Чтение онлайн

Тори слегка приоткрыла губы, не до конца понимая намерений Николаса. Если он и правда решил просто отвезти её в красивое место, чтобы помочь уравновесить душевное состояние, то как-то сложно в это верится. Она то ожидала, что он просто завезет её в лес и заживо закопает, лишь бы его тайна была в безопасности.

– А что потом? Толкнешь меня с обрыва? – спросила Тори, всё ещё каждую секунду ожидая подвох в его действиях.

Она заметила улыбку на его лице. Взгляд Ника был издевательским. Её страх лишь веселил его.

– Смешно? – переспросила Тори, сложив руки на груди.

– Я не планирую тебя убивать. Пока ты меня не бесишь – можешь жить, – подметил Николас и многозначительно посмотрел в её глаза. – А то, что ты много знаешь не моя проблема, а лишь твоя.

Тори была поражена и взяла время на то, чтобы найти подходящие слова для ответа. До чего же самоуверенный тип этот Николас.

– Моя? Ничего, что я в любой момент могу рассказать о тебе полиции, и тогда не я за решёткой сидеть буду, – проговорила она с вызовом в голосе. – Да, но тогда не я и моя семья в могиле лежать будем, – абсолютно спокойно ответил Ник и, опустив голову, лишь беззаботно подмигнул изумленной Виктории.

– Ты серьезно готов убить меня и моего отца?

– Не вижу в этом никакой проблемы, – Ник неожиданно повернулся и легко подхватив Тори за талию, посадил на капот своей машины, поставив руки по бокам, чтобы она не смела пошевельнуться и улизнуть. – Вижу, ты всё ещё плохо понимаешь, что я за человек, Викки.

Она прерывисто вдохнула воздух и посмотрела в его темные глаза. Он был так близко, что казалось Тори ощущает его дыхание на своей коже. Её взгляд застыл на его дьявольской ухмылке. Она и правда до последнего верила в то, что Николас остался добропорядочным, но настало время признать свою ошибку.

– Я поняла, – прошептала она. – Ты лишь выглядел нормальным. А оказался даже хуже Мануэля. Он бы никогда не убил своего человека. На что ещё ты способен?

– Увидишь, когда Мортал станет моим, – он легонько коснулся двумя пальцами её упрямого подбородка, замечая, как девушка пытается отстраниться, чего позволить он не мог.

Взгляд Ника застыл на её нежно алых губах. Он посмотрел на то, как раскрылся его пиджак на теле Тори, ведь её руки были заняты тем, что держали Николаса за плечи, не давая приблизиться. Полностью разорванный верх открыл вид на оголенную женскую грудь и только сейчас Ник понял, что может сделать то, что так желал в тот самый момент, когда она пела на сцене. Виктория была недоступна, юна и соблазнительна. И жалеть её хотелось в последнюю очередь. Эта девушка – дочь человека, который практически лишил жизни его мать. Так чего он медлит и сдерживает себя, если Виктория Далтон, вероятно, единственная девушка на всей земле, которую он может не бояться обидеть?!

Николас одним движением раздвинул её ноги и грубо обхватил её поясницу руками, рывком притягивая к себе. Он услышал женский сдавленный вскрик и ощутил всю силу её сопротивления, когда она уперлась руками в его грудь. Эту силу было не сложно сломить.

– Ник! – выкрикнула Тори, вовсе не ожидая, что он сделает именно это. – Ты обещал! Обещал не трогать меня!

Он нехотя посмотрел на жуткий ужас, написанный на её лице. Тори широко открыла полные страха глаза и смотрела на него, ожидая своей самой худшей участи. Николас был вынужден заметить, что даже её губы дрожат, не говоря уже о всем содрогающемся теле в его сильных руках.

Он резко отступил назад, крепко сжимая челюсть от неожиданно вспыхнувшей ненависти к самому себе. Не за то, что предал принципы и только, что едва ли не лишил Викторию Далтон невинности, а за то, что не смог это сделать лишь увидев, как сильно она боится. Он не может относиться к ней снисходительно! Не должен жалеть!

