Чтение онлайн

Тайна.

И все варианты ее решения - серая чушь, не имеющая отношения ни к жизни, ни к искусству. Робкая надежда - может, были бабы частично глуповаты, частично развратны, частично он все перепутал (наврал по пьянке Борису Е., так потом и в голове отложилось), - робкая эта надежда опровергается совершенно. Студент помнит, что лез к пятидесятидвухлетней молодой старухе, и та его не отталкивала, и что тетка (на стене - в военной форме, в жизни - шелковый халат) его за это не порицала. И что потом все как-то незаметно расстроилось, несмотря на удачный дебют. То ли любовь должна была следом выйти, но не вышла, и он напрасно ждал ее в подъезде и метался по серой платформе, встречая и провожая чужие электрички... Или даже вроде бы снова поднялся он в квартиру, и дверь ему открыла Анна Евграфовна, а потом вышла тетя Муся и сказала, что подруга давно ушла, и сильно удивлялась, глядя на взволнованный студенческий вид...

ЗАВЫЛ ИЗ ОЧЕРЕДИ: - Боже мой! Боже мой! Я на 100% точно знаю, что я ТОЧНО поднимался в квартиру и тетка ТОЧНО удивлялась, глядя на меня. Ответьте же тогда, что значит вся эта дьявольщина? Ангелы ль они были? Суки ль? Или просто животные, растения, минералы? Корифеев, скажи, ответь, разве тебя зря выперли по не зависящим ни от кого обстоятельствам? Дмитрий Александрович, дай концепцию! Ваткин, отзовись ренессансом! Комик Шевченко, развей мою печаль! Фитов - приведи пример из собственной жизни, ведь ты старше и умнее меня, кто мне теперь будет опорой? Поэт Курбчевский, историк Ханчев, Каверинцев, Гробе, уезжающий, да помогите же вы мне!.. Сводня и Сходня? Ангел? Херувим в военной форме и шелковом халате? Дура? Не сметь оскорблять! Руки прочь от тети Муси!..

Жаль, что дяди Левы дома не было. При нем студент вряд ли посмел пускаться на подобные штуки, а тогда и тайны никакой не было бы. С другой стороны - есть что вспомнить, стоя в очереди, в расцвете, тьфу-тьфу-тьфу, так сказать, сил, когда - тошно и "чем случайней, тем вернее". У тебя есть тайна, следовательно, ты существуешь. Мышиные серые мелочи жизни! О, как прекрасны вы! Разум не способен понять, что же все-таки произошло тогда, летним ли, осенним вечером почти что двадцать лет назад, когда он бегал по туманному перрону станции Химки Октябрьской железной Дороги, и уже сгущалась окончательно тьма, плотная, как туман, и зажигались ночные фонари, высвечивающие воздушную и земную слякоть, мертво ухала приближающаяся электричка, разрезая световым ножом плотное кисель-но-туманно-дождливое перронное варево!.. Тайна, и все тут!

Она лежала в больнице, шаркала шлепанцами, размахивала немеющей рукой и в 1971 году решила съездить на родину, в сибирский город К.

К тому времени студент закончил учебу и возвратился в город К. Мама его умерла в 1970 году, о чем он неоднократно упоминал во многих своих произведениях, которые были, а теперь сплыли, потому что он их нес в редакцию печатать, да по дороге и утратил, как Хемингуэй, по не зависящим ни от кого обстоятельствам. Невесту сначала он бросил, а потом и она его. Жил он тогда совершенно один, то есть в постель пускал, в душу - никого, возможно, и сам не понимая, что это означает - душа. Излишне говорить, что по обширной его квартире шатались девки, катались пустые бутылки, по утрам пьяницы чай пили в простынях за большим овальным столом, крытым скатертью в меленький горошек. Ведя разгульную молодую жизнь, он неплохо зарабатывал и практически ничего не боялся, не то что сейчас, когда стал он теоретическим трусом, бормочущим по очередям.

Но в то утро, когда пришла тетка, у него, к счастью, оказался дома полный порядок.

Он только что выгнал пьяниц и вымыл полы, и дул ветер с реки Е., наклоняя балконную штору, и лето, и жарко, а тут тетя Муся пришла, и с ней тетушка Ирина с внучком, и еще кто-то, а у него, как на грех, ничего нет в доме покушать. Он страшно смутился, полетел в гастроном, купил хлеба, колбаски, рыбных консервов, варенья. Тетя Муся была важная, в крепдешиновом платье, она была из Москвы и сильно гордилась перед своими сибирскими родственниками. Он подумал - не дать ли ей денег, рублей 100-150, и не дал, потому что такой суммы у него в наличии не имелось.

