Чтение онлайн

– Да ладно уж, – похлопал его по плечу Батяня.

Он видел, что «пришедший в себя» майор очень переживает за свое поведение.

– Не дрейфь, все с тобой понятно. В нос гадость капнули, мозги набекрень.

– Это еще особистам доказать надо.

– Я буду свидетелем, еще Виталий. Да и твоя жена. Она все слышала. Химики возьмут на анализ эту жидкость, все прояснится. Вон посмотри на бандюка, какой шелковый. Любо-дорого посмотреть.

Майор Воскобойников поднял воротник, помахал рукой жене и удалился в гущу леса.

Батяня подошел к костру, присел на ствол дерева, вытянул ноги к костру.

– Теперь нам надо вплотную занятья этим, как его, Болотным Жаном.

– Жанболотом.

– Да. Все, что он знает, мы тоже должны знать.

– О тех террористах?

– Да.

– Эй, друг… Хватит уже дров, – сказала Евгения Анатольевна, – подойди сюда.

Жанболот бросил охапку сухого хвороста, подошел к огню.

– Отдохни. Посиди с нами. Погрейся, – добродушно промолвила Евгения Анатольевна.

– Спасибо.

– Скажи, мой дорогой друг, а кто этот Узтемир?

– Богатый человек. Много у него овец. Говорят, отар десять. Он «пастух».

– Чабан? – вмешался Батяня.

– Нет, на него много других чабанов работают. А он над ними «пастух».

– А как ты к нему попал? – задала вопрос Евгения Анатольевна.

– И я ему вначале овец пас, а потом он решил меня на другую работу перевести.

– На какую?

– Ну, жить в вагончиках, еду делать, огонь разводить. А еще начали они меня с собой в город брать.

– В город? – заинтересовался Батяня. – Кто?

– Ну те, кто в вагончиках тоже с ним живут.

– Твои приятели? – уточнила Евгения Анатольевна.

– Нет, теперь они мне не приятели. Они обманывали всех.

– Как они обманывали?

– Они меня взяли в город. Там положили в машину «Скорой помощи». А сами переоделись докторами. Мне Абуджафар говорит – лежи, не подымайся. Ты больной, а будешь дергаться, говорит, на самом деле больным сделаю. А я ж нечасто в городе бываю, хотелось мне посмотреть.

– И что ты видел? – спросил Батяня.

– Ну, вначале аэропорт.

– И что в аэропорте?

– Самолеты. Как они садятся, как взлетают… Где самая главная полоса.

– Главная полоса?

– Ну, это куда наш президент или чей-то президент прилетает.

– А вы встречали кого-то? – спросила Евгения Анатольевна.

– Нет, так смотрели.

– Ладно, а что еще видели в городе? – произнес Батяня.

– Дома большие. Они напротив самого американского посольства стоят.

– Так, поподробнее можешь? – насторожился майор Лавров.

– Это как поподробнее? – не понял Жанболот.

– Ну, какие эти дома?

– Одни длинные. Два такие стоят рядом. Другие высокие – как башни. А один недостроенный за лесопарком. Там еще кран такой здоровый, как жираф, только железный.

– Ясно. И для чего Абуджафар осматривал американское посольство?

– А потом он смотрел и на китайское. Хотя Бейшенбек сказал, что зря мы на него тогда смотрели.

– Почему?

– А надо только было смотреть на американское посольство.

– Для чего надо было только американское? – спросил Батяня.

– Встречать будем кого-то.

– Кого встречать?

– Людей из Америки.

– Дипломатов, что ли?

– Ну да, наверное, дипломатов.

– Вы будете встречать дипломатов из Америки? – пожала плечами Евгения Анатольевна.

– Каким образом? – очень заинтересованно спросил Батяня.

– Каким-каким… – Жанболот почесал затылок, – Бейшенбек сказал – салютом…

– Ну теперь все ясно! – воскликнул майор Лавров. – А когда этот салют состоится?

– Это мне уже Алтынбек сказал.

– Кто такой Алтынбек?

– Водитель Узтемира, – уточнила Евгения Анатольевна.

– И когда намечается салют?

– В пятницу…

– Это, значит, завтра.

– Значит, завтра.

– Во сколько?

– Этого мне никто не успел сказать. Они уехали. А Узтемир улетел.

– На вертолете?

– Да… На маленьком вертолете. И вот что я думаю, этот салют будет ранним утром или поздним вечером, когда еще темно, – улыбнулся Жанболот. – Только где, я не знаю… Мы еще не выбрали… Может быть, в аэропорту.

И взгляд Жанболота куда-то уплыл… Молодой киргиз вспомнил, как в детстве издалека над городом следил за вспышками салюта, что озаряли вечернее небо над Бишкеком в честь Дня независимости Кыргызстана.

– Определенно этот препарат делает из людей идиотов, – буркнул Батяня. – Но всякое может быть.

– Что может быть? – спросила Евгения Анатольевна.

– А то. Что завтра ранним утром мне надо быть в Бишкеке.

Вдруг в лесу, ближе к дороге раздались выстрелы. Вначале майор Лавров подумал, что это треск сучьев. Но когда ударила очередь, сомнения все отпали…

– Что это? – встревожилась Евгения Анатольевна.

– Твой майор работает, – Батяня оторвал хвоинку от елки, откусил кусочек и сплюнул. – Сейчас узнаем…

Между складами, сложенными из отесанного камня, добытого из местных гор, в две шеренги стояло человек шестнадцать рабочих-хлопководов. Карманы их штанов и курток были вывернуты наизнанку. Вдоль шеренг прохаживался Коробанов и собирал зеленые бумажки – доллары. Хлопководы их сами отдавали. А как было иначе? Перед складами стояли с раскрытыми дверцами два черных джипа «Чероки», из которых торчали стволы автоматов Калашникова. А оружие хлопководов было конфисковано и валялось, словно охапка дров, в багажниках этих самых джипов.

Все дело в том, что когда Терентий Коробанов окончательно пришел в себя, то увидел полный беспредел. Хлопководы, с которыми он имел дело, дерутся друг с другом, носятся по полям. Однако он не стал гоняться за ними, а достал из штанов телефон и позвонил:

– Але, Костян, это Тера, есть дело.

– Ну здорова, че такой озабоченный, – ответил ему хрипатый бас. – Случилось че?

– Узкоглазые кипиш подняли.

– Че, охренели? Стреляют?

– Не, по полям носятся. Одурели вконец. Прет их. Мои баксы, как бабочек ловят.