Тори вновь укуталась в пиджак, будто в кокон, чтобы не было видно и малейшей части её тела. Убедившись, что спрятала нагие участки, она застыла, уставившись вниз и только сейчас смогла переосмыслить, что Ник пытался сделать. В страхе даже пошевелиться, Тори не смогла спрыгнуть с капота машины и попытаться убежать. Реакция Николаса Моргана может быть весьма непредсказуемой. Он настоящий дьявол и стоит сделать всё, чтобы от него наконец-то избавиться.

– Викки, – он медленно повернулся в её сторону. – Извини. Не знаю, что нашло на меня.

Ник поджал губы, ведь девушка даже не взглянула на него. Он ощутил глубочайшую вину и внутри будто что-то начало больно скрести. Тот поступок, на который он решился был проверкой самого себя, и он не смог причинить вред дочери Далтона. Несмотря ни на что, не смог. Проверку не прошел.

Николас медленно вновь приблизился к ней, заметив взгляд перепуганной лани.

– Извини, – вновь прошептал он и легонько коснулся её плеча.

Тори не пыталась ускользнуть от его прикосновений. Она всё так же сидела, будто каменная и не могла найти сил, чтобы сдвинуться с места.

– Понимаю, что просить тебя не бояться будет бессмысленно, но даю слово, что этого больше не повторится, – он успокаивающе провел ладонью по её спине.

– Я не верю тебе, – едва слышно проговорила она.

Ник промолчал хорошо понимая, что только что смог полностью сломить её доверие и испортил всё, что хоть немного было выстроено между ними. Теперь лишь пропасть и ему будет сложно сделать так, чтобы она перестала его бояться.

– Обещаю, тыковка, – Николас легонько привлек её в свои объятия надеясь, что этот жест не отпугнет её. То, что чувствует Тори, сможет понять лишь она, ведь девушка не стала отстраняться. Положив голову на его грудь, она закрыла глаза, то ли от страха, то ли от того, что смогла успокоиться. Николас предполагал, что первый вариант всё-таки правдоподобней. И в этом лишь его вина.

***

Восемь лет назад.

Николас затаил дыхание и, закрыв глаза, пытался приучить себя ко тьме. Он был заперт в этом проклятом подвале уже пятый месяц. Все надежды на то, чтобы выбраться из ада рухнули. Отсюда нет выхода. Тупик.

С тех пор, как он попал сюда, не говорил ни с одним живым человеком. Лишь с самим собой. Словно ненормальный, он продолжал вести монолог изо дня в день, чтобы вовсе здесь не свихнуться. Неизвестно, когда его соизволят выпустить. И выпустят ли вообще. Может быть, он встретит свою верную смерть именно в этом треклятом месте. В серой сырой камере, где его соседями являлись лишь крысы.

Ник поднялся, и навернув несколько кругов по своей адской камере, ожидал очередной подвох. Он уже смог выучить расписание своих пыток. Несколько раз в месяц в определенное время, когда свет выключается, в это место кто-то заходит. Нет, не просто, чтобы навестить одинокого пленника и подарить ему немножко внимания. Сюда пускали людей лишь для того, чтобы убить. Вероятно, был человек, который запугивал несчастных, посылая их в камеру с Николасом, чтобы они сыграли в игру на выживание. Или убьют тебя, или ты. Кому-то очень нравилось следить за этим жестоким зрелищем кровавой схватки двух обездоленных.

Первые разы в этой кровавой игре Николас защищался лишь с помощью своих кулаков, лишая противника сознания. Бывало и наоборот. Не всегда он был сильнее, и ему повезло, что его ещё не убили. Вскоре Ник стал пользоваться инвентарем, который с первого дня был закрыт в ящике. В нем были ножи, остро заточенные деревянные колышки и пистолет, в котором было всего две пули. Вероятно, его психика вскоре могла дать сбой и одну из пуль он точно пустит в свою голову.

Ник защищался в абсолютной тьме и раз за разом это стало получаться лучше. На утро ему доводилось ещё двенадцать часов созерцать труп человека, в котором торчал нож, будто бы так и нужно, и в этом совсем нет ничего необычного. В первые дни Ник не мог найти себе места, прячась в углу, словно ребенок. Он не мог простить себя за совершенное, вследствие самозащиты, неизбежное убийство. Жизнь была так проста, когда он был просто садовником. Что видел он тогда, кроме лопаты, воды и земли?! Теперь же лишь крики, кровь и смерть.