Да ей и не надо было! Да и что там говорить - все это давным-давно прошло, все прошло, походит и пройдет, и Бог знает, зачем только и жили люди на земле, если они занимались такими мелочами.

И вот он переезжает на постоянное жительство в окрестности города Москвы, столицы нашей Родины. Наносит визит химкинским родственникам и становится свидетелем неприятного инцидента, разыгравшегося во время обильного обеда в их однокомнатной квартире на улице Маяковского, дом 28, за кольцевым шоссе, если ехать из Москвы.

Неприятный инцидент. Дело в том, что дядя Лева, выйдя на пенсию, то ли выпивать стал чаще, то ли пьянеть больше. Наполняя рюмочки и стаканчики, он вдруг сплел целую речь, тезис которой заключался в том, что в процессе разрушения телесной оболочки человека духовная любовь к нему исчезает, вернее - замещается. Замещается жалостью, каковая вовсе не является синонимом любви...

Что и вызвало немедленную вспышку гнева у тети Муси. (Нахохлившийся больной воробей прыгает косовато по асфальту, а на следующий день серая тушка валяется, и ты брезгливо отворачиваешься, спеша на работу...)

— Значит, ты теперь меня не любишь?
– все твердила и твердила тетя Муся.

— Мария! Не пори горячку! Подай-ка мне лучше баян!
– приказал дядя Лева и, широко разведя мехи, запел:

Это русские картины,

Это - Родина моя...

А тетя Муся вскоре умерла.

Мы ехали средь русских картин по кольцевому шоссе из Химок в крематорий № 2. светлая память тете Мусе и вечный покой: автобус комбината ритуального обслуживания, лента напряженного шоссе, огибающего столицу, в разных концах которой торчат толстые серые конусы теплоцентрали. Молчание. Дядя Лева - вдовец. Кто-то закурил, погасил. Закурили.

Мне непонятен обряд кремации, и я утверждаю, что это - похороны без катарсиса. Дьявольские штучки - органист во фраке, высокие потолки, здание светлое, просторное в центре - плита, куда ставят гроб, и он медленно уходит в пустоту под траурную музыку, по последнему слову немецкой науки и техники. И хочется броситься вслед, но металлические створки смыкаются, смыкаются, смыкаются. Сомкнулись. Конец? Нет, что вы... На кладбище хорошо, там земля шуршит и комки осыпаются, а в земле живет червь могильный, но человек умирает один раз, а хоронят его дважды. И - урна вместо гроба. За что?..

Поминки. Русские поминки. Женщины хлопочут и возятся на кухне, мужчины постепенно напиваются. Ладно, мы так устроены, и некому нас за это судить.

А только дядя Лева на поминках сильно струсил. Как тут же выяснилось, он трусил будущего праха тети Муси, который следовало получать через неделю. Дядя Лева отвел меня в сторону и начал издалека. Он сказал, что всегда относился ко мне как к родному, что он уже окончательно стал стар, что у него расстроены нервы, что он многое видел в жизни и жизнь обошлась с ним неласково. Далее он попросил меня забрать урну с прахом покойной и "пока подержать ее у себя дома". До оказии. До того времени, кода я или еще кто-нибудь не поедем на родину, в наш город К., и не свезем туда урну, ибо это и было основное желание покойной - "лежать в родной земле". Пьяненький дядя Лева врал и не глядел мне в глаза, но сообщил, что все расходы по кремации уже оплачены, что я - человек молодой, а он стар, болеет, нервы у него изношены и что он просит об этом как о личном одолжении.

Через неделю я отправился в крематорий № 2, где за столом, под табличкой "ТЕХНИК-СМОТРИТЕЛЬ НИШ", сидел рыжий малый в черном сатиновом халате и каракулевой шапке пирожком. Он бессмысленно глядел в стекло, что лежало на столе, прикрывая табель-календарь, вырезанный из какого-то западного журнала. Рядом стояла небольшая очередь, но не к нему, а к окошку с надписью "ВЫДАЧА ПРАХА". Там орудовала, и точнее слова не подберешь, миловидная дама, вся в золоте, красивая, пухлая, в модных одеждах. У окошка внезапно разыгрался скандал. Одна шумела, что ей дали "не тот прах". Выдавалыцица сначала закричала, чтобы не мололи ерунду, "поскольку это исключается автоматически". Но потом, увидев действительное несовпадение номеров в квитанции и выданной урне, слегка смутилась и ушла искать настоящий прах. Рыжий малый внезапно распахнул уличные двери и, напустив холоду, стал что-то быстро мести веником. Я уверен, что он заметал зеленых чертей. Потом он обратился к очереди: