Чтение онлайн

— Теперь дай мне свои ожерелья, — сказал Дюрелл Тане. Та принялась их снимать, и он продолжил: — Попытайся скрепить их друг с другом, соедини их в такую длинную цепь, какую только сможешь. Выбирай самые крепкие. Добавляй туда браслеты и все что есть.

— У меня никогда раньше не было украшений, — вдруг пожаловалась она.

— Это сокровища Али-Бабы, а не твои, — возразил Дюрелл.

Пока солнце садилось, Дюрелл все ближе придвигался к зверю. Под конец ему было позволено сидеть от него не дальше четырех футов. Пока ночная тьма не заполонила пещеру, Дюрелл смог заглянуть в тоннель позади тигра. Ворота, через которые в прошлый раз он вошел и потом скрылся с Таней, наверняка сейчас под надежной охраной. Но его интересовали маленькие боковые пещеры и тоннели, которые он тогда едва осмотрел. У Дюрелла не было того бодрого оптимизма, который он пытался вселить в Таню. Но кроме оптимизма у него сейчас вообще ничего не было.

Сумерки, словно приливная волна, заполняли яму. Таня сказала: — Вот что у меня получилось — и протянула ему цепочку из драгоценностей длиной в три фута. Он осмотрел её, гадая, смогут ли соединенные вместе браслеты и ожерелья выдержать его вес. Золото было мягким, нити — тонкими. Но больше рассчитывать не на что. Дюрелл спокойно заговорил со зверем. Тигриный хвост дергался и громко шлепал по песку. Дюрелл снова наполнил чашу водой из бурдюка и на этот раз поместил её в противоположной стороне ямы. Тигр не шевелился. Казалось, больше он пить не хочет. Дюрелл чувствовал холод надвигавшейся ночи, усиленный его наготой и множеством болевых точек по всему телу.

— Он не даст нам войти, — не унималась Таня.

— Ты слишком легко готова сдаться.

— Я через слишком многое прошла и устала.

— Я был там же, где и ты, — усмехнувшись, парировал Дюрелл. — Но ведь ты не станешь это обсуждать, верно? Ты хоть знаешь, что на самом деле с тобой произошло?

— Думаю, да.

— Но ты не доверяешь мне и не хочешь говорить об этом?

— Ты американский шпион. Я не могу тебе доверять.

Никогда не встречал такой несговорчивой и подозрительной женщины, подумал Дюрелл и хотел уже отвернуться, но внезапно из пещеры вышел тигр и прошествовал к чаше на противоположном конце ямы.

— Двигайся спокойно, но быстро, — скомандовал Дюрелл.

Взяв Таню за руку, он миновал место, где только что лежал тигр, и вошел в пещеру. Таня дрожала. Он тянул её за собой. Запах тигриного логова был непереносим. Тигр зарычал и кинулся вслед за ними.

— Стоп, — скомандовал Дюрелл Тане.

Они замерли во мраке и зловонии. Из-за наготы Дюрелл чувствовал себя беззащитным. Он не шевелился и только покачивал взад-вперед цепочкой из камней. Глаза тигра стали двигаться в такт колебаниям, и Дюрелл приостановил маятник. Они с Таней миновали привычное лежбище тигра, и сейчас зверь оказался между ними и ямой. Из тигриной глотки слышалось урчание. Таня вздрогнула.

— Он на нас бросится.

— Нет.

— Его же натаскивали, как сторожевого пса.

— Но он к нам привык. Приучился находиться рядом с нами. — Тигр внезапно опустился на брюхо, положил голову на песок и уставился на них. Дюрелл немного расслабился. — Все в порядке.

— Мы м-можем идти? — шепотом спросила Таня.

— Ничего другого не остается, нужно попробовать.

Они двинулись в дальний конец темной пещеры. Тигр ещё немного поурчал, облизнул челюсти, зевнул и остался лежать.

Вот что называется дрессировкой, — подумал Дюрелл. Имел он при этом в виду Таню.

