Чтение онлайн

– Еще один вопрос. Можно?

– Задавай, конечно!

– Если мы справимся и спасем Амилу, вы тут не вымрете со скуки?

Все громко засмеялись. Георгий старался разряжать обстановку. Принесли второе блюдо. Потом третье. Так сидели около часа и медленно поглощали еду. Георгий задавал много бытовых вопросов. Все ответы сводились к тому, что люди в большинстве своем делают то, что им нравиться или не делают вовсе ничего. Уровень ID дает преференции пользоваться различными благами. Сейчас в комнате сидели люди, не имеющие ограничений совершенно ни в чем. За время обеда Георгию присвоили дрона, который облегчил ему управление инфраструктурой планеты. В качестве эксперимента он попросил капучино и незамедлительно его получил. Подавляющее большинство населения Амилы тоже могли просить кофе в любой момент. Они свободно перемещались по планете. В порядке очереди, если были свободные шаттлы. У них у всех были дома и доступ к еде. Каждый сектор имел два так называемых «центра стабилизации», в которых искусственный интеллект управлял инфраструктурой. Он не принимал и не мог принимать никаких решений. Максимум мог блокировать решения людей и запрашивать разрешения по цепочке до самого Совета. По сути, всё имущество имело общественный характер за исключением домов, личных транспортных средств и некоторых бытовых вещей. Понятия денег просто не было. Был огромный сбалансированный ресурсный фонд. Если ты приносил пользу и твой ID позволял, ты мог заказать себе личный шаттл. Роботы строили его по мере возможности. Если ты готов был им делиться с обществом, это повышало твои заслуги. Наука и творчество были царицами ценностей. Когда речь заходила о науке, вся команда кроме Алана оживлялась и пыталась как-то доступно раскрыть эту тему для Георгия. Оказалось, что вся команда на самом деле достаточно говорливые. Брин был самым уважаемым. Его слова ни кто не ставил под сомнения. Алан, очень заряжен чем-то помочь. Сара добрейшей души человек, в её голосе слышалась материнская забота, даже когда она рассказывала о своих студентах. Она выглядела на свой возраст и была весьма симпатичной дамой. А Алика была застенчивой и чертовски привлекательной. Она явно стеснялась того, что она младше всех и брала слово, только если к ней обращались напрямую. Рэка ни проронила, ни слова за обедом. И уже под конец беседы она выдала:

– Пойдемте, я покажу вам город.

– Отличная мысль, – ответил Гоша.

Глава

VIII

Команда встала на платформы и медленно отправилась вниз по этажам. Дрон летал над головой Георгия как привязанный, но так, чтобы не попадать в поле его зрения. Георгий сообщил всем, что его терпение исчерпано и надел свои наушники. От этого мир вокруг стал еще прекраснее. Ничего не отвлекало от созерцания и не шумело в голове. Они медленно перемещались по улицам, рассматривая здания вокруг. Двигались в сторону центра города, где было все больше и больше людей и плотнее строи козликов. Пролетая мимо школы, Георгий узнал, что дети учатся в ней вплоть до двадцати пяти лет. Детская с семи до пятнадцати. Средняя до двадцати и после этого её можно покинуть. Но большинство остается до конца и через месяц после завершения делает Асфилакцию. Высшие учебные заведения не имеют ограничений по времени. Учиться можно хоть всю жизнь, набирая курсы. Вообще учебных заведений по городу было очень много. Пока они летели до центра, Георгию показали больше десятка. Это скорее были детские лагеря, нежели школы. В этом мире оказались очень популярны видеоигры в виртуальной реальности. Описанные игровые сюжеты, похоже, ничем не отличались от их реальной жизни. Дети там что-то рисовали, строили и конструировали. Топовой игрой была головоломка, в которой за счет воображения нужно было скомпоновать биологическое соединение. При этом клонирование было строго запрещено. Услышав про строгий запрет, Георгий спросил:

– А какие у вас тут есть наказания для людей?

– Ограничения функций ID, общественное осуждение, изоляция, в крайнем случае, подавление био нанитов, – ответила Рэка

– И много у вас преступников?

– Примерно три, пять изолированных в каждом секторе. Несколько десятков с ограничениями ID, в основном подростки и чаще всего из-за буйства под алкогольным опьянением.

– А сколько с высшей мерой? И вообще за что это?

– Всего семеро на Амиле. Они изолированы и у них подавлены наниты. Четыре мужчины и две женщины за побои своих супругов из-за измены. Их изолировали от одного до трех лет. И один сумасшедший старик за попытку прокопать кору Амилы до самой магмы, чтобы «пустить ей кровь». Он совершил свое деяние и ничего не добился. Только сжёг несколько сотен роботов.

– А как вы держите себя в форме? Я смотрю, все не особо двигаются, в основном летают над поверхностью.

– У нас культ спорта. Вернее того, что вы на Земле называете легкой атлетикой, – добавил Киту. Бегаем, прыгаем, плаваем, метаем предметы. Алан лучше всего тебе расскажет про спорт.

– И где вы это делаете? Где-то за городом?

– Нет, прямо на платформах или дома, где угодно. В виртуальных очках. Минимум шесть часов в неделю. Я делаю шестнадцать, – гордо вставил Алан.

Экскурсия длилась несколько часов. Все вокруг было пронизано безмятежностью. Георгий не заметил ничего экстраординарного. Да, этот мир был насыщен развитыми технологиями. Все могли быстро перемещаться, были сыты и казались довольными. Царило спокойствие и безопасность. Даже на центральной площади, где было наибольшее количество людей, пели и танцевали артисты, был жонглёр факелов, которые в итоге оказались голограммами вместо реального огня. Но что-то было не так. В конечном счете, Гоша понял, что не так. Он. Он не вписывался в этот мир без драйва. Не то, чтобы он его жаждал, просто этот элемент отсутствовал как таковой. Никакого драйва, нигде.

После прогулки Киту проводил Георгия в отель. Это был целый этаж в его распоряжении. Не меньше семи комнат. Дальше Гоша даже не ходил. Поужинав, полистав каналы телевизора, который можно было развернуть в любой точке пространства, Георгий решил убедиться, что он не ошибается в своих ощущениях. Он захотел проверить, не витрина ли это. Он вызвал скоростной шаттл и начал перемещаться по секторам. Наугад. За почти пять часов скачков от сектора к сектору он видел разнообразные, но похожие по духу города. Везде люди вели себя одинаково безмятежно. «Безмятежность» было главным словом этого мира. Уже глубокой ночью он попросил компьютер остановить его в природной зоне. Даже там была чистота, естественная пустота и порядок. Георгий вернулся в свой отель и отрубился до полудня следующего дня.

На следующий день персона Георгия никого не интересовала. После обеда к нему спустился сверху дрон и сообщил, что с ним хочет поговорить Киту. Когда Гоша согласился, в комнате появилась очень реалистичная фигура Киту.

– Привет! Как обустроился?

– Отлично. Лежу ничего не делаю. Спал до двенадцати тридцати. Недавно поел.

– Я сегодня хочу провести время с семьей. Ты не возражаешь?

– Нет. Конечно, ты давно их не видел. Общайся. Только я не понимаю, что делать мне?

– Делай что хочешь. Посмотри проекции. Фильмы.

– Они у вас только научно-популярные или документальные о жизни животных.

– Покатайся по городу. Поговори с людьми, если хочешь.

– Ладно, я понял, что-нибудь придумаю. Пока!

– Пока!

Это было все, что сделал Гоша за этот день. Он никуда не вышел, ни с кем не говорил. Общался только со своим дроном и то в основном по делу. Душ и туалет казалось, стремились доставить Гоше оргазм. Платформа перемещения постоянно преследовала его, пока он слонялся по комнатам. Еда сводила с ума от феерии вкусов. Всё было слишком идеально и нигде не было никакого подвоха. Просто жизнь тут она вот такая. Но как? Люди же не перестали быть людьми. Гоше было просто интересно, как так вышло, что все живут очень гармонично. И так ли это вообще. Эта мысль не покидала его. Георгий видел разных людей, знал людей, чувствовал их натуру. На Амиле же было ощущение, что люди эволюционировали из травоядных, а не из хищников. Но времени разгадать что тут, как и почему было достаточно. Гоша включил какой-то фильм об истории сектора и смотрел красивый рассказ об архитекторах и их проектах строительства агломерации. Так и заснул.

На следующий день, Георгий проснулся очень рано. Он терпеливо ждал, пока дрон не напомнит ему, что время десять утра, чтобы позвонить Киту. Созвонившись с ним, он предложил организовать совместный обед с командой, если это возможно. А после пойти в какое-то заведение, где можно выпить, потанцевать и пообщаться в непринужденной обстановке. Он сказал, что им жизненно необходимо узнать друг друга получше, и чем раньше это произойдет, тем лучше. Киту согласился и все организовал. В три часа дня вся команда собралась у него в номере. Казалось ни кто не менял своих одежд, выглядели все ровно также как при прошлой встрече. Сам Георгий тоже не отличался, несмотря на то, что вещи ему дали новые. Команда села за стол и молча скромно чего-то ждала. Георгий как хозяин предложил всем поесть и что-то выпить. Получив согласие, козлики накрыли на стол. Примерно на двадцатой минуте молчания, когда еда в тарелках заканчивалась, Георгий сказал:

– Я так не могу! Вы вроде разговорчивые были. Почему опять молчите?

– А что мы должны говорить? – спросил Брин.

– Да что угодно, мои слегка смуглые друзья! Хотя бы расскажите, с каких пор все люди у вас на Амиле одного цвета кожи. Вроде белые, но загорелые.

– Уже около трехсот лет, – продолжил Брин.

– И как так вышло? Можно чуточку подробнее.

– Конечно. После аннигиляции осталось незначительное количество людей на планете, но всех рас. В процессе смешения генов, через пять или семь поколений расы стерлись и люди стали одинаковые.

– Давай тогда про аннигиляцию. Это что, ядерная война?

– Нет. Ядерная война на том этапе развития уничтожила бы всю планету. Было шесть держав с огромным количеством боезарядов, достаточным для полного истребления всего живого. Мощность исчислялась в Пета тоннах. Мы убили друг друга биологическим оружием.

– Вирусом?

– Не совсем. Люди придумали соединение, которое было способно разрушать азотистые основания нуклеотидов. Мы научились прямо уничтожать ДНК всего живого. Все что попадало в облако смерти, просто превращалось в прах.

– Должен же был победить кто-то один, или группа, или сторона.

– Нет. Вышло так, что оружие появилось у нескольких сторон одновременно, и они решили его применить. Одни чуть раньше, другие чуть позже. Дальше процесс потерял контроль. Все было практически молниеносно. Через два дня биосфера была подкошена. Можно сказать в коме.

– А дальше что?

– Дальше началась новая эра. Отчаяние было таким всеобъемлющим, что не было ни сил, ни желания на месть. Все оружие было планомерно уничтожено. Был создан единый язык. Остатки выживших решили построить новый мир. Мир, который ты видишь.