Чтение онлайн

Грязные домишки, неряшливое селение и жители – все это на самых первых порах производит на вас крайне невыгодное впечатление; а когда вам приходится знакомиться с первой святыней этой обители, которая является поистине самым ценным памятником, – это часовня над дубом, в дупле которого в течение многих лет спасался преподобный Тихон, – то вы окончательно будете поражены невыгодностью внешнего впечатления.

Во-первых, часовня находится среди самого села, окружена с одной стороны чрезвычайно пыльной проезжей дорогой, а с остальных трех – деревенскими избами.

Во-вторых, сама часовня очень запущена, непомерно грязна, сохранившийся остов редкой святыни для верующего сердца – сам дуб – подпирается весьма примитивными подпорками; изображения святых от времени очень поблекли, и все это в связи с крайне небрежной, неряшливой улицей производит на богомольца ужасно тягостное впечатление.

Особенно же тяжелое впечатление на свежего богомольца производит пребывание в гостиницах Тихоновой пустыни, которые здесь устроены так, что они представляют собой как бы одну линию со стенами монастыря, причем передний фасад гостиницы выходит на улицу, а задний – на монастырский двор.

Конечно, невыгодность указанного впечатления дает не внутренность гостиницы, не ее администрация – наоборот, с этой стороны, кроме редкой услужливости, идеального отношения к богомольцам, поразительного смирения, предупредительности, не встретишь ничего.

Особенно трогательно то, что все указанные отношения и свойства обслуживающих гостиницу, начиная с редкого, как человека, внимательного, смиренного и гостеприимного, как инока, отца Иллариона – гостиника самой лучшей, самой чистой гостиницы № 1, и кончая гостиником отцом Василием, обслуживающим странноприимную для простого народа, где проходят десятки тысяч богомольцев крестьян, свидетельствует, что все эти люди редкого, высокого подвига, поразительного терпения и смирения. В монастыре все, начиная с номера и кончая столом, отпускается совершенно бесплатно, предоставляя вознаграждение личному благоусмотрению каждого богомольца – как бы ни было много народу. А между тем народу в этой пустыни бывает масса. Так, в прошлом году количество богомольцев доходило в день до 16 тысяч; в настоящем же году (16 июня) – до 10 тысяч, причем свыше 80 % представляет собой исключительно крестьянский, следовательно самый бедный, самый бестолковый, элемент.

Мы лично наблюдали, как в странноприимной столовой бедные иноки прямо не знали, что делать: не успеют накормить одну партию, как подходит другая, и так без конца.

Неприглядная сторона указанных выше гостиниц заключается в том, что они выходят окнами и подъездами на улицу, а так как все село представляет собой сплошное раскольничье гнездо, то, само собой разумеется, на глазах у богомольцев, прибывших как всегда в монастырь с самым высоким молитвенным настроением, очень часто разыгрываются возмутительные картины пьяных вакханалий; затем песни, игра на гармониках; в прошлом году, например, в то время как только богомольцы улеглись спать, раздались заунывные звуки набата, и все село озарилось ярким пламенем какого-то горевшего сарая, в котором кутили пьяные парни села.

Так что в этом смысле более приятное и отрадное впечатление дает другая сторона монастыря – задняя, хотя совсем нежилая и не особенно чистоплотная, но за ней, кроме хорошего сада, в центре которого находится большой монастырский труд, нельзя ветретить ничего нарушающего обычное, присущее таким обителям настроение.

Наоборот, стоит только пройти немножко подальше за этот сад, и вы попадаете в один, по-моему, из лучших уголков этой обители – монастырское кладбище.

Среди густой чащи леса приютилось это уютное жилище мертвых, и что знаменательнее всего – нет здесь почти ни одного надгробного креста, надгробного памятника, над которым не висела бы небольшая таблица и на последней довольно бойкими, красивыми стихами не была бы изложена краткая биография отошедшего инока, основные черты его характера или деятельности и род смерти.

Видно, что все это писано в минуту молитвенного досуга каким-нибудь обительским поэтом.

И эти строфы, полные то какой-то безотчетной тоски, то лучших надежд на грядущее будущее, вместе с яркими лучами солнца, с шелестом и мерным задумчивым покачиванием листьев и веток высоких деревьев, пробуждают в вашей душе другие интересы, другие запросы, другие горизонты.

Особенно трогательны эпитафии на могильных крестах тех, кто, как видно, случайно забрел в эту пустыню из мира и, по воле судеб, остался в этом уютном уголке навсегда, вдали от близких сердцу родных.

