Чтение онлайн

— Я? Не готов? — криво усмехнулся Романцев. — Через мои мозги прошло столько всякого-разного, уважаемая, что вам и не снилось! Не знаю, зачем я вам понадобился и в какие игры вы здесь играете. Но вряд ли вы изобрели нечто такое, что могло бы поразить мое воображение.

— Уверена, вскоре вы измените свое мнение.

— Странная вы женщина, Лариса Сергеевна... Я смотрю, что вы не боитесь оставаться со мной наедине, хотя знаете, что меня доставили сюда против моей воли. Думаю, вы догадываетесь, что все это мне чертовски не нравится!

— Я знаю, что вы не причините мне никакого вреда, — спокойным тоном сказала женщина. — Понимаю, что вы не в духе, и, будь на вашем месте, я бы тоже была недовольная тем, что случилось. Но то, что вы здесь оказались, — это не случайно. Если угодно, это ваш собственный, хотя пока и не до конца осмысленный выбор.

— Я не нуждаюсь в ваших глубокомысленных замечаниях и предположениях, — чуть подавшись вперед, сказал Романцев. — Кто вы вообще такая?! Вы врач? Случаем, не вы обкололи меня без спроса какой-то дрянью?

— Моя специальность лежит на стыке медицины и нескольких прикладных наук, о которых вы, хотя и являетесь весьма эрудированным человеком, имеете смутное представление. Что касается ответа на ваш второй вопрос... Все, что происходит с вами в последние дни, является срочной и дорогостоящей операцией по вашему спасению. Я понимаю, что это слишком простое объяснение, но в этом деле есть некоторые нюансы, которые я пока вам не в силах изложить.

— Иными словами, я для чего-то понадобился Стоуну?

— Да, Игорь Юрьевич считает, что вы — одна из наиболее подходящих кандидатур. Это первое. И второе, что вам следует знать: в последние дни вы стояли к смерти ближе, чем думали.

— Неужели? — скривил губы Романцев. — Может, хватит меня запугивать?! Стоун меня пугал, теперь вот вы стращаете...

Лариса Сергеевна бросила в его сторону довольно-таки странный взгляд.

— Я вижу, вы мне не верите?

— Да, представьте себе. Я считаю, что вы пудрите мне мозги, хотя и не понимаю до конца, зачем это вам нужно.

Женщина одним гибким движением поднялась из-за стола, и Романцеву, не растерявшему еще до конца остатки воспитания, пришлось тоже встать на ноги.

— Мы могли бы миновать этот не слишком приятный этап, — женщина кивком указала на дверь, рядом с которой стояла. — Я надеялась, что будет достаточно одних моих объяснений... Вы не хотите верить мне на слово? Вам нужны доказательства? Ну что ж, я готова вам их предъявить!

Романцев должен был признаться самому себе, что он последовал за этой странной женщиной не без внутренней дрожи. Да, жизнь научила его быть скептиком и ничего не принимать на веру просто так, без должной проверки. Но тот же жизненный опыт подсказывал ему, что человек бывает крайне изобретателен в своих недобрых помыслах и что существуют такие бездны, куда простому смертному лучше не заглядывать.

В какую-то долю секунды, прежде чем он шагнул вслед за Ларисой Сергеевной в открывшийся дверной проем, в голове его пронесся целый вихрь тревожных мыслей. Куда это она его ведет? В местный застенок, где его познакомят с палачом? В научную лабораторию, где ставятся изощренные эксперименты и где таких, как он, используют в качестве подопытных кроликов? В прозектуру, где на мраморных столах разложены тела неких существ инопланетного происхождения или же андроидов, на которых так здорово смахивают с виду парочка помощников Ларисы Сергеевны? А может быть, его проведут какими-то тайными тропками в Зазеркалье, где он нос к носу столкнется с еще одним Алексеем Романцевым — кстати, вот что было бы самым ужасным...

