Чтение онлайн

– Я люблю тебя, Стас, – перебила его Вика. – Мне хватило одного взгляда на вокзале, чтобы понять это раз и навсегда. Для меня ты лучший. Вопреки всему. И для него, – Вика указала на малыша, вдумчиво перебирающего кубики. – Ты сказал, что тоже любишь... Ответь, достаточно ли твоей любви, чтобы принять на себя ответственность и повзрослеть? Иначе ничего не получится.

– Достаточно?! – Стас рывком затащил Вику на колени, чем вызвал изумленный возглас у малыша. – Вы мои! Почувствуй это, Вика! Я же дышу, значит – люблю. По-другому невозможно! Ты это всё, что имеет значение. Ты и наш сын.

Тонкий палец коснулся его губ:

– Нашего сына зовут Вадим. Ну же, скажи.

– Вадим, – медленно проговорил Стас, словно пробуя звучание на вкус. – Серьезное имя.

– А он и сам парень серьезный, – отозвалась Вика. – Я удивилась, когда ты его насмешил. В основном, он предпочитает сдержанно улыбаться или одобрительно кивать. И знаешь, это объяснимо... Ведь он очень похож на...

– Меня, – выдохнул Стас. А потом обхватил её лицо, склонился и поцеловал сладкие нежные губы. Сначала легонько, едва касаясь, но тут же углубил поцелуй, растворяясь в родном аромате любимой.

Именно в этот самый момент он точно понял: всё, что он сказал – правда. Ничего не имеет значения, кроме того, что отныне они будут вместе. Любовь в своем истинном значении не ревнива и не обидчива. Она не мстительна и не мелочна. Тому, кого любишь так, по-настоящему, списываешь все грехи. Вот почему Вика приняла его. А раз она сказала, что он лучший для неё, значит, так и есть, ведь Вика никогда не лгала. Злость бесследно исчезла, уступив место счастью. Такому светлому и чистому... К чему же мучить себя прошлым, когда впереди такое будущее?

– Ууу...

Стас почувствовал легкое прикосновение к своей голове. Сначала он подумал, что это Вика, но когда она с тихим стоном отстранилась от него, то увидел: Вадим забрался на диван и, судя по блеску в глазках, с огромным интересом наблюдал за происходящим.

Вика вскочила, взволнованно прошептав:

– Ох... он же никогда не видел такого! Чтобы мама сидела на коленках у кого-то, да ещё целовалась.

– Не у кого-то, а у папы, – Стас был доволен, как объевшийся сметаны кот.

А когда малыш с самым решительным видом занял освобождённое Викой место и, подняв головку, вытянул губки трубочкой, Стас и вовсе едва не замурлыкал от удовольствия.

– Ну, надо же... – изумилась Вика. – Вообще-то он очень осторожен с незна...

– Молодец, – Стас поцеловал малыша в мягкие щечки, позволил крошечным пальчикам схватить его за нос, подергать за волосы, а затем мужественно вытерпел серьезный поцелуй в глаз, благо, вовремя успел зажмуриться, так как Вадим вложил в это действие всю душу, старательно обслюнявив пол лица. – С незнакомцами следует быть очень осторожным. Но ты же сразу узнал папу, так? – Стас аккуратно прижал к себе крошечное тельце, отмечая, что сын пахнет удивительно знакомо – чем-то карамельным, но ещё слышатся новые нотки, больше всего напоминающие запах парного молока.

– Апчи! – ответствовал малыш и потёрся носом Стасу о грудь. – Вааа...

Вика уселась рядом, не сводя с них неверящего взгляда. Стас улыбнулся:

– С такими маленькими детьми мне, конечно, не приходилось сталкиваться, но... Хотя лучше начну с начала.

Он усадил сына поудобнее, обхватил его одной рукой, а другой сжал Викину ладошку:

– Всё это время, полтора года, я играл за команду второго дивизиона из города Белоамурска на границе с Китаем. У них был принципиальный соперник из другого такого же города – Приозерска. Тем удалось заполучить проштрафившегося московского динамовца, а я был ответной мерой. Но, без ложной скромности, более удачной. Потому что помог белоамурцам, наладил игру и вывел команду из хвоста с перспективами на прорыв в первый дивизион.