Вечерний свет не проникал во мрак пещеры, так что Дюрелл сейчас не отказался бы от лампы Аладдина. Пещера — часть их тюрьмы — была создана самой природой; веками сочившаяся вода образовала в скале пустоты, которые служили ещё древним людям. Когда они медленно пробирались в тоннеле, кроме тихого шороха их шагов не раздавалось ни звука. После поворота вправо оставалось примерно сорок футов до железных ворот, сквозь которые он вошел в прошлый раз. Миновав поворот, за железными решетками Дюрелл разглядел мерцание вечерних сумерек.

— Сезам, откройся, — мрачно пошутил он.

Заклинание не подействовало. Дюрелл осторожно приблизился к воротам, опасаясь возможных часовых. Новые засовы и висячие замки придали препятствию надежность. Он немного постоял, вдыхая прохладный воздух пустыни, долетавший из крошечной долины. Казалось, много воды утекло с тех пор, как он впервые появился в этом саду Искандера, чтобы забрать Таню. Теперь он уже усомнился, что на этот раз все получится так же просто и удачно.

— Видишь, все бессмысленно, — шептала Таня. — Нам удалось миновать тигра, но для чего?

— Может быть, просто для того, чтобы найти мне пару штанов.

Впервые её лицо осветила неподдельная улыбка. Дюрелл отвернулся от ворот и двинулся назад, пока из-за поворота вновь не показался тигр. Отсюда боковые помещения были едва видны. В первом слева находились сундуки с драгоценными камнями и одеждой. Вероятно, — подумал Дюрелл, — эта сокровищница Хар-Бюри предназначалась для оплаты мятежа и сложилась из пожертвований тысяч сторонников, которых обманывали и запугивали, чтобы те решились отказаться от своих мизерных ценностей. Но его удивило, что Хар-Бюри хранил свои богатства в пещере — тюрьме. Возможно, только здесь он мог обезопасить клад от алчности своих соратников. На быструю и легкую добычу, — думал Дюрелл, — всегда найдутся желающие.

Сундуки были из прочного дерева, крышки окованы железом. Дюрелл не обратил внимание на драгоценности, ещё не прихваченные Таней, и повернулся к одежде. Там были вышитые шелковые женские платья, которые он игнорировал, с усмешкой покосившись при этом на девушку. Но зато в другом сундуке он обнаружил настоящие сокровища. Дюрелл выбрал себе рубашку и брюки по росту и почувствовал себя рядом с Таней гораздо увереннее. Он не отказался бы и от арсенала с оружием, но такое везение было слишком неимоверным. Оружия не нашлось.

— Почему здесь хранится военная форма? — спросила Таня.

Дюрелл приколол на погоны звездочки полковника.

— Настоящее имя Хар-Бюри — Рамсур Сепах. Он готовится к военному перевороту. Своих ставленников он оденет в армейскую форму, введет их в Тегеран — и никто не успеет сообразить, что опорными пунктами командуют подставные офицеры.

— Но где они возьмут оружие?

— У Та-По и мадам Ханг.

— Да… Картина выстраивается логичная.

— Ты тоже прекрасно туда вписываешься. Когда ты впервые заявила о себе, блуждая по окрестностям и всем подряд объясняя, кто ты на самом деле, Хар-Бюри решил, что тебя можно продать Та-По за немалую цену в виде военной и идеологической помощи. Вот почему он так стремился тебя заполучить. Вот почему он держит тебя здесь.

— Но я не представляю для Китая никакой ценности.

Он пытался разглядеть в темноте озадаченное выражение её лица. Она кусала губы.

— Мы оба это знаем, и отец твой знает тоже, — кивнул Дюрелл. — Но, возможно, остальные не в курсе. — Он сделал паузу. — Ты уже отошла от всего этого?

— Моя голова забита самыми противоречивыми воспоминаниями, пожаловалась она. — Интересно, почему тебе удалось справиться с последствиями быстрее, чем мне?

— Потому что я догадывался с самого начала. Пойдем дальше. Нужно многое успеть, а в запасе у нас только ночь.