Чтение онлайн

Останавливаясь на пороге святыни, девушка бегло осматривается по сторонам. Пряный запах тут же ударяет в нос, стоит двери за Клем закрыться. Голова невольно кружится, а самой рыжей кажется, что вся кожа ее горит. Болезненно.

Однако эта боль скоро отступает. Ведьма внутри подчиняется обстоятельствам.

Следуя к иконам, девушка устало смотрит на лики святых. Она ничего не чувствует. Лишь пустоту.

– Почему я должна умереть?
– беззвучный вопрос срывается с ее губ, однако девушка и не надеется получить на него ответ. Оставляя свечку у одной из икон, Клем бегло покидает святыню, решаясь не гневить ни ведьму внутри, ни свет этого места. Ей уже нужно время… Нужно успеть сказать одному блохастому созданию о том, как же она его любит.

А что? Терять ей уже все равно нечего…

========== Глава 8. ==========

Когда Зейна нагло втащили в комнату, закрыв за ним дверь, парень не противился. Когда его довольно грубо прижали к стене, оборотень даже пискнуть не успел. Он просто удивленно уставился на ведьму, что уже спустя пару секунд властно завладела его губами, втягивая в пылкий и будоражащий поцелуй.

Против поцелуя брюнет ничего не имел, но вот причину подобного поведения Клем понять так и не смог. Просто не менее охотно ответил на жаркое касание губ, опустив руки на хрупкую талию рыжей. Ведьма же, не почувствовав сопротивления, лишь охотнее прижалась к нему, почувствовав, как бешено бьется сердце в груди оборотня. Или в ее собственной?

– Клем, - тихий стон тут же сорвался с губ Зейна, стоило рыжей закончить поцелуй.- Что ты творишь?
– севшим от возбуждения голосом поинтересовался оборотень, непроизвольно облизнувшись.

– То, что давно хотела, - мягкая улыбка невольно появилась на губах девушки.
– То, что так боялась сделать раньше, - нежно шептала ведьма, зарываясь рукой в спутанные волосы оборотня. Довольно пропуская их сквозь пальцы, она сильнее прижималась к охотнику, пытаясь согреться. Просто побыть близко-близко. Почувствовать его рядом.
– То, на что решилась только на грани смерти…

Если первые слова девушки заставили Зейна улыбнуться, то последние болезненным эхом отозвались в сердце оборотня.

– Что ты хочешь сказать? Клем, ты..
– он не сумел закончить фразу, так как просто не хватило сил. Болезненно впечатав девушку в стену и сжав ее хрупкие плечи в своих руках, оборотень пытливо заглянул Клементе в глаза. Ведьма впервые почувствовала его власть над ее телом.
– Говори!

– Предвестник Смерти… Он нашел меня, - печально отозвалась девушка, спрятав взгляд за рыжей копной.
– Пара дней, не больше, - шепот разрядит мрачную тишину комнаты. Сглотнув болезненный комок в горле, ведьма плотнее прижалась к охотнику, который уже ослабил хватку. Уткнувшись носом в плечо Зейна, Клемента позволила себе расслабиться. Хотя бы в последние дни своей жизни она будет счастлива. Она будет собой.

– Как? Как ты умрешь?
– слова с трудом дались оборотню, но ему нужно было знать. Возможно, для того, чтобы помочь, придумать что-то; возможно, для того, чтобы просто быть рядом в нужный момент.
– Прошу, скажи… Клем, я не чужой тебе человек, я должен знать…

– Стая, - одно слово. Всего одно слово заставило Зейна почувствовать пустоту внутри собственного тела. На какой-то миг охотнику показалось, что даже собственное сердце перестало биться.

– Как?
– грубо спросил брюнет, плотнее прижав к себе девушку. Уткнувшись носом в ее волосы, вдохнув горько-ненавистный аромат полыни, Зейн почувствовал, что теряет все. Последний лучик надежды, что был дарован ему свыше. Последний лучик счастья, что грел его в эти ненавистные дни собственного бессилия.

Клем была всем для него. Терять ее было равносильно потери собственного себя. Это было невыносимо.

