Чтение онлайн

Тог пыхтел, сопел — в общем, я понимал, каково ему быть в центре внимания. Недостаток опыта... необходимость дальнейших исследований... дополнительные эксперименты... Хазелхерст вспомнил, что в свое время велись разработки антитоксина. Однако вакцина оказалась настолько результативной, что он даже не был уверен, доведена ли работа до конца. В заключение Хазелхерст заявил, что изучение венерианских болезней находится пока в зачаточном состоянии.

Генерал перебил его вопросом:

— Насчет этого антитоксина — когда вы сможете узнать точно?

Хазелхерст ответил, что ему нужно позвонить в Сорбо’

— Звоните. Прямо сейчас, — приказал генерал. — Можете идти.

На следующее утро, еще до завтрака, Хазелхерст появился у нашей двери. Я вышел в коридор.

— Извините, что разбудил вас, — сказал он, — но вы оказались правы насчет антитоксина.

— В смысле?

— Мне уже выслали партию из Парижа. Груз прибудет с минуты на минуту. Надеюсь, антитоксин еще действует.

— А если нет?

— Ну, у нас есть средства, чтобы изготовить еще. В любом случае придется, если этот дикий план будет запущен, — миллионы ампул.

— Спасибо, что сообщили, — сказал я и уже собрался идти в комнату.

— Э-э-э... мистер Нивене. Есть еще вопрос переносчиков...

— Переносчиков?

— Да, переносчиков инфекции. Мы не можем использовать крыс, мышей и прочих. Вы в курсе, как передается болезнь на Венере? Маленькими летающими коловратками — я имею в виду венерианский эквивалент этого насекомого. Здесь таких нет, а это единственный способ распространить инфекцию.

— Вы хотите сказать, что при всем желании не можете меня заразить?

— Нет, почему же. Я могу ввести вам вирус в кровь. Но мне трудно себе представить, как миллион парашютистов высаживаются в красной зоне и просят людей с паразитами на спине не дергаться, пока им не сделают уколы.

— Он беспомощно развел руками.

У меня в голове начал складываться план. Миллион парашютистов, разом...

— А почему вы обращаетесь ко мне? — спросил я. — Это скорее по части медиков или биологов.

— Конечно. Я просто подумал... Вам как-то легко удается...

— Спасибо.

— Мой мозг пытался решить сразу две задачи одновременно, но получалось что-то вроде автомобильного затора. Сколько, интересно, всего людей в красной зоне?

— Скажите-ка мне вот что: допустим, у вас лихорадка. Вы не можете меня заразить?

В высадке не могут участвовать медики: их в таком количестве нет...

— Это будет нелегко. Если я возьму у себя со слизистой оболочки мазок и он попадет вам в горло, тогда вы, видимо, заболеете. При переливании крови от меня к вам заболеете наверняка.

— Значит, нужен непосредственный контакт, да? — Сколько человек сможет обработать один парашютист с антитоксином? Двадцать? Тридцать? Или больше? — Если этого достаточно, тогда у вас нет никаких проблем.

— Как это?

— А что прежде всего делает паразит, встречаясь с другим, которого он последнее время не видел?

— Конъюгации!

— Я всегда называл это «прямые переговоры», но я пользовался неточным термином, который употребляли паразиты. Вы полагаете, болезнь можно передать таким образом?

— Полагаю? Я в этом абсолютно уверен! Мы уже доказывали — здесь, в лаборатории, — что при конъюгации происходит обмен белками. Тут уже никто не избежит инфицирования. Мы сможем заразить всю колонию, как одного человека. И как я сам до этого не додумался?

— Вы не очень-то пока настраивайтесь на победу, — сказал я. — Хотя лично я думаю, что этот трюк сработает.

— Сработает! Еще как сработает! — он собрался бежать, но остановился.— Э-э-э... мистер Нивене, вы не станете возражать... Я знаю, что это слишком большая услуга...

— Что такое? Выкладывайте, — мне не терпелось вернуться к решению второй проблемы.

— Вы позволите мне объявить об этом методе распространения болезни? Разумеется, приоритет открытия останется за вами, но генерал очень на меня рассчитывает, а это как р. , то, что необходимо мне, чтобы закончить отчет.

Так ему было невтерпеж, что я чуть не рассмеялся.

— Ради бога. В конце концов, это ваша кухня.

— Вы чрезвычайно любезны. Постараюсь не остаться в долгу.

Хазелхерст отправился к себе счастливым человеком. Я тоже. Приятно, когда тебя считают гением, — я начал входить во вкус.

Остановившись в коридоре, я продумал основные моменты большого десанта и только после этого вернулся в комнату. Мэри открыла глаза и одарила меня своей райской улыбкой. Я протянул руку и пригладил ее волосы.

— Привет, рыжик. Ты знаешь, что у тебя муж — гений?

— Да.

— Знаешь? Ты никогда мне этого не говорила.

— А ты никогда не спрашивал.

В своем докладе Хазелхерст назвал способ распространения инфекции «вектором Нивенса». Сразу после него меня попросили высказать свои соображения.

— Я согласен с доктором Хазелхерстом, — начал я, — хотя здесь требуется экспериментальное подтверждение. Однако он не остановился на некоторых аспектах проблемы, которые носят не медицинский, а скорее тактический характер. Такой важный аспект, как задержка перед высадкой десанта с антитоксином,— можно даже сказать, краеугольный аспект...— Речь я продумал за завтраком, вплоть до драматических пауз; у Мэри, к счастью, нет привычки болтать с утра во время еды. — ...требует начала распространения инфекции сразу во многих точках. Если мы хотим спасти сто процентов населения красной зоны, необходимо, чтобы все паразиты были заражены почти одновременно. Тогда спасательные бригады смогут высадиться в красной зоне после того, как паразиты перестанут представлять опасность, но до того, как носители пройдут кризисный срок, после которого антитоксин уже бесполезен. Проблема легко поддается математическому анализу...— Сэм, сказал я при этом себе, старый ты шарлатан, тебе самому с такой задачей даже с электронным интегратором за двадцать лет не справиться. — И ее следует передать для решения вашему аналитическому отделу. Однако я позволю себе обрисовать проблему хотя бы в общих чертах. Количество векторов обозначим «X», а количество спасателей — «У». Существует бесконечное число решений этой задачи, но оптимальное решение зависит от возможностей материально-технического обеспечения. Я уже говорил, что здесь необходим точный математический расчет, но, основываясь на собственном, к сожалению, слишком близком знакомстве с их привычками... — Цифры я, как мог, прикинул на логарифмической линейке, но им, разумеется, этого не сказал. — Полагаю, что нам понадобится...

Все затаили дыхание. Когда я дал для «X» слишком низкую оценку, генерал меня перебил:

— Мистер Нивенс, можете не сомневаться, добровольцев будет столько, сколько нужно.

Я покачал головой.

— Добровольцев тут использовать нельзя, генерал.

— Да, я вас понимаю. Болезнь должна укрепиться в организме, и у добровольцев останется слишком мало времени, чтобы подействовало противоядие. Но эта проблема решается просто. Им можно имплантировать желатиновую капсулу с антитоксином или еще что-то. Тут наши люди справятся.