Велики и премудры дела Твои, Господи!

Но стоит только войти за стены монастыря, чтобы все, что наслоилось неприятного, мутного в душе там, за стенами этой обители, в прилегающем селе, как дым мгновенно испарилось и из сердца, и из мысли.

Сам монастырь не дает обилия храмов: Успенский храм и Спасо-Преображенский собор представляют собой главные храмы обители.

В Спасо-Преображенском храме находятся под спудом мощи преподобного Тихона Калужского.

В последнюю поездку нашу в нынешнем году, которая совпала с местным торжеством преподобному Тихону Калужскому (16 июня), сюда приезжал впервые Калужский епископ Георгий, и в сослужении с известным не только Калуге, а даже Москве и другим городам Боровским архимандритом, отцом Венедиктом (один из ближайших учеников известного оптинского подвижника Амвросия и его письмоводитель), и здесь мы имели случай убедиться в красоте и хорошей подобранности местного монастырского хора, который, благодаря своей срепетованности, стройности и свойственной только лишь монастырям своеобразной гармонизации, несмотря на простое пение, далеко оставил за собой местный калужский архиерейский хор.

Но, бесспорно, самый интересный и ценный пункт в Тихоновой пустыни – это ее колодец, выкопанный, по преданию, пр. Тихоном; при нем церковь преподобному Тихону и купальни для мужчин и женщин.

Колодец этот находится от обители в двух с половиной верстах, по хорошей смешанной дороге – то полем, то лесом, и весь путь к нему покрыт длинными вереницами богомольцев.

В высокой степени интересно то, что сам колодец находится посредине церкви, заключенный в огромный высеребренный резервуар. Каждый день, после обедни, в этом колодце происходит освящение воды, и затем уже из этого колодца вода поступает в купальни для мужчин и женщин, где она во всякое время года не падает ниже 4° по Реомюру (5 °C) и не подымается выше 6° (7,5 °C); купания в этих купальнях считаются целительными, и небезосновательно. В прошлом году нам пришлось наблюдать, как в купальню принесли одного разбитого параличом священника города Тулы и после троекратного погружения его в воду он сам вышел из колодца и с тех пор совершенно самостоятельно начал ходить.

Народная мысль в этом отношении выработала чрезвычайно много приемов и способов купанья: одни рекомендуют окунаться три раза – во имя Святой Троицы; другие – четыре: три раза во имя Святой Троицы и один – во имя пр. Тихона; некоторые окунаются 9,12 раз; есть такие, которые окунаются по три раза за каждого из оставшихся дома членов своей семьи; но, само собой разумеется, все это совершается с величайшим благоговением, спокойно и с трогательным усердием.

Говоря о чудесах, происходящих у колодца преподобного Тихона, я не могу не сказать о нижеследующих фактах исцеления, имевших место здесь за последние годы.

Иван Яковлевич Баранов, крестьянин Калужской губернии, Малоярославецкого уезда, Недельницкой волости, деревни Булгаково, в 1908 году более девяти месяцев был болен глухотой, с шумом в ушах. Врачи предлагали операцию, от которой он отказался, а обычной врачебной помощью они не могли облегчить страданий Баранова и впоследствии совсем отказались лечить его.

12 сентября 1908 года Баранов приехал в монастырь к преподобному Тихону Чудотворцу, остановился в гостинице, отстоял литургию и молебен угоднику Божию, приложился к раке мощей его, а после пошел на св. колодец, там купался в целебных водах и стоял молебен преподобному Тихону.

С ним была жена. По дороге от источника обратно в монастырь Баранов сразу почувствовал облегчение и сказал жене, что вата у него из ушей выпала и уши стали совершенно здоровы.

Официально объявлять об этом исцелении Баранов не хотел, но ему явился во сне преподобный Тихон Калужский и сказал: «Что же ты забыл про меня, я – твой доктор», вследствие чего он объявил об этом документально с засвидетельствованием других лиц.

Второе чудо совершилось в 1909 году над девицей Наталией Ивановой из Москвы, страдавшей припадками и беснованием 32 года, начиная с семилетнего возраста. По ее рассказам, врачи нашли, что она страдает нервной болезнью, делали ей операцию горла два раза, вырезали левый глаз, а причины болезни так и не нашли. Припадки с ней бывали до шестидесяти раз в сутки, и она в это время не могла терпеть никакой святыни, а при ослаблении болезни всегда чувствовала, что ее давит и управляет ею какая-то посторонняя сила. Несомненно было видно, что болезнь ее – беснование.