Чтение онлайн

Приехали, естественно, без оружия. Только сумасшедший террорист будет расхаживать в свободное от нелегкой работы по уничтожению мирного населения время по городу со стволом - лучшего подарка спецслужбам и правоохранительным органам не сделаешь. Террорист без оружия и с правильными документами - это обычный гражданин, который если и вызовет подозрение, то его задержат на пару часиков и отпустят.

Поэтому работа для группы захвата оказалась совсем несложная. По окончании сбора всю команду поставили под стволы. Пара наиболее отчаянных боевиков дернулась. С ними не стали устраивать рукопашных боев. Хлопок бесшумного оружия. Стук падающего тела. Кончено. На остальных это подействовало отрезвляюще.

На точку подогнали фуру. Туда кинули пленных, предварительно вкатив им инъекции, - теперь они пролежат бревнами часов семь.

– Исполнено!
– удовлетворенно произнес Глеб, когда машины начали отваливать от точки.

Дальше работа для "изыскателей" - Доктора и его помощников. Каждого пленного вывернут наизнанку, по капельке выцеживая информацию. Самый незначительный факт, информационный мусор, на который нормальный человек не обратит внимания, попав к аналитику, может оказаться жемчужиной.

А дальше по каждому из задержанных будет принято рациональное решение. Тех, кого можно использовать, используют. Остальных, а это большинство, выведут в расход, спишут со счетов... Работа грязная, но необходимая. Зато можно быть уверенными, что ни один из них не подложит больше бомбу в самолет и не захватит в заложники детей. Каждая уничтоженная мразь - это десятки спасенных человеческих жизней. Эту арифметику "легионеры" усвоили хорошо...

* * *

Настало время, когда Глеб мог перевести дыхание. Активная фаза операции "Полынь" завершилась стопроцентным успехом. Теперь наступала рутинная стадия обработки полученной информации и зачистки "хвостов". Это могло занять несколько месяцев.

Вечером, кинув материалы в портфель-контейнер, служащий для перевозки секретных материалов, - достаточно было нажать на кнопку, чтобы через секунду все его содержимое превратилось в пепел, - Глеб отправился на "точку один" - аккуратненький, скромный двухэтажный дом в ближнем Подмосковье. Там ждал Зевс - Главный оперативный координатор Организации.

– Информация к размышлению, - сказал Глеб, открывая контейнер и извлекая лазерные диски, аудиокассеты и бумаги.

– Поглядим. Покумекаем, - кивнул Зевс - сухощавый мужчина, давненько разменявший полтинник. Сегодня он пребывал в добром расположении духа и не намеревался метать громы и молнии.
– А ты здесь отдохни, Глеб. Расслабься после трудов праведных...

– Обязательно, - безрадостно ответил Ратоборец.

– Массажисток предоставить не могу. А вот записи Шуберта и Глинки имеются.

– Вот спасибо...

Это надолго. Глеб знал, что теперь сутки или двое не вылезет отсюда. Зевс будет тщательно знакомиться со всеми материалами, а Ратоборец будет давать пояснения. Тут же под рукой шеф аналитической группы.

Глеб вздохнул. Ему страшно хотелось домой, к семье. Там его мечущаяся душа находила настоящее успокоение. Но его желаний никто не спрашивал.

Ему отвели просторную комнату. Там он провалялся несколько часов на диване, щелкая пультом телевизора, перескакивая с безрадостных новостей о падениях вертолетов, терактах и новых политических инициативах Европарламента на американские боевики, где горели машины и герои стучали с треском друг друга по мордам. Грязь, боль, дерьмо - в общем, норма. У Глеба возникало немного жутковатое ощущение, что за стеклом экрана живет иная, зазеркальная реальность, которая просачивается в нашу вселенную и материализуется наяву. Мир, слава господу, пока еще не такой. Он не должен быть таким.

Глеб выключил телевизор. Врубил музыкальный центр. Подборка дисков была по вкусу Зевса - сплошь классика. Зазвучала божественными аккордами опера Вагнера "Гибель богов". Эта музыка будто вышибала человеческий дух из тесных оков обыденности, возносила его к божественным вершинам, открывала взор на суть вещей. Да, "Хор Валькирий" стоило бы сделать гимном Организации...

Насладиться до конца высоким искусством Глебу не дали. Затренькал внутренний телефон.

– Зайди ко мне, - послышался в трубке многообещающий голос Зевса.
– Тут кое-что интересное... Глеб спустился в подвал, где в защищенном от всех видов прослушивания помещении Зевс ознакамливался с материалами.

– Не упускай ничего, - произнес он, включая видеомагнитофон.

На экране появился Рамазан Актов, из которого Доктор выжимал все самые позорные факты его мерзкой биографии.

"- Отработали заказ... Взорвали лабораторию. Вместе с людьми.

– Дальше.

– Цель была - лаборатория, оборудование. Персонал.

– Чем дело кончилось?

– Мы выполнили заказ. Там был список людей, которых надо ликвидировать обязательно.

– Кто заказчик?

– Платили хорошо... Какой-то Виктор.

– Кто такой Виктор?

– Странный тип... Не из уголовников. Не из идейных...

– Как выглядит?
– Голос у Доктора был вкрадчивый.

– В шляпе... Серый какой-то. Средний рост. Среднее телосложение. Весь какой-то средний. Я не помню его лица, - допрашиваемый запнулся. И с отчаянием воскликнул: - Я не могу вспомнить его лица. Не могу. Не могу...

– Спокойно. Тут тихо и безопасно, - голос у Доктора стал как у проповедника, агитирующего туземца принять христианство.
– Все нормально. Тут все относятся к тебе хорошо. Тут ничто не угрожает.

– Не поверишь, я его боялся... Я, который никого никогда не боялся..."

Это дала о себе знать базовая матрица личности. Хотя тут Рамазан себе льстил... Когда его привели в себя, вернули ему адекватное сознание, дали прослушать, что он наговорил, это уже был другой человек. Раздавленный. Сломленный. Боящийся смерти. Утративший просветленное, необходимое для шахида пьянящее состояние абсолютной уверенности в правильности пути.

Последний разговор. На экране появился Атаман.

– Расстрела для тебя мало, но все, что можем... В тот момент Рамазан не выдержал.

– Служить буду!
– заголосил он.
– Верным псом буду! Жить хочу!

Он окончательно утратил свое лицо. Произошло то, что он, презиравший смерть, еще несколько часов и помыслить себе не мог.

– Дохлым псом ты будешь, - Атаман ткнул его стволом пистолета в лоб. Погладил пальцем спусковой крючок. И убрал пистолет. Хотя и очень хотел пустить в лоб этому существу пулю.

Зевс выключил видеомагнитофон и покачал головой.

– Мне кажется, у Атамана слишком много личного. Это мешает работе.