Чтение онлайн

— А Славик? Ну, Вячеслав Иванович?

— Он не из наших. Он другой. А что?

— Да не. Ничего, — как можно безразличней ответил Шувалов.

Шувалов высадил Данила с пакетом покупок возле контрольно-пропускного пункта военной части.

— Через час вернусь, — бросил Матвей и резко тронулся с места.

Матвей вошел в магазин табачных изделий «Сигарный дом», оглядел витрины с дарами американского континента и подозвал консультанта в зелено-коричневом фирменном костюме-тройке с черной бабочкой, стянувшей тонкую шею.

— Моему начальнику очень нравятся такие сигары, — Шувалов достал бычок из внутреннего кармана куртки и сунул под нос продавцу. — Я хотел сделать ему маленький презент. Есть такие?

Продавец долго рассматривал окурок, потом убежал в подсобку. Через некоторое время вышел старший менеджер в черном строгом костюме.

— К сожалению, в наличии данного сорта сигар нет. Но, мы можем сделать заказ, и через неделю они будут у нас в магазине.

— Сколько будут стоить, — грубо спросил Матвей.

— Тысяча, — улыбнулся менеджер, — долларов, — презрительно глядя на грязный походный костюм Шувалова, добавил он.

— Чмо ты, блядь, — Матвей сплюнул на зеленую ковровую дорожку и вышел, пытаясь хлопнуть стеклянной дверью, но та, как назло, плавно закрылась на пневматических амортизаторах.

Шувалов сел в машину, продезинфицировал над огнем зажигалки кончик сигары и раскурил, пуская в салон побольше дыма. Потом затушил окурок в пепельнице, спрятал в карман и вышел из машины, захлопнув дверь. Пару раз глубоко вдохнул и медленно выпустил воздух. «Хорошо в краю родном», — подумал Матвей, чувствуя кожей лица теплый, с запахом каштанов и выхлопных газов воздух. В конце улицы багряным закатным цветом светил купол церкви. «А я ведь крещеный», — Матвей вспомнил недавние события в дубраве и наколка на груди отозвалась легким зудом. «С Данилой поговоришь на эту тему», — посоветовал Голос. Шувалов залез в «Субару» и полной грудью через нос вдохнул сигарный дым. Повторил действие несколько раз, запоминая вкус и аромат дыма.

Шувалов подъехал к одинокой высотке на пустынной, засаженной акацией улице. Напротив, находились здания дорогих частных клиник. За высоткой отбывали свой пожизненный срок животные в зоопарке. Шувалов поднялся на пятый этаж в скрипучем лифте с тусклым освещением. На звонок открыла дверь жена Федора. В халате и домашних тапочках.

— Здравствуйте, … — Матвей всунул в проем букет сирени. — Я тут Федору пирожков с повидлом привез. Его любимые. — Шувалов продемонстрировал белый пакет. — Он дома?

— Да, Матвей, дома, — женщина с опаской открыла дверь, пропуская парня в квартиру.

— Федя! К тебе Матвей пришел, — прокричала она вглубь темного коридора.

— Пусть проходит, — послышалось после короткой паузы.

Шувалов снял испачканные грязью ботинки и вошел в комнату.

— Здравствуй, Федор, — как можно мягче сказал Матвей. — Как поживаешь?

— Здравствуй, Матвей, — Федор замялся и виновато опустил глаза. — Извини меня.

— Да что ты, Федор. Ты же не виноват ни в чем. Я мог оказаться на твоем месте.

— Но не оказался. Извини.

— Перестань. Я на тебя зла не держу. Ты бы видел, что этот гад Профессор с кучей народу сделал. Волшебник, блядь.

— Демон он.

— Говорят, человеком был. Ну, хер с ним. Ты как себя чувствуешь? — Матвей положил кулек с пирожками на большой письменный стол.

— Нормально. Немного мозги прочистили и отправили на пенсию. — Федор неловко заправил клетчатую рубашку в спортивные штаны и плотно прикрыл оконную форточку. Круглое лицо выражало не естественную для Федора смесь вины и грусти.

— Ты же дано мечтал о пенсии. — Шувалов тоном старался подбодрить бывшего напарника. — Рыбалка хоть каждый день, и с похмела на работу идти не надо!

— Мечтал, — вздохнул Федор, — да не так.

— Пути Господни неисповедимы.

— Это точно.

— У меня к тебе дело есть, — сказал Матвей. — Из всей Службы только тебе могу доверять. Что-то они от меня скрывают постоянно. Давай выйдем в коридор.

На лестничной клетке Шувалов достал окурок сигары и напустил облака дыма.

— Не узнаешь запах?

Федор принюхался, подумал:

— Похоже на Славика сигары.

— Вот и мне похоже. А нашел я этот бычок на месте убийства трех человек.

— Так, — задумался Федор и после долгой паузы сказал. — Ты не спеши с выводами, Матвей. Я давно знаю Вячеслава, он никогда следов за собой не оставляет. Не тот уровень. Может, подставляют его. А то, что на Службе тебе не договаривают чего-то. Так это же Служба — там секрет на секрете и тайной погоняет. Не спеши, осмотрись. Бычок еще не доказательство. Ты же слюной своей все следы ДНК испоганил.

— Да, дурак, — протянул Матвей, вспоминая как обжигал кончик сигары. — Спасибо, Федор, поеду я. Заколебался совсем.

— Ты заходи, как время будет.

— Конечно, зайду.

Когда Шувалов вернулся в общежитие Службы Безопасности, он застал Данила стоящим на столе в спортивных штанах и сетчатой майке. Напарник Шувалова засовывал в раму окна короткие ножи.

— Это че за цирк? — удивился Матвей.

— Защита от сглаза и порчи, — не оборачиваясь ответил Данил.

Шувалов закрыл дверь. Вся внутренняя деревянная поверхность была исписана рунами, в углу, вверх помелом, стоял веник.

— А модная маечка тоже от сглаза?

Данил спрыгнул со стола, покопался в своем походном мешке и кинул Шувалову такую же майку из шелковой сетки.

— Надевай. От порчи, — коротко сказал Данил.

— Ты чего сдурел? Я эту хрень в жизни не одену! — Матвей, с миной отвращения на лице, отбросил майку на кровать, как будто боясь испачкаться.

— Оденешь, — утвердительно сказал Данил. — Ты знаешь, что вся семья Фельдманов по дороге умерла от инсульта? Даже мальчик. На трупе в их доме, помнишь, лежали фотографии?

— Ну.

— Там были их фотографии. И наши с тобой. Понял? Это не шутки.

Шувалов скептически посмотрел на майку.

— Ща, искупаюсь только перед обновкой.

Данил быстро зашел в душевую и нарисовал зубной пастой странный знак на зеркале:

— Теперь иди.

Матвей подставил свое уставшее, избитое тело под горячие струи воды. Он не знал, стоит ли говорить Данилу о находке в доме Фельдманых. Но больше его интересовал вопрос: говорить ли об этом Вячеславу Ивановичу? «Все так мутно, — сочувственно сказал Голос, — а Федору ты доверяешь?» Матвей совсем расстроился и подставил затылок под горячий напор воды.