Чтение онлайн

И мама указала на стол с остатками пиршества.

– Уберём! – с облегчением пообещал Ксар.

Когда дверь за мамой захлопнулась, он ласково поцеловал Леру в плечо, шепнул ей: «У меня классная мама!», и, встав с ложа, с наслаждением потянулся. Всем голым телом, лёгким, гибким и сильным. Красивым! Оно нравилось ему, потому что нравилось Лере. И ему опять захотелось к Лере. В Леру.

С мамой Лилей объясняться Ксаверию не пришлось. Мама знала, что рано или поздно он приведёт в дом женщину. Пожалуй, она этого хотела. Если что и смущало маму, то опасения, как бы юный неопытный Ксар не стал добычей ушлой хищницы. Лера – вежливая, покладистая, доброжелательная – маме Лиле понравилась сразу и навсегда. Они познакомились на другой день, в том же интерьере. Ксар заехал к любимой в пельменную – узнать, как прошло у неё объяснение с папой – и объявил: «Сегодня в программе вечера ужин с мамой. Она ждёт».

Только после этого он спросил: «Ну, ты как?..».

И затаил дыхание, ожидая ответа. Если с детства приученная к покорности Лера и на сей раз не выйдет из-под жёсткой руки капраза, тогда – конец! Ксар, конечно, будет бороться за свою любовь до последнего… Тем более, что мама – за него… Мама готовит ужин!

– Всё нормально, – успокоила Лера. – Меня Оксанка отмазала. А насчёт сегодня…

Она призадумалась, что-то придумала и улыбнулась – всем ртом до ушей, всей глубиной глаз. – Да, Ксар! Но я не смогу заехать домой. Мне придётся быть в том же платье!

– Оно чрезвычайно тебе к лицу! – заверил Ксар и благодарно и счастливо. И поцеловал Лере руку.

– Это ж надо, какой у тебя кавалер! – услышал он в спину себе. – У тебя второго такого нет на примете, чтобы ручки целовал, а не кулаком в глаз?

Позади Ксара все засмеялись, а громче и веселее всех – Лера.

Всё-таки Леру кто-то сдал. Не по злому умыслу – по простоте душевной. Папа Савелов, заподозрив неладное, решил перекусить в пельменной не в смену дочери и получить разведданные.

И он их добыл, и не путём лобовой атаки, как можно было предположить, исходя из его мафиозной внешности, а окольным хитрым путём. Обратился к девушке за кассой с невинным вопросом про девчонку – высокую такую, тёмненькую, носатую. Знакомый один по ней чахнет-сохнет, а как ни зайдёт, её нет! Может, уволилась?

И узнал, что по Лере чахнуть-сохнуть поздно. Поезд ушёл! Есть у Леры парень, в театре работает. И такая у них с Лерой любовь, что хоть спектакль по ней ставь, хоть роман пиши!

Павел Анатольевич понял, что надо действовать. Первым делом он позвонил маленькой подлой лгунье Оксане и запретил ей встречаться с Лерой. Чтоб не приходила, не звонила, и на улице никогда с Лерой не пересекалась! Как поняла?!

– Я поняла, что вы ничего не понимаете! – храбро ответствовала Оксана. Она Павлу Анатольевичу Савелову не подчинялась и ничуть его не боялась. – Вы как из позапрошлого века выскочили!

Будь Оксана парнем, Савелов дал бы ей в морду, но руку на женщин он никогда не поднимал.

Нахамив ему, Оксана тут же испугалась за Леру и поспешила предупредить: «Мне твой папик звонил! Он всё знает! Он вас ищет, а он такой, что найдёт!».

Савелов и впрямь не стал дожидаться возвращения блудной дочери, он решил ковать железо, пока горячо, и поехал в театр.

Кораблина на работе не оказалось, он ожидался только к вечернему спектаклю, а так долго носить в себе ярость Павел Анатольевич был физически не способен – у него сильно чесались кулаки. Савелов вытребовал у дежурного, отставного кавторанга, адрес соблазнителя и помчался на проспект Острякова.

