Чтение онлайн

Банки ещё играли роль посредников при перевозе средств. Доходы от предприятий, шахт, рынков и прочих источников стекались в ближайшие отделения на имена соответствующих владельцев, а затем централизованно перевозились.

– Добрый день, уважаемый господин, - поприветствовала Амиэля девушка, пока Маринетт озиралась по сторонам. – Чего изволите?

– Хочу получить некоторое количество средств, - напыщенно заявил Амиэль. – Смотри, Маринетт, как тут всё делается!

Теперь, когда он принял ванну и переоделся в новый камзол, маг выглядел как настоящий маленький лорд. Он вынул заветный сундучок и предоставил служащей одну из расписок. Маринетт увидела, как брови работницы полезли вверх.

– П-простите, - запнулась он, - но тут сказано, что вы являетесь привилегированным клиентом. Это означает предоставление практические неограниченной ссуды с соответствующего счёта. Прежде, чем я продолжу, я обязана удостовериться в вашей личности, господин.

– О, боги мои! – возвёл глаза к небу юный маг и достал грамоту, которую когда-то показывал в тюрьме. Краем глаза Маринетт увидела фиолетовый фон на бумаге и красивый герб, смахивающий на волчью голову. – И почему так каждый раз?!

– О, Морва! – воскликнула служащая. – Простите меня, досточтимый Амиэль Голдвайн! Какую сумму вы желаете получить?

– Три тысячи. Одну – крупными, а две – монетами номиналом поменьше. Для расходов.

– Конечно, господин! Подождите несколько минут! Скоро вы получите деньги! – и она удалилась.

– А что такое ссуда, юный господин? – поражённая размахом проведённой операции, спросила Маринетт.

– Это когда банк даёт тебе денег взаймы, под обещание вернуть. Ну, точнее, не обещание, а особый артефакт. Это что-то вроде ментального браслета, и если ты к завершению определённого этапа времени не расплатишься с долгами, то тебя будет легонько бить током… или морозить. И чем дольше ты не возвращаешь, тем сильнее тебя бьёт. Служители в банке даже говорят, что смертельные случаи были…

– Какой ужас, юный господин!

– Погоди, Маринетт, - хитро улыбнулся маг, - ты же невосприимчива к магии! А значит, ты сможешь взять ссуду и не возвращать! И ничего тебе не будет!

– Но юный господин, это преступление. Совершать преступления неправильно, к тому же, у нас теперь нет необходимости в деньгах!

– Какая ты правильная! Это у НАС её нет, а вот у тебя – очень даже. Неужели ты и впрямь думала, что тебя возьмут с собой наши “великие герои”. У всех них в головах лишь мысли о себе, сколько бы ты ни выслуживалась. Им нет дела до того, что тебе не хочется оставаться в Скавене и вечность быть шахтёром или официанткой!

– Какие злые вещи вы говорите, юный господин! – голос Маринетт принял совершенно иной оттенок. – Господин Герберт отважен, как лев, господин Эйвинд благороден и учтив, а Варди… он такой… такой… вдумчивый и сообразительный! А уж бабушка Лаффориэль столько сделала для меня, что я должна ей до конца жизни! – распалилась Маринетт. – Простите меня, юный господин, но мне придётся оставить вас. Меня ждут с покупками.

– Какие все стали благородные! Прямо рыцари печального образа.

– Вот ваши деньги, господин, - обратилась к нему служащая, протягивая увесистую мошну. – Желаете чего-нибудь ещё?

– Да, я желаю знать, где я могу найти мага Торонира.

– Простите, но это лишь легенда. Боюсь, этого человека не существует.

– А вот трактирщик считал, что он есть. И очень даже его боялся.

– Шахтёры считают, что это отшельник, живущий глубоко в шахтах. Но за столь долгие годы не было найдено ни одного его следа. Если желаете узнать больше, поспрашивайте людей победнее из Шахтного района. Они верят в подобные вещи.

– Хорошо, спасибо за ценные сведения.

– Мы всегда рады вам!

***

– Следующий! – уже в который раз хриплым голосом крикнула Лаффориэль. – СЛЕДУЮЩИЙ, говорю!

– Ну, это… в общем-то, кашель, это… постоянный, - путано рассказывал какой-то нищий, - совсем замучил, окаянный!

– Опять эта странная болезнь, - покачала головой целительница. – Хорошо, вот, возьми бутыль этого лекарства. Принимай его по глотку в день, и спустя месяц почувствуешь себя значительно лучше. А сейчас ложись на кушетку, и я немного облегчу отход шахтной пыли из твоих лёгких…

– Что?! – воскликнул шахтёр. – Вы меня резать будете?

– На колу мочало… - вздохнула Лаффориэль, поскольку каждый шахтёр реагировал на её фразы примерно одинаково. – Нет, к сожалению, процедура не инвазивная. Ты почувствуешь лишь небольшое тепло в области груди, а затем дышать станет проще.

Когда очередной пациент покинул лачугу, выделенную для великой целительницы Лаффориэль, бабушка краем глаза увидела, что очередь из жаждущих исцеления не только не сократилась, но и уже завернула за угол. Целительница бросила ещё один золотой септим в мешочек.

Вопреки её заявлению о том, что лечение проводится бесплатно, каждый нищий считал своим долгом отдать одну монетку благородной леди. Позади раздалось ворчание Баума, которому явно не нравилось изображать закутанный в плащ элемент интерьера, поэтому он время от времени напоминал целительнице, что ещё жив.

– Потерпи ещё чуточку, - уговаривала бессмертного гиганта Лаффориэль. – Кому сейчас легко? Ещё человек пятьсот и можно заканчивать, - говорила она больше себе, поскольку её единственный собеседник её не понимал. – Эх, ну где там Маринетт? Надо было отправить тебя с внученькой!

Ситуация в Квахазе была патовая: в дополнение к целому букету обычных заболеваний чуть ли не у каждого жителя бедняцкого района был «Шахтный хрип». Болезнь была не новой и хорошо исследованной, поэтому Лаффориэль быстро приготовила котёл зелья, которое раздавала больным.

Недуг развивался у шахтёров от долгого пребывания в шахтах и не был смертельным. Мелкая шахтная пыль забивала лёгкие, останавливала отделение слизи и затрудняла дыхание. Однако больной фактически больше не мог больше работать киркой и, за отсутствием заработка, отправлялся прямо в Квахаз, за городские стены, подальше от “нормальных” людей. В дополнение к кашлю болезнь вызывала одышку, слабость, частое головокружение и преждевременное помутнение рассудка, вероятно, вследствие кислородного голодания.

Созданное Лаффориэль зелье увеличивало отделение лёгочной слизи и усиливало отход дряни из лёгких. А вспомогательные заклинания ещё больше ускоряли оба процесса. Непосредственно после применения заклятий на больного, у него улучшалось дыхание, чувствовался прилив бодрости.

Однако те, чей мозг уже подвергся постоянному кислородному голоданию, были не в состоянии излечиться и больше походили на трэллов некромантов. Они просто ходили, ели и спали. Даже милостыню просить были не в состоянии, так что чаще всего их уводили в пустыню и там бросали.