– Ого... – Вика потёрла лоб. – К своему стыду, я могу только догадываться, где находится этот город, названия я никогда не слышала.

– Ничего постыдного, – возразил Стас. – Город этот очень непростой. Так что на картах не отмечается. Но дело не в этом.

– А в чём же? – Вика смотрела на него несколько растерянно.

Она явно хотела о чем-то спросить, но не решалась. Хотя... Стас догадывался, что именно её интересует, но очень хотел, чтобы сначала она выслушала его.

– Поскольку это не ЦСКА, и никаких особых льгот у меня там не было, да и тренировки были не такими интенсивными как у Пол... то есть Виктора Васильевича, я начал работать тренером у местной детской команды "Орлята". Но, на мой взгляд, – усмехнулся Стас, вспоминая своих воспитанников, – это было крайне неудачное название. Им бы подошло "Дьяволята". В общем, пацаны двенадцати лет.

– Ты и дети?! – подивилась Вика. – Невероятно! Ты же, насколько я помню, всеми правдами и неправдами отлынивал от обязанностей вожатого, ты на подшефных смотрел как на комаров, только что не морщился и не отгонял рукой.

– Ну, вот и был приговорён, – Стас снова не сдержал усмешки. – Днем я тренировал детей, вечерами – родителей, хотя и не являлся их тренером. Я очень выматывался, приходил домой и сразу засыпал, едва видел кровать. Несколько раз утром я просыпался полностью одетым, даже в обуви. В какой-то момент я, кажется, дошел до точки. Мне казалось, что я разучился говорить, только орал постоянно. Но... случилось так, что мои "Бесенята" одержали свою первую победу. А вдохновлённые папы на следующий день, впервые за десять лет, разгромили всухую своего принципиального противника.

– И как? – Вика неуверенно улыбнулась. – Стало легче?

– И да, и нет, – пожал плечами Стас. – Пока выматывался, я хотя бы не видел снов. А когда удалось наладить игру команды и сплотить "Чертенят" – началось.

Вика удивлённо моргнула:

– Причем тут сны?

– Притом. Ты стала сниться мне. И это были хорошие сны, Вика. Мы были вместе, были счастливы. У нас был дом, он часто мне снился. Большой, светлый. А еще... Я постоянно чувствовал, что там есть ребенок. Я слышал его смех, топот ножек. И представь: как больно мне было по утрам? Я возненавидел просыпаться. Очень велика была разница между счастливыми снами и реальностью, в которой я своими руками поломал нам обоим жизнь. Вот я и представлял, что это всё могло бы быть правдой, не ляпни я чушь, на твой вопрос о детях.

Я дал себе задание – как можно скорее освоиться на новом месте и начать всё с чистого листа. Подружился со своей командой, они оказались приятными и добрыми мужиками. Ходил к ним в гости, к себе звал. Однако очень скоро я понял, что после таких встреч мне становится только хуже. Ведь они были все женаты, и не скрывали того, что гордятся своими семьями и детьми. Намекали, мол, мне тоже пора остепениться, пытались свести меня со своей сестрой или подругой. Я понимал, что парни делают это из лучших побуждений, но ничего не мог предложить тем девушкам, потому что ни одна из них не была тобой. Чтобы не сойти с ума, чтобы не жить одними снами, я стал посвящать почти всё время своим мальчишкам. Мы ходили в кино, занимались туризмом. Потом мы даже организовали группу, пришлось научиться играть на гитаре...

Вадим, до этого момента спокойно сидевший у него на коленях, вдруг что-то залопотал и принялся вырываться. Стас разжал руки, и малыш тут же перебрался к Вике, а затем вообще спрятался за её спиной, и, обняв маленькими ручками мамину талию, принялся сверлить Стаса хмурым взглядом.

– Кажется, я его всё-таки напугал, – виновато вздохнул Стас.

– Скорее озадачил, – сказала Вика. – И меня тоже, кстати. Ты ведь так и не объяснил, почему оказался там? Ты проштрафился? Тебя сослали?