– Соберись, детка! – сказал Ксар помертвевшей Лере, когда в дверь зазвонили непрерывным звонком. – По наши души!

– Не открывай! – взмолилась Лера, но Ксар успокаивающе погладил её по волосам. – Поздно. Уж лучше сразу выпить чашу сию.

– Он убьёт тебя!

– Не убьёт.

– Ксар!!

– Он может только наорать на меня. Или подраться. Но если он здравомыслящий человек…

С этими словами Ксаверий распахнул дверь и получил сильнейший удар в челюсть. Удар сбил его с ног. Вслед за тем здравомыслящий человек ворвался в квартиру и сходу сцапал Леру за волосы. Лера пискнула, а успевший очухаться Ксаверий оценил – теперь уже не визуально, а шкурно – насколько не равны силы. И выкрикнул грозно: «Прекратите! Вы ворвались на мою неприкосновенную территорию, да ещё и распускаете руки?!..».

Он напрыгнул на шкафоподобного Савелова, попытался встрять между ним и Лерой и завопил громче – так, чтобы услышали соседи: «Может, вы ещё раз меня ударите?! Вперёд! Если вам не дорога честь! Ни своя, ни вашей дочери! Бейте! Она моя жена, чтоб вы знали! Она теперь здесь живёт!».

Павел Анатольевич Савелов не привык, чтобы ему прекословили. Да ещё в столь вызывающей форме.

– Территория?! – прорычал он, смахивая Ксаверия с пути к двери. – Сейчас мы на нейтральной территории разберёмся!

И поволок на выход всхлипывающую спазматически Леру.

Ксар попытался сделать ему подножку, упал сам, но Савелов споткнулся о распростёршегося в прихожей Ксаверия, выпустил Леру, и Ксаверий на весь подъезд заорал: «Лера, беги! Беги, Лера! Я задержу его!».

Он точно знал – вероятно, генетически – что в миг опасности надо бежать не на пустырь, не в подвал, а в самую гущу народа, и что сил есть кричать «Караул!».

«Караул» Ксаверия был услышан. Двери соседских квартир стали приоткрываться, раздались голоса – встревоженные и вопрошающие, и, почуяв подмогу, Ксаверий поспешил утвердиться в роли раз уж не победителя, то жертвы насилия. Он вцепился в штанину Савелова, обхватил ногу Павла Анатольевича ногами, и воззвал: «Люди! Сюда!».

С точки зрения грядущих семейных отношений ход был явно неверный, но Ксару сейчас было не до грядущего.

– Не лезьте не в своё дело! – рявкнул капраз на подоспевших соседей. – Здесь моя дочь! Я пришёл за дочерью! Всем всё ясно?! Свободны!..

– Так! – прозвучал из-за спин собравшихся чеканный голос мамы Лили. – Что здесь происходит? Лера, почему ты плачешь? Кто это?

– Мой папа, – пролепетала Лера.

– Почему твой папа бьёт моего сына? – жёстко спросила мама Лиля. И устремилась к Савелову, как матрос с гранатой на танк: «А ну, прекратите! Взрослый человек! Офицер!».

Последнее слово сработало. Мозг Савелова был как запрограммирован на него. Савелов переступил через Ксаверия, попытался протиснуться сквозь толпу на лестничной клетке, но мама Лиля никуда его не пустила.

– Вернитесь! – приказала она. – Нам надо поговорить. Давно пора!

И Лерин отец, опустошённый вспышкой собственной ярости, подчинился. Развернулся и прошёл на кухню. Мама Лиля последовала за ним. Ксар забрал с лестницы дрожащую Леру.

– Вам не стыдно? – тихо спросила мама Лиля, когда Савелов уронил себя на хлипкую табуретку и сгорбился на ней, сразу заняв собой половину кухонного пространства. – Вы совсем, что ли, с катушек съехали? Нельзя было цивилизованно, по-людски?..