– Они не могут простить мне того пожара, тех блохастых, что я убила. Я их понимаю, - горько усмехаясь, девушка нежно касается щеки охотника, заглядывая ему в глаза. Опаляя горячим дыханием потрескавшиеся губы оборотня, Клем вновь накрывает их, едва уловимо шепча: - Я ни о чем не жалею. Ты тоже не жалей…

Он жалеет. О том, что оказался слаб. О том, что не уберег ее.

– Меня убьет собственная сила, но вместе с ней погибнут все отродья, что так ненавистны тебе, - практически смеется девушка, первой разрывая очередной поцелуй. Ее громкий, бессильный смех эхом повисает в комнате, заставляя ведьму практически застонать от боли. Она ненавидит себя такую. Истеричную дуру. Слабохарактерную девчушку. Однако сейчас ей можно. Все можно…

– Погибнет та, кто дороже мне всего на свете. Погибнет та, которую я люблю до чертиков. Клем, черт, одумайся, что ты несешь?
– он вновь впечатывает ее в стену, заставляя замолкнуть. Успокоиться.
– Мне плевать на смерть своей бывшей стаи, если вместе с ними погибнешь и ты. Глупая, ты хоть понимаешь…

– Понимаю, - обрывает его охотница, затыкая поцелуем. Грубым. Властным. Охотно сминая его губы, Клем довольно отвечает на влажную борьбу языков. Ее трясет. От страсти. От страха. От всех эмоций, что сейчас переполняют ее тело.

Ей действительно страшно в этот момент. Страшно умирать. Терять все, что сейчас имеет. Терять Зейна.

Она боится… Пусть и никогда не признается в этом.

– Я все прекрасно понимаю, и именно по этому сейчас нахожусь рядом с тобой. Именно по этому так близко прижимаюсь к тебе, желая провести остатки своей жизни в любимых и нужных объятиях. Черт, Зейн, да я же люблю тебя. Любила, люблю и всегда буду любить, - слезы градом спадают по ее щекам, тут же стираясь губами охотника.

Пугливо обнимая оборотня и подталкивая его к дивану, Клем охотно падает сверху, прижимая Зейна своим телом. Она несколько минут не двигается, но чувствуя, как руки брюнета спускаются на ее талию, быстро перехватывает инициативу.

Жаркие поцелуи разрываются лишь тогда, когда той или очередной вещи приходится покинуть их пылающие тела. Умом завладевает сердце…

Благоговейно скользя губами по обнаженному телу ведьмы, охотник нежно целует каждый миллиметр открытой ему кожи. Даже легкий запах полыни не заставляет Зейна отстранить от желанного тела. Наоборот, сейчас этот запах лишь сильнее заводит его. Брюнет охотно смакует терпкий, немного горький привкус, что собирают его губы в момент ласк.

– Зейн, - его имя, что срывается с ее губ вместе с очередным стоном, приятно балует слух оборотня. Наслаждаясь моментом, он полностью исследует ранее недоступное тело девушки. Касаясь губами бусинки ее соска, оборотень несильно сжимает его губами, облизывая языком. Сладко причмокивая и смакуя, он видит, как страстно извивается под ним ведьма, зарываясь рукой в смоляные волосы оборотня.

Он не может позволить ей умереть. Зейн охотно это понимает. Он обязательно придумает что-нибудь, но потом… Сейчас он просто насладиться этим моментом, когда над разумом правит тело. Когда все чувства выходят наружу, а секреты раскрываются слишком просто.

Ладонь плавно скользит по внутренней стороне бедра, заставляя девушку тут же отозваться на ласку. Закрывая свои глаза и изгибаясь в спине, Клемента тут же прижимается к любовнику, всем своим видом показывая, чтобы он продолжал. Уже переходил к тому, чего так жаждет ее тело.

– Не медли, - требовательно произносит она, содрогаясь под очередными ласками оборотня. Обхватывая его за бедра ногами, Клем чувствует, как плоть охотника тут же упирается в нее. Большая, пульсирующая, она невольно заставляет девушку задрожать. Не от страха. От желания…

Когда брюнет медленно проникает в нее, ведьма мечется. До боли кусает нижнюю губу, практически раздирая ее зубами. Однако понимая, что аккуратность парня приносит ей лишь боль, ведьма сама насаживается на член оборотня, тут же вскрикивая от эмоций, разлетающихся по ее организму. Новые. Яркие. Они захватывают девушку с головой.