Чтение онлайн

В этот момент Ивабути заметил, что темный силуэт вражеского корабля словно осветили вспышки семафоров, одна, две, три… Через несколько секунд он услышал вой снарядов, поразившись тому, что два снаряда упали не более чем в двадцати метрах от его левого борта. Затем еще один снаряд ударил в «пагоду», затем второй, выбив еще больше иллюминаторов на мостике. Еще два снаряда упали с перелетом по правому борту.

— Снаряды малого калибра! — Крикнул Икеда, удивляясь их дальности и точности. Он не ожидал, что их собственные орудия вспомогательного калибра смогут открыть огонь на дистанции до 18 000 метров, но было похоже, что этот корабль снова превзошел их. Фактически, после залпа орудий главного калибра «Кирисимы» корректировщики отметили явный недолет. Вражеский корабль снова уходил от них.

Новые вспышки. В море падали все больше и больше снарядов. Один из них ударил по главной надстройке над мостиком и вывел из строя наблюдательный пост. Второй ударил значительно ниже, вызвав небольшой пожар. Третий снаряд ударил в главный броневой пояс левого борта, не причинив вреда толстой 281-мм броне.

Ивабути был в ярости. Вражеский корабль словно сначала нанес ему мощный удар в нос, а за ним серию быстрых ударов в лицо. Он подумал приказать крейсерам дать полный ход и сократить дистанцию с этим монстром, но понял, что они будут находиться под обстрелом этих сверхдальнобойных орудий среднего калибра в течение как минимум часа, даже если будут стараться сблизиться изо всех сил, как и докладывал Киёта. Точность вражеского огня была просто сверхъестественной! Снаряды явно были нацелены на его собственный корабль, демонстрируя тем самым, что они знали, кто в их группе представлял собой настоящую угрозу.

От злости и разочарования он сжал кулак, приказав уцелевшей передней башне дать еще один залп. Это была в большей степени попытка сохранить лицо. Снаряды снова легли с недолетом. Мидзути медленно увеличивал дистанцию. Он задержался нанес один сильный удар, чтобы проверить, осмелятся ли преследователи вступить в бой. Ивабути с неохотой отдал приказ прекратить огонь.

— Ход двадцать восемь узлов, — мрачно сказал он, вслушиваясь в напряженный гул старой ходовой части. Сколько еще котлы выдержат при такой скорости? Тяжелый крейсер «Тонэ» спешил им навстречу. Вскоре у него будут три тяжелых крейсера. «Тонэ» мог развить ход 36 узлов и нес шесть гидросамолетов для разведки. Он понимал, что противник не сможет уйти. Не сегодня.

Но что это был за корабль? Определенно не «Ринаун», как он решил сначала. По ним не велся огонь из орудий главного калибра, только эти дразнящие удары снарядов, похоже, не более 152 мм. Но ракетное вооружение было действительно грозным. Он понимал, что у этого корабля была настоящая сила. Он не мог поймать этого монстра, но во имя всех богов и ками не мог прекратить погоню. Он последует за ним, израсходовав все топливо до последней капли, и если ему удастся сократить дистанцию, он быстро и безжалостно прикончит его… Или умрет сам, пытаясь это сделать.

— Мы привлекли их внимание, — сказал Федоров. — Они снижают ход.

— Подтверждаю, — сказал Роденко. — Скорость линкора 28 узлов. — «Киров» вышел на полный ход, и теперь имел преимущество над противником в четыре узла.

— Крейсеры не выдвигаются вперед?

— Никак нет. В настоящий момент они поддерживают одну скорость с линкором. Но показания по корме не точны. Мне приходжиться полагаться на РЛС наведения вторичных систем, а также лазерный дальномер.

— Похоже, что они быстро справились с пожаром, — сказал Федоров. — Но последние несколько залпов давала только одна носовая башня. Возможно, мы вывели из строя вторую, по крайней мере, на время. У этого корабля четыре двухорудийные башни, следовательно, их огневая мощь при текущей конфигурации упала вдвое. Но, судя по всему, они не намерены прекращать погоню. У них есть хребет, товарищ капитан. Я полагаю, что мы вышли из зоны обстрела и предлагаю прекратить огонь.

— Согласен, — сказал Карпов. — Самсонов, прекратить стрельбу. Пока что я не намерен тратить ракеты на этот корабль. Я бы не сказал, что это того стоит.

— Мы движемся к Торресову проливу, но у него нам придется значительно замедлиться из-за отмелей и рифов. Возможно, бой возобновиться быстрее, чем вы ожидаете.

Это был более чем очевидный вывод. Впереди их ждало еще много чего, что должно было случиться до наступления ночи.

Человеком, начавшим все это, был адмирал Кинг. Сначала Кинг, затем Маршалл. И без того вспыльчивый, адмирал настолько утомился текущей обстановкой на Тихом океане, что стал просто невыносим. Вечно хмурый и склочный по своей натуре, он никогда не был скромен в оценке собственного интеллекта и редко снисходил до признания кого-либо ровней себе в тонкостях военно-морской стратегии. Казалось, что одного взгляда Кинга было достаточно, чтобы осадить кого угодно, но когда дело доходило до президента Рузвельта, требовался более разумный и тонкий подход Маршалла.

Кинг хотел действия. Не медленного наращивания сил и укрепления путей снабжения, не того медленного и ровного движения, которое велось с самого начала войны. Когда «Военный план «Оранжевый» был отменен, Кинг счел потерю Филиппин оскорблением, за которое американский флот должен был отплатить в один прекрасный день. Тем не менее, в глубине души он понимал, что план был составлен в давно ушедшую эпоху, когда основу флота составляли старые линкоры. Если бы они вышли из Перл-Харбора в соответствии с планом, у японского авианосного флота случился бы праздник.

Он был достаточно мудр, чтобы понимать, что дни линкоров сочтены. Он знал, что когда дело дойдет до действий на Тихом океане, реальная сила будет выражаться в авианосцах. Проблема была в том, что в этом направлении было сделано слишком мало. США слишком долго действовали в обороне, и примеров обратного было мало, за исключением разве что дерзкого рейда Дулиттла на Токио [44] . Череда японский побед не намеревалась обрываться. Вызов им был брошен лишь единожды, когда два американских авианосца вошли в Коралловое море, когда японцы атаковали Порт-Морсби. В результате он потерял свой старый корабль, «Леди Лекс», ни за что.

Дешифровщики смогли взломать японский морской шифр JN-25 и предупредили командование о неизбежности крупной операции противника. Им потребовалось немного времени, чтобы определить, что конечными точками наступления являются Фиджи и Самоа. Японцы уже разместили войска на южных Соломоновых островах Гаудалканал и Тулаги, где создали базу гидросамолетов и аэродром, хотя они еще не были полностью укреплены. Следовательно, удар будет нацелен либо на Эспириту-Санту, либо на Нумею, и если какая-либо из этих целей падет, Фиджи и Самоа окажутся в зоне досягаемости японских бомбардировщиков. Австралия будет отрезана, и Кинг ничего не сможет с этим поделать.