Чтение онлайн

– Ты волнуешься за нее.

– Нет! – резко, сквозь зубы. – Ну, то есть да, но не так, как ты думаешь. Я переживаю, что девчонка повредит себе руку, или плечевой сустав, или и вовсе вывернет колено, про переломы я даже думать не хочу! А отвечать за это мне. А она не слушает, что ей говорят!

Упрямая, как стадо баранов.

– А почему отвечать тебе?

– Так она же травму получит и… – начал Стас и резко замолчал.

– И?

– Ей больно будет, как минимум. Уля, что за провокации?

– Я просто пытаюсь понять. Или помочь, не знаю еще. Знаю только, что если ты не ее

тренер, то и ответственности за нее не несешь. Да и если бы ты ее тренировал, спорт это всегда травмы, даже если этот спорт для здоровья. Если ты за девушку переживаешь, значит, что-то тебя царапает в ней. Правда ведь? Ну сколько к тебе приходит неподготовленных парней? Если они тебе за тренировки индивидуальные не платят, разве ты так пристально следишь за ними?

– Ну, то парни, они, знаешь… Нет в них той отчаянности, с какой Череповец лупит по

груше.

– Как ее зовут?

– Юлия, – и имя он ее произнес совершенно другим тоном. Мужчины.

Замолчав на несколько мгновений, я отвернулась к окну и тихо, будто бы задумавшись,

произнесла:

– Интересно, что же случилось с твоей Юлей, раз она так упорно делает себе больно…

Стас отреагировал сразу. Сначала грозным:

– Прекрати ее называть моей! – и тут же сменив тон, озабоченно спросил: – Почему ты

думаешь, что с ней что-то случилось?

– Потому, Стас, что если девушка чему-то хочет научиться, ее ничто не остановит. И если бы Юля хотела уметь правильно бить грушу, она бы уже умела. У тебя в зале толпа мужчин, готовых помочь ей. Но она приходит явно не за этим.

– Уль, – под руками скрипнула оплетка руля, – ты что-то знаешь?

– Откуда? – искренне удивилась. – Я просто думаю, что у любого поведения человека есть причина.

– А узнать причину…

– Можно поговорив. Да, Стас. Но тебе же это не нужно, правда, она же просто назойливая посетительница твоего спортзала.

– Улька, иди ты на фиг, – устало прозвучал голос Герасимова через двадцать минут, – я теперь выкинуть не могу из головы, почему Череповец так себя ведет!

– Извини, – спрятав улыбку в воротнике свитера, посмотрела на Стаса, – о чем-нибудь еще поговорим?

– Давай только о тебе в этот раз. Ты голодная?

– Очень!

И мы говорили. Говорили пока ехали, когда сделали остановку у небольшой кафешки, в которой решили перекусить, а в итоге с удовольствием съели по две порции домашнего борща. Настоящего. Его подавали в глубоких чашках, на деревянной разделочной доске. На ней же лежал свежий зеленый лук, несколько очищенных зубчиков чеснока и, боже мой, я чуть слюной не подавилась, мелко нарезанное соленое сало!

Так Стас узнал мою страшную тайну – я обожала сало, но ела его редко. А я увидела, с каким аппетитом он ест такую, казалось бы, обычную, домашнюю еду.

И решила чаще приглашать его в гости.

Стас спрашивал – я отвечала, хотя и ему досталось немало вопросов. С Владом мне было легко общаться, наверное, потому что он был мне ровесником. Со Стасом… Я не ожидала, что мы с ним сможем так общаться. Он на десять лет старше меня, какие темы нам обсуждать? Но оказалось, очень многие.

– Знаешь, Ульк, – задумчиво протянул Герасимов, снова сидя за рулем, – я всегда мечтал, что мама с папой подарят мне младшую сестренку. Даже письмо Деду Морозу писал.

– И как?

– Ну вот, видимо, на тридцать седьмом году жизни дождался, – Стас хохотнул, – не то,

чтобы родную, но очень классную.

Казалось бы, обычные слова, но они растрогали меня до слез. Чертовы гормоны, опять! Не знаю как, но из моих всхлипов, смеха и дружеских объятий он понял главное. И это не то, что мне хотелось ему сказать.

– Улька, ты беременна! – он не спрашивал, он утверждал.

– Я знаю, – всплеснув руками, прикусила губу от досады, – поэтому я как лейка!

– Сергеев счастливчик. Уль, блин, поверить не могу, Ромка станет папкой! Офигеть. Будет по квартире у вас бегать маленький человек!

Стас включил аварийку и, остановившись у обочины, обнял меня, крепко, но очень

бережно.

– Поздравляю вас, мелкая!

Обняв Стаса в ответ, я взяла и честно призналась:

– Это не Ромкин ребенок.

Герасимов, нужно отдать ему должное, даже не дрогнул, только чуть отстранился от меня и посмотрел в глаза.

– Он знает?

– Конечно, знает. Я не собиралась и не собираюсь обманывать твоего друга, Стас.

Меня снова обняли, как будто я действительно была младшей сестренкой. Мелкой. Только с очень взрослыми проблемами.

– Расскажешь?

И я рассказала. Может, не так подробно, как Роме, но рассказала. А главное, смогла

обсудить то, что не давало мне покоя уже полторы недели. С того вечера, когда мы с Ромой случайно встретили Доронина.

***

– Ро-ом? – зайдя в квартиру, негромко позвала Сергеева.

Судя по счастливому повизгиванию Зевса и тихому бу-бу-бу Ромкиным голосом из

гостиной, эти двое даже не заметили моего прихода. И не услышали крика, что совсем уж странно. Хотя, с другой стороны, Зевс скучал, так отчаянно скучал все дни без Ромы, что я не удивлюсь, если он сейчас лежал на нем и жаловался! На меня, потому что мало с ним играла; на мою маму, потому что сказала, что кто-то слишком хитрожопый и не отдала ему весь пакет купленных косточек; даже на дворовых псов, которые прекратили с ним воевать, полностью признав в нашем громовержце вожака. Зевсу было скучно, но скучал не он один. Стоило мне остаться в квартире одной, как я поняла, осознала, сколько места в моей жизни занял собой Ромка. Наконец-то смогла до конца разобраться в себе и понять: да, страшно, да, неожиданно, но я люблю его. Люблю так, как не могла и мечтать полюбить в своей жизни. И уж тем более не в такое время. Покорил, приручил, убедил, завоевал. Мой Ромка.

Замерев в дверях гостиной, я смотрела на мужчину, развалившегося на полу, и счастливого пса, передними лапами умостившегося на хозяине.

– Парень, это было так круто, ты даже не представляешь. Не только работа, всё.

Переговоры, встречи, знакомства, постоянно какое-то движение. Я как будто крылья

раскрыл за долгое время, – Ромка тихо делился своими эмоциями с псом, – ты пойми меня правильно, братан, жить с девушкой вместе тоже круто. Тем более с Улькой, ну… Зевс, ты ж сам знаешь, это Улька, ее нельзя не любить…