Чтение онлайн

– Здорово, старина, – сказал он, растягивая слова. – Гэскуин, верно? Третий батальон? Помнится, мы вместе были в Пешаваре в девяносто шестом. Я думал, что ты давно ушел из полка. Как ты здесь оказался, старина?

– Ну, это долгая история. – Адам перевернул винтовку Сембура и засунул ее под мышку, прищурившись глядя на офицера. – Если не ошибаюсь, Джордж Планкетт. Однажды вечером в столовой я выиграл у тебя пять фунтов, заставив Флинта перепрыгнуть через длинный стол.

– Совершенно точно, старина, – Джордж Планкетт в недоумении разглядывал меня. – А можно ли узнать, кто эта молодая леди? Держу пари, она не тибетка. Не понимаю, кем она может быть.

Адам повернулся ко мне с серьезным лицом и слегка поклонился.

– Ваше Высочество, позвольте представить вам капитана Джорджа Планкетта из пятого батальона второго стрелкового полка гуркхов королевы Виктории. – Глуповатое от природы лицо капитана Планкетта приобрело совсем уж дурацкое выражение, когда Адам повернулся к нему и официальным тоном произнес: – Капитан Планкетт, имею честь представить Ее Высочество принцессу Джейни Джаханпурскую.

– Ее Высо?.. Джаханпурская? Ну и ну! – капитан Планкетт соскочил с коня. – Так, значит, это та леди, которая… Так ведь мы же здесь именно из-за этого! Про эту историю знает весь полк. О, позвольте, мэм, Ваше Высочество, я неизмеримо польщен, такая огромная честь.

Он взял мою грязную руку и склонился над ней. Я почувствовала, что меня разбирает смех, и вместе с ним ко мне вернулось немного энергии и способности чувствовать. Я улыбнулась капитану и сказала:

– Спасибо, капитан Планкетт. Мой муж представил меня официально, но вообще-то я еще и миссис Адам Гэскуин.

– Правда? Ну и ну! Мои поздравления, мэм. И тебя тоже, дружище Гэскуин, поздравляю. – Сдвинув на затылок фуражку, он почесал лоб. – Но все равно я не понимаю, что ты и Ее Высочество здесь делаете, подставляя себя под пули этих кхамба.

– Э, старина, боюсь, что об этом тебе лучше расспросить дипломатов, – сказал Адам, слегка понизив голос. – Понял намек?

– А? Ого, вот оно, значит, как. Ну нет, дипломатов мне, конечно, расспрашивать ни к чему. Дипломаты не любят, когда солдаты стараются разузнать их секреты, – он посмотрел на меня. – И достаточно об этом, верно, мэм?

Я наградила капитана Планкетта еще одной улыбкой.

– Мы очень признательны вам, капитан, не только за вашу сдержанность, но и за то, что вы появились здесь в столь подходящий момент. Позволено ли будет узнать, что привело вас на перевал Чак?

– О, прошу прощения, мэм, я думал, вы догадались. Это… э-э-э… в общем, я возглавляю отряд, который прислан для того, чтобы забрать останки старшего полкового сержанта Берра для захоронения их с воинскими почестями на военном кладбище в Горакхпуре, вот в чем дело.

Я взяла Адама за руку и крепко ее сжала. Прошло несколько секунд прежде, чем я смогла ответить:

– Благодарю вас, капитан Планкетт. Разумеется, мне следовало бы догадаться, поскольку я имею непосредственное отношение к вашей миссии, но… мой муж и я пережили сегодня ряд приключений и, по-видимому, соображаем несколько медленно.

– О нет, мэм, нет, – запротестовал капитан Планкетт. Следующие десять минут он потратил на то, чтобы обеспечить мне максимальный комфорт в течение того времени, что нам предстояло провести на вершине перевала Чак. Гуркхи устроили для меня из коробок с провизией что-то вроде кресла, а чтобы было мягко, положили на сиденье одеяла. Ординарец принес мне фрукты, сыр, хлеб и даже вина. Я заставила себя несколько раз откусить и выпить чуть-чуть вина, но больше в горло мне не лезло. Адам не отходил от меня. Я сказала ему, что не надо так за меня волноваться, а то я могу опять расплакаться. Только тогда он оставил меня в покое и принялся весело болтать с гуркхами.

Шестеро гуркхов послали вверх по перевалу, чтобы стоять на страже и быть уверенными, что никакие кхамба снова не явятся. Остальным было приказано убрать тела убитых кхамба и оказать помощь раненым. Когда капитан Планкетт отдал своим людям команду патрулировать перевал, Адам сказал:

– Если они обнаружат англичанина, одетого в твидовую куртку и по виду напоминающего призрак, прикажи им, пожалуйста, арестовать его. Когда мы доберемся до Горакхпура, его можно будет передать гражданским властям в качестве задержанного за попытку убийства Ее Высочества и меня.

Капитан Планкетт покрутил коротенький ус.

– Хорошо, старина. Но последнее, что ты сказал, моим парням лучше не знать, а то они оторвут ему голову. Видишь ли, они очень уважают Ее Высочество.

Гуркхи принялись разбирать могильник, чтобы переложить останки Сембура в простой гроб, который они привезли с собой.

– Пойди подожди внизу, моя милая, – предупредил Адам.

– Но это не будет так уж ужасно, Адам. Ведь здесь наверху или очень холодно, или очень сухо, поэтому тело очень хорошо сохраняется…

– Все равно, Джейни…

– Я понимаю. Я тоже предпочла бы помнить его таким, каким он был, но я не могу даже подумать о том, что когда его начнут переносить, рядом с ним не окажется друга.

– Джейни, я – его друг. Он поручил тебя моим заботам. И здесь солдаты-гуркхи из его полка, которые пришли, чтобы воздать ему почести. У него здесь очень много друзей.

– Ладно. И спасибо тебе, милый мой Адам, – я на мгновение прижалась щекой к его плечу. – Я спущусь вниз и попробую найти Нимрода. Возможно, он бродит где-то по перевалу.

– Не выходи за территорию, которую патрулируют гуркхи.

– Обещаю.

Они поставили временный пост в полумиле по перевалу, в том месте, где начинался долгий спуск к Шекхару. Там я обнаружила шестерых темнокожих крепышей с белозубыми улыбками, с которыми оказался и Нимрод. Они вытащили из его копыта камень и, когда я появилась, поили его из котелка.

Я долго хвалила Нимрода, обращаясь к нему на возвышенном тибетском, а затем сказала несколько слов на их собственном языке гуркхам, тепло поблагодарив их за все, что они для нас сделали. Выяснилось, что хавилдар рассказал им, что я – великая принцесса, которая смыла пятно с их полка, восстановив честное имя старшего полкового сержанта Берра. Они смущались почти как дети, поэтому я решила не стеснять их слишком долго своим присутствием.

Шагая по склону и ведя Нимрода, я размышляла о Верноне Куэйле и испытывала радость по поводу его провала. Если ему случится попасть в руки закона, то Куэйлу будет предъявлено обвинение в попытке убийства. Я же со своей стороны надеялась, что остаток жизни он проведет здесь, живя так, как живут кочевники-кхамба, и мы его никогда не увидим…

Вдруг небо словно раскололось, и я уже лежала лицом на земле, испытывая тошноту и головокружение и чувствуя, как содрогается грунт под копытами нервно ринувшегося прочь Нимрода. Чья-то рука схватила меня за воротник, слегка приподняла и потащила по земле волоком. На меня упала тень, и тут меня отпустили, перевернув ногой на спину. Я попыталась пошевелиться, но тут же получила оглушивший меня удар по голове.