Чтение онлайн

На следующий день я была нереально опухшая от слез и совершенно без сил, мне не хотелось ничего, ни идти куда-то, ни делать что-то, ни разговаривать. Мы позавтракали в отеле и стали собираться гулять, я была очень холодна, честно говоря я просто была никакая, вся в себе, он тоже был не в своей тарелке. Спустя полдня, развеявшись, настроение стало подниматься, и мы даже хохотали, когда делали фотографии, горы забрали почти весь мой негатив. Мы пришли в старый город и увидели много винных магазинчиков, и конечно же, я не могла не вспомнить свою мамочку, которая обожает Киндзмараули, Зейн сказал срочно нужно его искать. Заходим в один из магазинов и нам сразу предлагают дегустацию, встретил сам хозяин места, говорил на английском, но как-то внезапно перешел на русский язык, на что я вежливо и по-английски попросила продолжить беседу на международном языке, так как мой мужчина иностранец, хозяин согласился, но Зейн уже завелся. Он перебил его, и стал выговаривать насколько тот некомпетентен в своей работе, раз позволяет себе настолько неуважительно относится к потенциальным покупателям, и вообще, это не по-мужски, я думала, что уже начнется драка, так как две горячие крови ничего хорошего не обещали, но хозяин как-то ловко ушел от разговора. Мы нашли свое вино, купили его, вышли, затем подумали, что взяли мало и вернулись, чтобы взять еще, и пока нам его упаковывали я обнаружила, что на стенде оно стояло в разы дешевле. Сказала об этом Ему, что началось… Он так ругался, и за обман, и за поведение, в итоге нам сделали очень хорошую скидку, только бы мы ушли. Он еще долго возмущался по поводу такого поведения, а я только осторожно вставила, что теперь он должен понимать, что я и вчера ни с кем не флиртовала. Он промолчал. Остаток дня прошел хорошо, мы искали транспорт для поездки в Батуми, вставать нужно было довольно рано. Дорога прошла спокойно, хотя и не совсем удобно, но когда я увидела море, все плохое буквально смыло волной. Он выбрал нам прекрасный отель, и на этот раз нам действительно повезло, панорамные окна, терраса на крыше, вид на море, дружелюбный персонал и прекрасная еда! Мы гуляли по бульвару, сидели в разных кафешках, отдыхали на пляже. Один раз там устроили пенную вечеринку, в три часа дня, и все люди, и стар, и млад побежали танцевать в пену. Мы тоже пошли посмотреть, он стал просил меня танцевать, но я как-то не была к этому готова, я никогда не была на подобных мероприятиях, кроме того я ужасно смущалась, что разозлило его. И опять мне пришлось выслушивать о том, какая я вся плохая, как я тусила по ночным клубам, а с ним даже один танец не смогла станцевать. Я снова попыталась объяснить, что просто я не могу так сходу и тому подобное, но мои слова уже никто не слушал. В море я запрыгнула к нему на руки и он внезапно мне выдал, что когда летел сюда, у него возникло сильное желание завести со мной ребенка, я тут же все забыла и купалась в счастье. Позже мы начали разговаривать на тему свадьбы, но он был очень сух, я спросила кого бы он хотел, мальчика или девочку, на что он ответил, что все равно, что очень меня насторожило, потому как ранее на подобные вопросы он всегда четко и определенно отвечал только девочку, я напомнила ему об этом и он как-то наотмашь ответил, типа у нас уже есть две девочки. Это все было так несуразно и неадекватно, как тебе в одно и тоже время говорят, что плюс и минус – это минус и плюс. Я чувствовала неладное. Он стал избегать разговоров о свадьбе. Совсем. Я решила отпустить ситуацию, на какое-то время. Приближался мой день рождения. Я была все время на нервах, не могла понять, что происходит, спал он отвернувшись от меня, спал плохо, однажды даже кричал что-то во