Чтение онлайн

«Бельгийская оговорка» была впоследствии включена в международную Конвенцию, подписанную в Каракасе 18 июля 1911 г., в Кодекс Бустаманте от 20 февраля 1928 г. (ст. 357), в межамериканскую Конвенцию, заключённую в Монтевидео 26 декабря 1933 г. (ст. 3), в региональную Конвенцию о выдаче преступников, подписанную центральноамериканскими государствами 24 апреля 1934 г. (ст. 3), и в межамериканский трактат, подписанный в Монтевидео 19 марта 1940 г., распространяющий действие «Бельгийской оговорки» на глав правительств и других должностных лиц.

«Бельгийская оговорка» не утратила значения и в наши дни. По действующему законодательству ФРГ и в некоторых её договорах, например в договоре с Францией 1951 года, террористический акт, независимо от мотивов его совершения, влечёт за собой выдачу, за исключением случаев совершения этого акта в зоне открытого военного столкновения в условиях восстания или гражданской войны. Аналогичная оговорка содержится в договорах, заключённых Францией с африканскими государствами – бывшими членами Французского сообщества: Берегом Слоновой Кости, Дагомеей (Бенином), Нигером, Верхней Вольтой (Буркина Фасо), Мавританией.

В Конвенции о взаимной выдаче уголовных преступников, заключённой западноевропейскими государствами 13 декабря 1957 г., предусматривается, что выдача лиц, покушающихся на глав государств, должна иметь место независимо от мотивов преступления (ст. 3).

В большинстве документов, регламентирующих поведение государств в отношении террористов, действует принцип aut dedere autjudicare (выдавать или судить), причём государства, как правило, должны включать в экстрадиционные договоры (договоры о выдаче преступников) пункт об их выдаче государствам, против которых террористические акты направлены или в пределах которых они совершаются.

При решении вопроса о выдаче в свою очередь действует принцип территориального применения уголовных законов, согласно которому преступник привлекается к уголовной ответственности, к суду и по законам места совершения преступления. Этот принцип был, в частности, подтверждён на Нюрнбергском процессе над главными немецкими военными преступниками во вступительной речи Главного обвинителя от Франции – де Ментона [27] . Однако от этого общепризнанного принципа отступают в настоящее время США, удерживая и укрывая на своей территории террористов, а значит, уголовных преступников Бразинскасов, несмотря на то, что преступление было совершено в пределах советской территории, на борту советского воздушного судна, советскими гражданами против советских граждан и Советского государства.

Буржуазные правительства не раз делали попытку ввести в международные соглашения статью, на основе которой они могли бы отказаться от обязательства выдачи террористов, укрывающихся в пределах третьего государства, и этим обеспечить их безнаказанность. Так, ещё в ст. 8 проекта Конвенции 1937 года о предупреждении и наказании терроризма предусматривалось, чтобы участвовавшие в ней государства включали во все экстрадиционные договоры обязательство выдачи террористов, но при этом делалась оговорка, что оно может быть ограничено в соответствии с правом или практикой страны, к которой обращена просьба о выдаче. Статья вызвала при обсуждении проекта серьёзные возражения со стороны ряда правительств и явилась одной из причин того, что он не собрал необходимого количества подписей, а Конвенция не вступила в силу. И несмотря на это, в Конвенции ОАГ от 2 февраля 1971 г. и в Страсбургской конвенции от 26 января 1977 г. провозглашается:

Само собой разумеется, что всякая выдача ставит, преступников в «тяжёлые условия» и что приведённая выше оговорка легализует их безнаказанность.

Однако в связи с участившимися в настоящее время случаями угона самолётов и отказа ряда государств в выдаче преступников 14 июля 1978 г. в Бонне руководители стран – членов Европейского Экономического Сообщества подписали декларацию, в которой провозгласили своё намерение налагать санкции на государства, отказывающиеся от выдачи или уголовного преследования лиц, угоняющих самолёт.

Важнейшим условием обеспечения эффективности борьбы с терроризмом является запрещение на территории государства террористических организаций. Это особенно относится к эмигрантским организациям, которые используют политическое убежище для ведения террористической деятельности против своей бывшей родины. В Декларации о территориальном убежище, принятой XXII сессией Генеральной Ассамблеи ООН 14 декабря 1967 г., специально указывается, что

В ст. 38 Конституции СССР предусмотрено, что политическое убежище может предоставляться

Террористы не могут рассчитывать на то, что получат убежище в СССР, а в советском уголовном законе организации, деятельность которых направлена на совершение ряда преступлений, в том числе актов терроризма, квалифицируются как преступные, одно членство в них даёт уже состав преступления (ст. 72 УК РСФСР и аналогичные статьи УК других союзных республик).

Однако далеко не все государства ведут последовательную и неуклонную борьбу с терроризмом. Выступая в Спецкомитете по терроризму в 1977 году, чехословацкий дипломат Ячек констатировал, что

Советский дипломат Фокин тогда же подчеркнул, что

Нарушение или невыполнение государствами своих обязательств по борьбе с терроризмом при всех условиях дают состав международного правонарушения, определяемого в докладе Комиссии международного права XVII сессии Генеральной Ассамблеи ООН как

Совершение государством международного правонарушения может повлечь за собой его морально-политическую и экономическую ответственность, обязательство загладить нанесённый политический вред и компенсировать причинённый материальный ущерб.