Чтение онлайн

Тихий голос доктора Р. проникал глубоко внутрь Евы. Ей становилось спокойнее, появилось ощущение уверенности в том, что лекарства помогут и сделают жизнь проще, сделают её похожей на сотни других. Ева улыбнулась и откинулась на спинку кресла. Доктор снова подошла к окну, кивнула кому-то и вернулась на место.

– Ну, что ж, думаю, наш сеанс завершён. Тебе есть о чём ещё мне рассказать?

– Пожалуй, нет, – Ева опустила глаза, почувствовав неловкость.

Утренний разговор с Мартой не выходил из головы.

– Уверена?

– Да.

– Тогда, до встречи. Документы на получение лекарств возьмешь на выходе, всё готово.

– Уже?

Медицинская сестра равнодушно сунула Еве документы и попросила подписать второй экземпляр. Бросив взгляд на часы, Ева вздрогнула, до занятий осталось полчаса, а это означало, что она опоздает и наверняка получит наказание. Она что есть сил побежала по длинным и извилистым коридорам Патрулата.

Белые стены и огромные окна без перегородок мелькали перед глазами. В висках пульсировало, дыхание сбивалось, и сердце колотилось что есть мочи.

Вбежав в аудиторию за пару секунд до звонка, Ева протиснулась на задний ряд, рядом с каким-то хмурым парнем. Он нервно листал небольшую синюю книжечку, водил пальцами по её исписанным страницам, закрывал и крепко сжимал.

Ева покосилась в его сторону и заметила, что книжечка совсем старая, напоминающая те, что существовали задолго до её рождения. Она всего один раз видела такие экземпляры. В старой библиотеке, которая практически затерялась в промышленном районе.

Рабочие редко читали. Им было не до чужих мыслей в книгах. Некоторые, как заметила Ева, и вовсе не умели читать. Что, по её мнению, было удивительно, ведь каждый гражданин города ходил в учебные заведения. Все они сдавали единый экзамен, но по какой-то причине, одни создавали прогресс своими умами, другие – руками. Первые тратили часы на дальнейшее обучение, вторые же не понимали ни книг, ни прогресса. Они утверждали, что чтение не приносит никакой пользы, только отнимает время. Жизнь и так слишком коротка. Нечего забивать голову чужими мыслями. А их осталось не так много. Библиотека работала только с новыми изданиями, по нескольку раз переписанными современными учёными. Найти что-то действительно стоящее не представлялось возможным. В Историческом Отделе хранилось несколько экземпляров первоисточников, но доступ к ним закрыт даже для самих сотрудников. Так что в основном читали Кодекс и учебники по истории.

Парень покосился на Еву, и она поспешила отвести взгляд. На сцене загорелся свет в центр вышел Мариус – четвёртый генерал объединённой армии. Высокий, с аккуратно подстриженными седыми волосами, пухлыми губами и небольшими, но выразительными зелёными глазами. Левую его щёку делил на несколько частей длинный выпуклый шрам. Он прерывался у глаза и рассекал бровь. Он передвигался по сцене спокойно и плавно, внимательно всматриваясь в каждые глаза, которые попадались. Ева боялась смотреть в его сторону и опустила голову. Руки её дрожали, а дыхание участилось.

– Я думаю, все понимают важность сегодняшнего собрания. Мы уже много десятилетий ведем борьбу с теми, кто когда-то разрушил мир. С каждым годом они становятся всё проворнее. Проникают в города, пытаясь разрушить вашу жизнь. Они жестоки, не способны к диалогу. Ими движет древний инстинкт – убивать ради убийства.

Зал оживился и зашептался.

Наш Великий Консолидат и Патрулат путём долгого расследования выяснили, где прячутся предатели. Теперь мы идём на шаг впереди! В скором времени противостояние лучших из людей и предателей будет окончено.

Словно единый организм, зал взревел. Несколько человек сорвались с мест и начали аплодировать.

Я чувствую, что в этих собраниях присутствует дух единства. Мы словно один великий и могучий человек. Мыслим одинаково, верим в одно и то же. Вот офицеры седьмого и четвёртого отрядов. Высокие, сильные. Они машина для уничтожения врагов государства, за ними второй и третий, двенадцатый и «бумажные люди» из десятого.