сне и как-будто плакал, пропала близость, наша та близость, то чувство, когда мы слышим друг друга без слов. С одной стороны картина, произошедшего в Тбилиси не покидала меня, с другой стороны, я чувствовала, что мы теряем друг друга и по совсем другой причине. Все стало как-то натянуто. Он постоянно мониторил мой телефон, докапывался до каждой мелочи, хотя мне нечего было скрывать. И вот настал мой день. Он разбудил меня очень ласково, поздравил, цветов правда, к моему огромному сожалению, не было, сослался на то, что не нашел… Ну ладно. Сходили на море, ближе к вечеру стали собираться в ресторан. Пока я марафетилась, он погладил мне платье! Для меня это было, как гром среди ясного неба, ну не привыкла я видеть от мужчины такие поступки, это было таааааак милоооооо. Он даже купил рубашку, специально для этого дня. Говорил мне много комплиментов и вообще все было, как будто все было хорошо. Мы пошли в ресторан, на крыше, с широким видом на море и Батуми, красотища! В ресторане не было вообще никого! А посередине стоял стол только для нас двоих, украшенный, со свечами, все как я люблю. Я была в восторге. Он был очень доволен тем, как я радуюсь. Мы много кушали, разговаривали на тему о нас, уже в положительном ключе, снимали видео, где он в своем поздравлении сказал, что желает мне, чтобы следующий мой день рождения мы уже праздновали как семья, и со всеми нашими родственниками и друзьями. И тут вынесли торт. Я была в приятном изумлении. Он был небольшой, очень красивый и с большим фонтаном фейерверка! Я спросила, как он все это успел устроить?? Он просто улыбнулся. У нас была фотосессия, с безумно красивыми фотографиями, которые я до сих пор обожаю. А потом мы пошли прогуляться по бульвару. Честно говоря, мне хотелось продолжать и продолжать это веселье, наслаждаться этим счастьем, может потанцевать где-то, но как только мы вышли из ресторана настроение у Зейна резко поменялось… Его бесило, что все на нас смотрят, особенно мужчины на меня, я улыбалась ему и говорила, посмотри – все люди смотрят на нас с тобой, потому что мы очень красивая пара (что абсолютная правда), потому что мы такие разные, но мы вместе, потому что мы одеты нарядно, нужно наслаждаться нашим моментом, а не думать о том, кто на кого смотрит. Был даже момент, когда нам повстречалась группа арабских женщин, одетых полностью в их традиционную закрытую одежду, и они все чуть головы себе не свернули, глядя на него, да еще и комментарии отпускали в нашу сторону, которых я, естественно, не могла понять, что совершенно не смутило Зейна. Только все мои слова были бесполезны для него, и единственное, что я нашла сделать, это уйти от людей к морю… Настроение упало, мне было очень грустно и обидно за то, что он просто не умеет быть счастливым… Мы посидели на берегу моря и пошли спать…

На завтра мы решили поменять пляж и пройтись дальше, дошли до всем известной скульптуры влюбленных, которые встречаются и прощаются, до чертового колеса, и всех тамошних достопримечательностей. Он снова закрылся, изнутри. А я страдала. Мы пришли на пляж, я попросила купить пива, он сходил в стоящее рядом кафе, а потом стал говорить, как я своим видом показывала всем, находящимся вокруг парням, что я готова на все. Откуда он все это берет, я просто не представляю. Что это? Больная любовь? Ревность? Что? Я такого никогда в своей жизни не видела и не слышала. Опять успокаивала и доказывала, что все не так. К вечеру решили поужинать там же на бульваре, не заходя домой. Я одела шорты и без задней мысли шла по пляжу без туники, которая была абсолютно прозрачная, в сеточку. Тут он стал злиться и возмущаться, как я могу себе такое позволить и тому подобное, я сказала, что это все же пляж! Тут все так ходят, и моя туника мало чем поможет, что-то он об этом молчал все время. Меня реально начало уже бесить все это. Кроме того, я взяла майку, на случай, если мы зайдем перекусить, что и сказала ему, но мне нужно найти леди рум для переодевания, так как кабинок на пляже не было. Он согласился, но все равно был на грани приступа, придирался к каждому моему слову и шороху. Мы пришли в ресторан, я давно хотела рыбы, сделали заказ, я попыталась снова поднять настроение нам обоим, но тут началось еще больше. Орать он не мог, так как люди вокруг, он просто шипел на меня и глаза у него были бешеные, я не выдержала и расплакалась, мне снова было так обидно, я не понимала почему он так себя ведет, что я делаю не так, что нужно делать, чтобы он снова стал прежним, передо мной сидел не Зейн, а какое-то злобное ужасное существо, которое просто ненавидит меня со всей, что у него есть силы. Он стал успокаивать меня, как-то смешно встал попытался приложить мою голову к себе, как это делают с детьми, и тут же сел обратно, как будто ему было очень неловко перед другими людьми. Конечно же, аппетит абсолютно пропал, как и все остатки настроения, я просто пила вино, а он говорил, как много и все время я пью, и ругал кухню заведения. Потом мы молча и медленно шли обратно к отелю, было уже очень темно, на бульвар вышло много уличных музыкантов, что создавало праздничную атмосферу, куча аттракционов, везде фонарики, много людей, но я была как будто одна, и сердце мое болело, хотелось реветь, просто вылить все, что у меня было внутри наружу. И тут я услышала одну из своих любимых песен “Creep” группы Radiohead, это был просто эпик! Мы сели на траву недалеко от музыкантов и я пела ему эту песню и плакала, он расчувствовался, гладил мои волосы, целовал. А я поняла, что это конец. Что мы закончим наши странные отношения здесь, в Грузии…

Мы еще много где гуляли в последние дни нашего пребывания в Батуми, и мне запомнился очень наш последний там вечер. Мы дурачились, пили на ходу вино, купленное на местной ярмарке, фоткались с темно-синими от него языками, нашли превосходное место на пирсе, и много разговаривали о нас, в положительном ключе. Он стал опять много обещать, я всему верила, он снимал меня и нас на видео, как мы любим друг друга, какая я красивая. Фантастика. Ну как, как все это может уживаться в одном человеке? Невероятно просто. Мы возвращались в Тбилиси, там у нас оставался один день вместе, даже без ночи, у него был самолет в ночь, а я должна была уезжать рано утром. Я очень и очень грустила. А он по-моему был уже у себя дома. Его уже вообще ничего не волновало, даже то, что везти меня до Владикавказа некому (мой таксист не отвечал на звонки, а к кому еще обращаться я не знала). Мне становилось страшно. Мы правда сходили к месту, где собирались перевозчики, но там оказалось жутко дорого, короче я оставалась одна, с полной неопределенностью, но больше всего меня удивляло и бесило Его спокойствие на этот счет. Мы побыли оставшееся время в номере, а потом Он уехал в аэропорт, очень сухо попрощавшись, было даже ощущение, что он уже не может дождаться своего отъезда. Я проплакала полночи, звонила разным таксистам, никто не хотел меня брать, и уже ближе к часу ночи мне перезвонил мой таксист, сказал, что был в горах, поэтому не было связи, какое счастье! Но сказал, что не повезет меня, правда передаст своему другу, чтобы тот меня забрал. Я была на грани нервного срыва, а вдруг он меня не возьмет, а вдруг опоздает, а у меня билет на автобус из Владикавказа уже на руках, а вдруг, а вдруг… Где же ты Зейн. Что же ты меня оставил так, одну. Слава Вселенной, водитель приехал за мной вовремя, и я, вся опечаленная поехала обратно домой.

