо будет заниматься их (и вообще Ладоги) обустройством, плюс (вернее, минус, хе-хе) лето заканчивается, скоро осень, а за ней и зима. Зима же в Ладоге, как мне интуиция (и отчёты орденской экспедиции) подсказывает, это совсем не то, что в Порто-Франко или Нью-Рино. К ней надо готовиться, и как следует, а не спустя рукава. В общем, если сейчас Ростов и Новгород не посмотреть, то следующие несколько месяцев будет точно не до того.

Высокая, тёмно-красная скала на западном берегу, маркирующая излучину Аустралиса, постепенно приближается и переходит из состояния «впереди» в «слева». Ещё немного, и откроется вид на то, что лежит за ней. Вообще, красивые здесь места. На юго-запад США похожи. Нет, я там тоже не бывал, но вестерны-то все смотрели, надеюсь? Долину Монументов 50 видели? Вот, вылитая она. Слева, по крайней мере, на востоке-то всё больше равнина. Надо бы участком под дом где-нибудь здесь озадачиться, пока всё самое красивое не расхватали. Со строительством подожду, не до того сейчас, но землю застолбить стоит. В конце концов, я, пока что, использовал только треть своего земельного пая.

Хотя, зная Глеба, можно предположить, что самые лучшие участки он уже внес в очередной Генплан под «общественные пространства».

«Ушкуй», попрыгав (к моим мучениям) на бурунах и водоворотах, наконец-то прошёл излучину, и перед нами открылся вид на спокойно и величественно текущий с северо-запада Аустралис. Огромные, стоящие далеко друг от друга тёмно-красные скалы с плоскими вершинами на западном берегу похожу на часовых или какие-то древние пирамиды. Светло-жёлтая, выжженная солнце степь справа…

— Чё, нормальный видок, да?

Млять. Ну вот так всегда — стоит восхититься красотой Природы, как…

— Ага. Круто.

Ладно, что уж тут.

— Во-о-он он, Ростов. Видишь?

Старательно таращусь в направлении, куда указывает корявый и грязный Серёгин палец, но ничего не вижу. А, погодите… у самого горизонта, на краю видимости вроде бы замечаю какие-то точки. Поднимаю бинокль. Точно. Светлые домики на берегу. Ростов-на-Аустралисе, хе-хе. Кстати, интересно, идея насчёт переименования во что-то более родное русскому уху заглохла, или как? Помнится, было у Глеба желание окрестить реку Волгой. Он ещё и Гискар хотел в Днепр переименовать, а Бордер-Маунтис в …э-э… не помню. Урал, кажется.

По мере нашего приближения, замечаю всё новые детали.

— Серёг, а что это вон там за четыре домика? На другом берегу?

— А, это Левобережный. На восточном берегу пастбища лучше, вот некоторые там и поселились.

— Отдельный посёлок, что ли?

Невысокий, кряжистый моряк поскрёб пятернёй в затылке.

— Ну… как… своего сельсовета нет у них, так что, типа, как пригород идёт.

Ясно. А я уж было удивился, как это Глеб пропустил название «Левобережный». Совсем не в его стиле, хе-хе.

Ростов явно вытянулся вдоль реки, я насчитал почти три дюжины домов на «первой линии». С учётом того, что ещё и на левом берегу народ обитает, а всего здесь должны быть около сорока семей, плюс сколько-то бессемейных, выходит, практически все живут на берегу. Чуть ниже города и, соответственно, ближе к нам расположены склады, причал, а на причале стоят Игорь и…

— Здорово!

— Привет!

Пожав руку Игоря, опять смотрю на бородатого компаньона по нефтепромыслам.

— А ты тут какими судьбами?