Ева встала неохотно, хотя и чувствовала восторг от одной только мысли, что скоро в городах настанет мир. Она жаждала его, как любой гражданин Шелтера. За рёвом зала никто не заметил шороха на потолке. Только незнакомец слева отвлёкся от своей книжечки и толкнул Еву в бок.

– Уходи, – шепнул он и сунул ей в руки свою драгоценность.

– Куда? Собрание ещё не закончилось, – она удивилась и даже немного возмутилась таким поведением, но инстинктивно засунула книжечку за пояс и прикрыла футболкой.

– Уходи, сейчас рухнет, – ещё раз шикнул парень и, расталкивая всех, полез в самый центр толпы.

В этот момент Ева услышала скрежет и подняла глаза. Огромная старинная люстра, с вензелями и хрусталём, увешанная серёжками и бусами, раскачивалась то вправо, то влево. Ева на какое-то мгновение вспомнила первый год в Патрулате. Эта люстра удивила её и напугала. Огромный паук, тянущий свои тонкие хрупкие лапки вниз. Люстра всё качалась и мрачно позвякивала «бряц-брацца-дзынь-бряцца». «Посмотрите, на меня. Я здесь. Почему никто не замечает, какая я красивая? Бряцца-дзынь-браца. Поднимите глаза. Эй, ты человек, единый организм с сотней лиц, посмотри на меня. Посмотри и вспомни о былом величии. Вспомни о красоте уникальности. Я здесь одна, словно призрак, качаюсь в обрывках фраз», – кричала люстра. Но никто не обращал на неё внимание. Мариус продолжал вещать о мире и войне, а люстра уже готовилась рухнуть прямо на него.

– Она сейчас упадёт, – закричала Ева, но никто даже не повернулся на её истошный вопль. Недолго думая, она рванула вперёд, расталкивая ликующих, – генерал, – снова крикнула Ева и всем весом навалилась на Мариуса.

От него не пахло ни чем-то приятным, ни потом, ни едой, словно его и вовсе не существовало. Он на мгновение впился в Еву своими пустыми глазами и свёл брови.

В этот момент люстра, мотаясь на одном только толстом канате, со свистом пронеслась над их головами, задев лишь плечо Евы и рухнула в центр уже визжащей толпы. Мариус оттолкнул от себя Еву, и она врезалась в трибуну, стоявшую рядом. Этот удар оказался сильнее, чем тот, что она получила от люстры.

Генерал вскочил на ноги и оглядел зал. Смахнул пыль с лица, пригладил волосы и, прихрамывая, направился к выходу, расталкивая патрульных, которые кинулись ему на помощь. Казалось, что всё произошедшее не волновало его. И те мёртвые тела под люстрой и девушка, которая его спасла. Он, глядя только вперёд, вышагивал к выходу.

Ева нахмурилась и прижала рукой плечо. Ноющая боль прокатилась по всему телу и застряла где-то с левой стороны. Ева поняла не сразу, что, кроме глубокой раны на плече, сломала ребро, когда падала на генерала. В зале кричали, пытались вытащить выживших из-под люстры, мёртвым грузом лежавшей в самом центре. Она убила пятерых, ранила ещё шесть, четверых насмерть затоптала толпа, испуганное стадо, как подумала Ева и снова вспомнила фильм на уроке биологии. Когда хищник нападает, обезумевшее стадо несётся куда глаза глядят. Не видит никого. Каждый сам за себя. Люди ничем не лучше стада бизонов. Нападать толпой, спасаться поодиночке.

Ева на мгновение прикрыла глаза. Пыль мешала моргать без боли. Но эта боль не шла ни в какое сравнение с той, что заставляла сердце биться чаще.

– Тебе помочь?

Незнакомый голос вернул в реальность, но сил посмотреть в его сторону не хватило. Голова закружилась, появилась тошнота, тяжёлый ком подкатил к горлу. Ева прикрыла рот рукой, плотно сжав зубы.

– Значит, помочь, – повторил мужской голос, и Ева провалилась в темноту.

Всего через двадцать минут она открыла глаза на кушетке в медицинском отделении Патрулата.