— И это все? — несколько разочарованно произнес Романцев, оглядываясь по сторонам. — А я-то уж и вправду подумал...

Его тайные страхи не оправдались. Помещение, посередине которого он стоял, почти в точности копировало его служебный кабинет в здании на Шаболовке, где базируется возглавляемый им аналитический отдел ГУБОП. На мгновение в мозг закралась мысль, что он и вправду находится в своем родном офисе, который занимает вот уже восемь лет... И что вот сейчас, в эту самую секунду распахнется настежь дверь, на пороге возникнут двое его замов или кто-то другой из его подчиненных; и тогда, увидев их ухмыляющиеся рожи, он врубится наконец, что все происходящее с ним — это всего лишь розыгрыш...

Но нет, наваждение, завладевшее мозгом на короткий миг, тут же рассеялось. Потому что, помимо всего прочего, существовали кое-какие детали, на которые он не мог не обратить внимания даже в своем нынешнем бедственном положении.

На письменном столе, свободном от бумаг, лежит ноутбук с откинутой крышкой. Справа от ПК на столешнице находится жесткий диск, заключенный в прозрачную подложку. Похоже на то, что это и вправду его «чемоданчик», во всяком случае, этот ноутбук выглядит точь-в-точь как тот, которым он привык пользоваться на службе... Есть только одно «но». Никогда и ни при каких условиях, покидая даже ненадолго свой кабинет, он не оставлял на виду свой портативный ПК — не то чтобы он опасался того, что в его отсутствие кто-то может скачать какую-то информацию — доступ к базе получить не так легко, — а просто порядок есть порядок... Будь то служебные документы или программное обеспечение для персоналки — оставлять беспризорными их не положено. И вообще самые ценные сведения и самые опасные тайны надежнее всего хранить в собственной голове.

Имелось еще несколько деталей, на которые он не мог не обратить внимания.

Справа от кресла, на приставном столике, стоял автоответчик фирмы «Филипс» — точно такой же аппарат он поставил в квартире, которую снял для себя после развода. Чуть дальше, возле окна, плотно задернутого портьерами, — скорее всего там было не окно, а глухая стена — на подставке темнел телевизор «Сони», точная копия телеящика, который он приобрел недавно для своего нынешнего холостяцкого жилья. В замочной скважине сейфа виднеется ключ, дверца слегка приоткрыта — явный непорядок. И последнее: в двух местах, почти под потолком, на кронштейнах установлены следящие телекамеры, а вот в его родном кабинете на Шаболовке ничего подобного и в помине не было.

— Ну и что это все означает? — поинтересовался он у женщины. — Не понимаю пока, зачем вы меня сюда привели? И объясните, ради бога, чего вы добиваетесь?!

— Скажите, Алексей Андреевич... Здешняя обстановка вам не кажется знакомой?

— М-м... Допустим, что так. Хотя я и не понимаю, зачем вам понадобилось создавать эту декорацию.

— Скоро поймете. Помещение, в котором мы сейчас находимся, является почти точной копией вашего служебного офиса на Шаболовке, не так ли?

— Да, с некоторой натяжкой.

— При помощи этой «декорации», как вы выразились, мы сейчас попытаемся смоделировать ситуацию, которая могла бы возникнуть сразу же по вашем возвращении из служебной командировки на Северный Кавказ.

— Меня там убили, если вы еще не знаете. А потом сообщили на весь мир, показав в кадре обезглавленное тело человека, одетого в форму полковника МВД.

Он присел на краешек письменного стола, помолчал немного, затем, бросив на женщину хмурый взгляд, негромко сказал:

— У меня двое сыновей, шестнадцати и одиннадцати лет. Не знаю, был ли я им хорошим отцом... У меня есть родители — они, слава богу, живы и здоровы. У меня также имеется свой круг друзей и знакомых, некоторые из них, правда, оказались предателями... Как вы думаете, что они испытали, каждый на свой лад, когда из Чечни пришло известие о гибели Романцева?