Чтение онлайн

Он наклоняется и целует ее руку.

— Я Себастьян. А ты кто?

Она хихикает. Хихикает, черт возьми.

— Спенсер, э-э, Спенсер, да.

Ну, что ж, блин. Думаю, если он собирается меня спасти, я не могу вести себя с ним как придурок. Он смотрит на меня и снова улыбается этой дурацкой ухмылкой, и я не могу не улыбнуться в ответ, потому что у него чертовски тупой вид. В мгновение ока он снова переключает свое внимание на нее.

— И что ты делаешь, танцуя с этим негодяем, Спенсер? Разве тебе не говорили, что если ты собираешься встречаться с парнем из Милл, то это должен быть я, или, хотя бы… — Он постукивает себя по подбородку, словно размышляя. — Красивее только Ли.

Она снова хихикает, и он указывает на Ли, который все еще дуется в углу.

— Может, пойдем подбодрим его, что думаешь? Похоже, ему не помешало бы пропустить стаканчик-другой.

Она возвращает свое внимание ко мне, ее тело становится более расслабленным.

— Он твой друг?

Теперь моя улыбка искренняя, а не фальшивая.

— Да, думаю, так оно и есть.

Она следует за Себастьяном в другой конец зала, и впервые за весь вечер чувствую, что могу дышать.

Ли напрягается, когда они приближаются, но расслабляется, когда Себастьян явно поддразнивает и его, и девушку. Я поворачиваюсь, намереваясь выпить еще одну гребаную порцию, но земля уходит из-под ног. Мой взгляд сталкивается с другой парой красивых зеленых глаз.

Бел.

Она стоит за барной стойкой с широко раскрытыми глазами, лицо бледное, как у призрака. Судя по убитому горем выражению лица, она не пропустила ни минуты из того, что произошло, включая тот поцелуй.

БЕЛ

Мое тело словно заледенело изнутри. Поднос в руке дрожит и грозит опрокинуться, поэтому я инстинктивно задвигаю его за стойку, в то время как остальная часть меня остается на месте, уставившись на Дрю поверх высокой барной стойки.

Он шепчет мое имя, и это разрушает чары, позволяя пошевелить ногами и отступить на шаг.

Его глаза не отрываются от моих, рука поднимается, словно он может дотянуться до меня, хотя нас разделяет несколько футов. В комнате больше никого нет, и эта мысль пугает меня. Я вижу только его, и в голове проносятся кадры, как она целует его, прикасается к нему.

Что, черт возьми, происходит?

Бармен отодвигает мой поднос.

— Какого черта ты делаешь? Здешние начинают нервничать. Пошевеливайся. — Жесткий край подноса ударяет меня в грудь.

Я принимаю его и смотрю на крупного бармена лет сорока, будто он говорит на другом языке.

— Что?

— Возьми эти напитки и иди. Возвращайся, когда понадобится еще. Ты задерживаешь меня с заказами.

Я снова смотрю на Дрю, и теперь он ближе. Нас разделяет только барная стойка.

— Бел, — выдыхает он, и даже несмотря на музыку и толпу, я все равно его слышу.

Это не имеет значения. Я не могу этого сделать. Не могу смотреть на него после того, чему стала свидетельницей. До меня вдруг доходит, что я ничего о нем не знаю. Его оценки, его задания по учебе, то, что он чувствует находясь внутри меня, но ничего реального. Ничего существенного.

Была ли у него девушка все это время?

Эта мысль пронзает меня насквозь, и я не могу посмотреть ему в глаза. Нет. Только не теперь.

Я разворачиваюсь и бегу, как чертова трусиха, какой и являюсь. Оставив поднос на столике у двери, мчусь прямо в служебный коридор, проходящий вдоль бального зала. Сначала там пусто, но вскоре слышу резкий стук парадных туфель по полу, преследующих меня.

— Мэйбел, остановись.

Он никогда не называет меня полным именем, и я ненавижу его за то, что он делает это здесь. Сейчас.

— Блядь, остановись, Бел. Черт.

Я ускоряюсь, пересекая еще один коридор, ведущий на кухню, и перехожу в другой, который идет перпендикулярно главному. Это место — настоящий лабиринт, но я найду отсюда выход или умру, пытаясь.

Он продолжает следовать за мной, а я продолжаю его игнорировать.

— Ты действительно хочешь сделать это здесь? Давай, беги. Это не имеет значения. Я всегда тебя найду. Я всегда тебя поймаю.

Смотрю на него через плечо, продолжая бежать. Он передвигается медленно, медленнее, чем я знаю, может.

— Дай угадаю, ты и ей это говоришь? Ты и ее преследовал в лесу? Лишил ее девственности и испортил ей жизнь?

Он хмыкает и засовывает руки в карманы смокинга. Чертов смокинг, в котором он выглядит потрясающе.

— Ты кажешься отчаявшейся, маленькая тихоня. Если остановишься, покажу тебе, что я на самом деле думаю.

К черту его и все это.

— Нет, — огрызаюсь и ускоряю шаг.

— Ты же знаешь, мне нравится, когда ты от меня убегаешь.

От его слов мне хочется остановиться и повалить его. Особенно, если учесть, что не слышала от него ни слова с тех пор, как он вышел из моей комнаты в прошлый раз. Дистанция между нами настолько велика, что я еще не придумала, как ее преодолеть. Думаю, все зависит от него, а не от меня. Если он бережет себя для какой-нибудь высокой, стройной и богатой девушки, то то, что я его выгнала, ничего не значило, несмотря на его протесты.

Когда появляется следующая дверь, проскальзываю в нее и возвращаюсь на вечеринку. Здесь все в бриллиантах и с пышными прическами. У этих людей слишком много денег и времени. Дрю следует за мной, останавливается и еще раз оглядывает толпу. Хватаю поднос у проходящего мимо официанта и протискиваюсь в самую гущу людей, чтобы он не мешался под ногами. Он не может противостоять мне здесь, не перед этими людьми.

Я резко останавливаюсь, когда шестифутовый гигант преграждает мне путь. Он берет с подноса фужер с шампанским и смотрит на меня, морща лоб.

— Ты в порядке, дорогуша?

Решаюсь взглянуть на Дрю, идущего позади, и одариваю его мегаваттной улыбкой.

— Я в порядке, сэр. Вам что-нибудь нужно? Вас все устраивает?

Он переводит взгляд на маячащего за моей спиной Дрю, несомненно, ожидающего возможности подойти и утащить меня прочь. Я обхожу мужчину, который все еще смотрит на меня с любопытством, и направляюсь к другим, протягивая поднос и выполняя работу, за которую мне платят. Когда вырываюсь из толпы, чья-то рука хватает меня за локоть и тащит в боковую дверь. Дрю с силой прижимает меня к бетонной стене у двери, пока не начинают болеть лопатки. Дерьмо.

Теперь он хмурится, не сводя с меня глаз, схватив двумя пальцами мой подбородок и приподняв его.

— Теперь ты будешь слушать то, что я скажу, потому что у тебя нет выбора, тихоня.

Я пристально смотрю ему в глаза, чтобы он увидел и почувствовал мой вызов. Последнее слово остается не за ним.

— Вот тут ты ошибаешься. У меня всегда есть выбор. А теперь скажи, чего ты хочешь, чтобы я могла вернуться к работе.

Этот вопрос пробуждает все воспоминания о том, как мы были вместе, о всех тех случаях, когда я задавала ему этот же вопрос и никогда не получала ответа. Если подумать, он, наверное, всегда хотел такую, как я. С кем можно было бы трахаться и играть в игры.