Приехав во Владикавказ, с нетерпением открыла наконец-то вацап, и… не обнаружила ни одного сообщения. Он даже не написал, что долетел. Он даже не спросил, добралась ли я, жива ли я вообще. Я написала, в ответ получила грубый ответ, что он долетел и все нормально, и что он, вообще-то, занят. Я была раздавлена. Всю дорогу я глотала слезы и пыталась понять очевидное. Я просто не нужна. Но как же это больно. Как пережить это все. Дома меня ждало увольнение, и я опять оказалась на дне. Со всех сторон. Я не жила, я существовала. Мы общались изредка, не хорошо. В очередную из ругачек, которые происходили в основном на пустом месте, Он безумно орал на меня на тему того, что я не вылечила его душевные страдания в Грузии, как он того ожидал, и что он не может ни простить, ни забыть мне своей боли, что даже в постели я была совсем другая, и ему сразу стало понятно, что у меня есть кто-то. А то, что в первый день я была никакая после дороги, а потом не могла прийти в себя от невероятного унижения – это для него ничего не значит. И снова все об Инстаграм. Бесполезно было человеку объяснять, что все о чем он думает существует только лишь в его голове, а не на самом деле, и что все фото были сделаны до наших с ним отношений. Бесполезно было все. Он только еще больше злился и кричал, что я лгунья, и что он сам все видел. Что видел. Что за фантазия. И тут он мне сказал, я посмотрю на тебя, как ты себя будешь чувствовать, если увидишь меня с кем-то, и прислал мне фото со своей бывшей русской. Я, конечно, разозлилась, но только от того, что он до сих пор хранит эти фотографии, на что он сказал, ведь я тоже хранила, хотя не придавала значения, вот и он не придает. И прислал еще одно фото, где он уже в Саудовской Аравии, после нашей с ним поездки, в той самой рубашке, которую он купил на мой день рождения, с двумя отвратительными филиппинками. Я разревелась, как же больно, за что так со мной. Какие-то шлюхи… Я заблокировала его, а он стал писать мне в другие приложения, с издевательским вопросом ну как же я себя теперь чувствую. Я только сказала, что вся разница в том, что те фото, которые ему у меня не понравились были сделаны задолго ДО него, и не содержат никакого того смысла, которого бы ему хотелось придать, а он делает все это сейчас, мне на зло, когда мы вместе, да еще и после совместного отпуска, и заблокировала его везде. Я жутко болела, душевно. Через некоторое время он начал писать мне на почту, просить прощения, говорить, что у него ничего не было с теми женщинами, я уже не верила, но разблокировала, и продолжала общаться. Что за любовь?? Любить и ненавидеть одновременно. Я не хочу так! Я хочу нормальных, хороших отношений, которые приносят счастье и радость, а не вот это все. Но и отказаться от него не могу. Как-то раз, я поехала с дочкой к одной своей подруге, мы много с ней разговаривали, она пыталась отвлечь меня хоть на что-то, а внутри меня было только одно – пусть он мне еще раз изменит, скажет об этом и уж тогда я точно его никогда не прощу. Как раз в тот день мы с ним много общались, он даже говорил мне о любви, что очень скучает, но внутри себя я чувствовала, что все это было неискренне. Совсем. Ближе к ночи он снова пропал. А утром я нашла от него сообщения о том, что он изменил мне сегодня ночью. Ездил с друзьями в компаунд, где есть клубы и алкоголь и все на свете, напился, познакомился с какой – то американкой, которая в танце терлась о него весь вечер, и что переспал с ней на ее вилле. И вообще, что у нас не может быть никаких отношений, поскольку он мне не доверяет. Я снова, как во сне. Сижу на крыльце дома подруги, она что-то говорит мне, а я где-то там. Наверху. Молчу. Это уже даже не шок. Спустя какое-то время я стала издавать странные звуки, это не крик и стон, это какой-то рык, умирающего животного, и слезы потекли океаном. Она успокаивала меня, а я не хотела жить. Я просто хотела умереть. За что со мной так. Ну за что??! Я приняла все, отдала всю себя, в ответ беспричинно стала законченной шлюхой во всей вселенной, с которой можно вести себя как только душе вздумается.

Конец ознакомительного фрагмента.